Иные города

Пока она пыталась отдышаться, Диего помогал Сержу.

— Он у нас за тренера, — пояснила Лика, подсев к Насте и приняв позу лотоса с такой естественностью, словно это было для нее обыденным делом. — Не переживай, он из всех нас поначалу дух вышибал. Кроме Итсаску.

Настя посмотрела на Итсаску, которая легко поднимала и опускала мощные гантели.

— Лика, а что мы пили на вечеринке? — вдруг спросила она.

Лика вздрогнула и покраснела.

— Я уже не помню, — засмеялась неловко.

— Странно, но я совсем не уверена, что мы куда-то ходили. Запомнила только, что меня провожал до дома Диего.

Румянец заливал уже не только лицо Лики, красные пятна пошли по шее и груди. Девушка срочно сменила тему разговора.

Диего опять вызвался проводить Настю до дома. И она всю дорогу думала, как спросить о том, что произошло после вечеринки.

Наконец, когда они проходили мимо того дома, у которого в ее сновидении встретились с Валерио, девушка сказала:

— Знаешь, мне кажется, мы здесь уже были. И встретили парня с моих курсов.

Диего вдруг резко остановился и развернул ее к себе. Их зеленые глаза встретились и уставились друг на друга.

— Это так? — прошептала Настя. Теперь, признавшись в своей догадке, она не была в ней уверена. Но в Диего чувствовалось что-то пугающе странное: по-восточному непроницаемые черты лица, дикая африканская аура, странным и в то же время гармоничным образом сочетавшаяся с белой кожей. Он посмотрел пристально, словно пытался прочесть что-то в ее душе, и наконец улыбнулся.

— Настя, ну что ты, я тут с тобой впервые.

Но если до этого Настя сомневалась, то теперь была уверена: Диего врал.



— Настя! — Голос Цезаря вывел ее из задумчивости. — А что удалось узнать тебе?

Настя вздохнула. Она впервые докладывала в агентстве. Достав свои записи, пробежала по ним глазами и начала рассказ:

— Украдено три картины. Две из них принадлежат кисти Жана-Габриэля Домерга, французского художника, который считается основоположником стиля пин-ап. Рисовал в основном пастелью, актрис и танцовщиц, у него заказывали портреты Бриджит Бардо и Джина Лоллобриджида. Третья картина неизвестного автора, в каталоге галереи значится как «Лежащая обнаженная». Согласно оценкам экспертов примерно семнадцатый век, но по стилю живописи больше напоминает широкие мазки импрессионистов.

— Картина не может принадлежать перу Домерга? — спросила Лика.

— Вряд ли. «Обнаженная» написана маслом, к тому же стиль не похож на Домерга. И потом, Домерг родился в конце девятнадцатого века.

— Какие у тебя ощущения по поводу всего, что ты узнала, Настя? — спросил Цезарь.

Ощущения? Настя прислушалась к себе. Она боялась сказать глупость.

— Не бойся! — подбодрил Диего. — Мы выдвигаем самые безумные версии. Чувствуй себя свободно. Детективы должны доверять чутью.

— Мне кажется странным выбор картин. Может быть, преступник выполнял два заказа: один заказчик хотел получить картины Домерга, а другой искал «Обнаженную». Но если это один заказчик… немного странный выбор. В том же зале есть более интересные работы, но выбрали «Обнаженную» неизвестного автора и две картины основателя пин-апа. Напрашивается вывод, что украсть хотели именно работы Домерга, а «Обнаженную» похитили, потому что висела рядом, и ее приняли за одну из его работ, или…

— Или украсть хотели именно «Обнаженную»? — заключил Цезарь.

Настя кивнула.

— Необходимо проработать все три версии. Кто коллекционирует пин-ап и работы Домерга, насколько они сейчас востребованны. Лика, ты возьмешь на себя эту версию. Итсаску и Серж отследят самую объемную версию по двум заказам или заказу на все три картины. Диего и Настя — займитесь «Обнаженной». Выясните, кого предположительно называют возможным автором работы, найдите хорошую репродукцию, запросите у владельца всю информацию по картине. Хорошо потрудилась, Настя. — Цезарь положил руку на плечо девушки. — Учись у Диего, я назначаю тебя его напарницей.

