Янтарь на снегу

— Империя так и поглядывает на лакомые куски королевства.

— Ого! — только и смогла проговорить я. — Но ведь лорды не выступают против королевской власти!

— Не выступают, — понизил голос до шепота мой просветитель. — Потому что боятся слуг Темной.

— Кого? — не сразу поняла, о чем он говорит. Не зря, видимо, меня посчитали дурочкой, ведь ответ был очевиден.

— Ну как же, — с упреком глянул на меня юноша. — С тех пор как Майло Вардас стал канцлером, в Латгелию вернулись безликие. Теперь они повсюду, а их очень боятся местные лорды. Никогда не знаешь, откуда появится безликий — они всегда в тени, но рядом. Кто скажет, чего ждать от служителей Темной?

Шпионы. Вот, значит, как?

— А как же служба дознания? — как-никак дорогой родственник ее возглавляет, где же тут не обеспокоиться! — Разве дознаватели не занимаются выявлением государственных измен?

И зачем я спросила? Голова, и без того забитая всякими мыслями, разболелась до невозможности. Будто мне сильно надо знать, чем вообще занимаются королевские следственные органы, кроме того, что портят жизнь и лишают душевного равновесия других добрых людей.

Собеседник сконфузился. Может, угадал мои мысли?

— Мы как раз таки и занимаемся расследованием всевозможных преступлений, но нас на все тоже не хватает. Сейчас не как раньше, когда опасная служба была в почете. Теперь в дознаватели хорошо если отребье подзаборное не кличут…

— Ну все, Лаугас, заткнись! — а это не выдержал любитель предостерегать всех от обильных словоизлияний — коренастый крепкий детина с лохматыми патлами и куцей бородой. Он, видимо, тоже не считал службу дознавателей почетной, оттого и выглядел, аки бандит с большой дороги. Таким впору детей пугать, чтобы в лес лишний раз в сумерках не лезли.

Мысли в моей голове роились неладным хором навязчивых пчел. Я кое-как встала с пня, чтобы не сделаться лакомством для местных муравьев.

— Куда вы? — донеслось мне вслед. Голоса я уже не разобрала. — Эй, Лаугас, иди, верни ее, надо Браггитаса здесь дождаться.

«Конечно, надо дождаться Браггитаса, — хотелось сказать мне. — Ну, или, на худой конец, его коня — он у него не такой чудовищный, как тот, на котором ехала я. Может, повезет, и я на нем как-нибудь доеду до обители…»

Я застонала от бреда, что лез мне в голову. Какой конь?! Лишь бы Легарт-дурень жив остался! Из-за меня каша заварилась. Сама ведь себе не прощу, если с ним что-то случится.

— Никуда не уходите! — окликнул меня запыхавшийся дознаватель. — Здесь заповедные каменные столбы рядом, попробуем открыть портал.

— Мне надо к воде, — пояснила я. — Вон в той прогалине вроде бы ручей, хочу попить и умыться.

— Ой, простите, леди Браггитас, — смутился Лаугас. — Такая скачка несколько часов подряд для леди, конечно, не совсем подходит.

— Послушайте, как вас там… Лаугас, кажется? — Я как раз спускалась к воде. — Совсем недавно вы дали понять, что обо мне думаете по-настоящему. Скажу вам честно — по характеру я не отношу себя к высокородной даме, никогда ею не была и, видимо, не буду. А что до остального, так у нас, послушниц, знаете ли, нет привычки разъезжать верхом на лошадях. Для общих нужд в конюшне стояла одна кобылка, но такая старенькая и немощная, что ее жалко было даже в повозку впрягать, не то что загонять до смерти с видом бешеной вакханки.

Я нагнулась, зачерпнула ладонями влаги из журчащего потока. От прохладной воды как-то прибавилось сил, легче стало дышать. Потянуло завалиться в мягкую травку, но идиллию портил Лаугас, который топтался рядом.

— Нет вашей вины в том, — продолжила я с новыми силами отстаивать свою простородную честь, — что к диким скачкам через лес я не приучена. У меня только один вопрос: вам меня во дворец нужно целой и здоровой доставить или можно немного подпорченной? Возможно, по частям тоже сойдет?

— Э-э… — Юноша почесал затылок. — Видите ли, всей этой ситуацией руководит лорд Вардас. Это его решение — сделать все спонтанно и тайно. Да и искать вас пришлось очень долго, подключили всех, кого могли, а в итоге все равно к оракулу пришлось за помощью обращаться. Ваши следы пропали в том городке…

— Сунагере, — подтвердила я.

— Да, в нем.

— Но если все было тайно, как вы говорите, и спонтанно, то как вышло, что мы напоролись на любезных патрульных лорда Чаплиса?

— А вот тут-то и оно! — самодовольно заметил Лаугас, придерживая ветку орешника, чтобы та не посягала на мое и без того отхлестанное тело. — Не знаю, должен ли я говорить вам это, но тень падает на все окружение короля.

— И вся эта подковерная чехарда — цена жизни Браггитаса? — не выдержала я. — По-вашему, очень весело, когда большая часть людей осталась там, за лесом? И неизвестно, вернутся ли?

— Вернутся, леди! — наигранно бодро воскликнул мой собеседник. — Мы готовились к самым неожиданным ситуациям. Слово чести!

Верилось в это с трудом.

Захотелось еще раз умыться прохладной водицей — может, хоть это отгонит тяжелые мысли. Но до привала было рукой подать. Господа дознаватели за это время развели костер, что было, несомненно, хорошо. Оставалось только молиться, чтобы нами в этот вечер не пожелали закусить кадуки, лесовики или болотницы. Снова усесться на пень я не решилась, потому как пусть муравьи уже спят, но для моего седалища могут сделать поправку в своем распорядке дня. Решила так: в сторонке постою, подумаю.

Красивая история с королевским сватовством закручивалась не хуже пеньковой веревки, на которой подвешивают у дороги разбойников. Что-то мне подсказывало — не все тут чисто. Неприятной гнильцой пованивало. Как бы мне, если выпадет добраться до дворца, посреди этого королевского цветника не остаться в шипах и удобрении по уши.

— И что теперь будет? — спросила, потому что молчать сил не было.

— Лорда Браггитаса ждать будем, — ответил лохматый. — Без него на ту сторону нельзя.

— А что будет, если лорд… — запнулась, подбирая правильные слова. — Нас, скажем так, не найдет?

— Не беспокойтесь, леди, — очень спокойным тоном, цедя каждое слово, ответил неприветливый дознаватель. — Просто сидите и ждите! Продолжим путь, как только лорд нас нагонит.

— Очень надеюсь, что живым.

— А как же! Он главный дознаватель нашего королевства, — хохотнул бородач. — Вы же не думаете, что его поставили на эту должность за прекрасные глаза и шелковистые волосы!


— Ну что вы! — И кто меня за язык тянул. — Судя по вашему внешнему виду, на королевскую службу следователей принимают не за это.

— Нет конечно же. — Мой собеседник не стушевался, наоборот, ухмыльнулся. В отличие от своих сослуживцев, которые молча наблюдали за нами и не решались вставить слово. — Теперь на службе ценится не только происхождение, но отвага, честь и верность долгу, леди Браггитас.

— Ну, хоть что-то изменилось в лучшую сторону! — У меня получилось вполне искренне.

— Вы многого не знаете. Но, может, это и к лучшему. Чем больше будете узнавать, тем больше станете удивляться.

«А ведь он не из простолюдинов», — подумалось мне. Его речь была слишком хороша для человека с низким происхождением, а вот внешний вид подвел. Такое впечатление, что образование ему дать успели, а привить вкус к хорошему платью и уходу за своей огненной гривой и бородой — нет. Прямо как мне.

Человек Вардаса! Точно! И как мне сразу эта мысль в голову не пришла?

Только при храме простолюдин может получить неплохое образование. Ну или, если говорить о безликих, к ним на службу нередко поступали представители обнищавших дворян, которым некуда было податься. Это касалось тех, кто не чурался служения.

В общем, не знаю, сколько еще я пребывала бы в тяжких раздумьях, но из чащи донеслось глухое всхрапывание, и земля стала подрагивать от тяжелой поступи. Сразу испугалась — показалось, что это лесовики человечину учуяли или кадуки выползли из своих укрытий. Однако, к моей радости, на опушку выехали всадники — наши потерянные сопровождающие. И если сразу я обрадовалась, то потом расстроилась — кони в мыле, наездники в пыли.

— Гинта! — как всегда, с особой любезностью рявкнул мой родственник, поспешно слезая с коня. — Тут твоя помощь нужна!

И как ни в чем не бывало добавил:

— Ты справишься!

В обители нас всегда учили: если наша помощь требуется, надо помогать страждущим. Молодому дознавателю двое помогли спуститься с коня, и в свете костра стало хорошо видно древко арбалетного болта, торчащего из кирасы. Благо что вообще доскакал и не упал с коня. Крови натекло — не с каждого кабана столько выйдет. Сам болт вошел глубоко в плечо и задел кость. Вот уж от души стреляли! Попали бы чуть правее, и моя помощь уже не понадобилась бы.

— А что с людьми Чаплиса? — решила уточнить на всякий случай.

— Винца хлебнули, языками почесали да и разошлись тихо… А что с ними, по-твоему, может быть?! — огрызнулся кузен, что меня вконец обидело. Можно подумать, я сама вызвала его из Дейделиса и заставила тащить меня в такие дебри! Молча проглотила обиду и расстегнула ремешок наплечника.

Плохи дела, конечно. А впереди еще переход через портал, будь он неладен, так раненый может и душу в Навь отпустить, коли из него все силы выйдут в тонкие миры. Большущая мужская ладонь накрыла мою руку. Сквозь мучительную боль мужчина проговорил:

— Нам их… убрать п-пришлось, не обижайтесь, леди…

А рука совсем холодная. Надо скорее его вытягивать.

— Не стоит. — Дознаватель посмотрел на меня так грустно, что душа заплакала. — Вы все силы отдадите… вам самой тогда портал не одолеть…

Может, и не справлюсь, но человеческая жизнь важнее. Если он умрет на моих руках — вина за это ляжет на меня.

Граненый наконечник легко вышел, дав свободу густому бурому потоку. Приложила руку к кровоточащей ране и почувствовала чужую боль, а еще тоску по родному дому и тонкие навьи путы, что проросли к самому сердцу, готовясь отделить от тела искру жизни. Воин был родом не из Латгелии и совсем не дознаватель. Служитель Брексты — человек лорда Вардаса. Значит, из людей Браггитаса здесь только сам Легарт, Лаугас и его друг, с которым он меня обсуждал. Все остальные — безликие. Боль заглушила все остальные ощущения. Ну, еще немного сосредоточиться на ране, и все будет сделано.

— Пожалуйста, — взмолилась я. — Перестаньте думать о прошлом, сосредоточьтесь на своем ранении.

Вокруг было тихо.

А мне стало легче сконцентрироваться. Вдохнула поглубже и проникла к средоточию крови, замедлила ее ток и закрыла порванные сосуды. Направила в плоть животворные ростки силы земли. Сердце в груди воина затрепетало, ребра приподнялись в глубоком вдохе. Часть боли взяла на себя — всю не получится, я не потяну. Самое трудное — это кость. Попробуй, собери осколки, которые вошли глубоко в плоть!

— Достаточно! — Меня грубо вернули в реальность, встряхнули так, что зубы клацнули. — У нас мало времени!

— Легарт, что ты делаешь? — ослабевшим голосом возмутилась я. — В самый решающий момент…

— Сдурела, что ли?! — На это раз кузен отвел меня в сторону и усадил на тот самый муравьиный пень. — Ему достаточно, теперь он сможет пройти через портал, а ты помрешь от бессилия.

— Но у него повреждена кость…

— Справится, — смущенно произнес Легарт. — Братство… ему поможет.

— Только он останется калекой.

— Такова его участь… он выполнял свой долг. Посиди, отдышись. Открытие портала — не твоя возня с телесными ранами, а Вардас уже заждался.

И тут весь лес будто ожил!





ГЛАВА 6




В назначенный час Вардас прошел в бывшие конюшни в подвале дальней от основных покоев башни, больше напоминавшие лабораторию алхимика с подкопченными сводчатыми потолками. Многочисленные заставленные склянками и замысловатыми приборами столы занимали почти все пространство. Высокий подсвечник, дающий тусклый дрожащий свет, встал на деревянную кафедру, установленную перед большим рунным кругом. Многостраничный том в медном окладе был раскрыт на нужной странице. Можно начинать.

Пальцы скользнули по строкам, и поток древних слов слился в единый шепот. Руны на пергаментной странице заметно подрагивали. Круг призыва на каменных плитах пола слабо замерцал, начал вращение вокруг вспыхнувшего столба света. Мрак в углах комнаты сгустился и пульсировал, как живой. Яркая вспышка ослепила на мгновение и…