Настю мало обрадовал такой вариант: в последнее время ей казалось, что Диего следует за ней повсюду. Чувство, что за ней следят, не покидало на улице. Словно кто-то невидимый ходил следом, не отставая. Спокойна она была только в кафе Пепе, дома и в школе языков. В агентстве Диего постоянно находился рядом, в спортзале гонял ее беспощадно, словно готовил к сдаче экзамена в полицейскую академию.

Но в то же время Настя понимала причины выбора Цезаря: они с Диего были интуитами. Новый напарник хорошо читал людей, да и Настя полагалась на интуицию больше, чем на логику. Серж и Итсаску являлись технарями, а вот по поводу Лики Настя еще не определилась.

Итсаску, к слову сказать, одевалась очень необычно: то пышные юбки, то обтягивающие брюки и высокие сапоги, но неизменной деталью одежды оставались разнообразные корсеты, иногда кожаные, иногда из ткани, с многочисленными мелкими деталями, металлическими заклепками, шестеренками, ремешками, ключами. И сапоги, и пальто у нее были в таком же странном стиле. Лика назвала его «стимпанк», но, надо признать, смотрелось это на Итсаску просто здорово. Анжелика предпочитала элегантный деловой стиль, классику. Серж одевался просто, а Диего всегда выглядел идеально и элегантно, так, что просто дух захватывало.



— В принципе, любая версия может оказаться верной. Или все версии могут оказаться неверными, — рассуждал Диего по дороге домой. — Нам сейчас важно с чего-то начать, потому что все предыдущие самые простые версии, с которых мы начали, оказались неверными. Так что ты вовремя появилась.

— Я не думаю, что гожусь в сыщики, — покачала головой Настя.

— Если Цезарь тебя взял в агентство, значит, годишься. Просто ты еще не осознаешь своих способностей.

— А ты как попал в агентство?

— Меня нашел Старик. Ну, Главный. Граф Виттури. Я работал фотомоделью, съемки проходили в одном из венецианских дворцов. Это было потрясающе! Декорации невероятно красивые, но работать приходилось очень много. На съемках одна из девушек-моделей не выдержала и распсиховалась, а я стал ее успокаивать. В этот момент, пока мы, нелепо одетые, стояли в коридоре, мимо проходил граф. После съемок он пригласил меня на чашечку кофе и предложил работу в агентстве в Барселоне. Как ты понимаешь, от таких гонораров сложно отказаться. Ну а потом, когда я втянулся, начал ощущать красоту этой работы. Надеюсь, и ты поймешь.


— Твоя способность как-то связана с эмпатией? Чувствами? Я заметила, что ты легко находишь подход к людям.

— Отчасти да. Я могу настроиться на человека.

— И загипнотизировать его тоже?

Диего на миг отвернулся, посмотрел в какую-то точку прямо перед собой, покусал пухлые губы.

Потом, словно решившись, повернулся к ней.

— Да.

— Скажи правду, что произошло в момент нашего знакомства. Я не помню, как ты взял мою руку. Как представился.

— Я тебя проверял. Это было необходимо. Прости, но это приходится делать со всеми. Но ты запомнила то, что я говорил тебе в гипнозе, хотя я не просил тебя запоминать. Интересно!

— А тогда… на улице? Что случилось?

Диего задумался. Некоторое время они шли в тишине. Наконец Настя обиженно пожала плечами:

— Ладно, не хочешь — не говори.

Вдруг Диего положил руки ей на плечи и прислонил к стене дома. Зеленые глаза с интересом рассматривали Настю.

— Ну, хорошо. Настя, я просто подрался с тем парнем. Вот и все. Я не хотел, чтобы ты это помнила. Поэтому ввел тебя в состояние гипноза. Заставил поверить, что ты была на вечеринке.

— Я не поверила, что была на вечеринке, — процедила Настя. — С самого начала это казалось странным. Но почему подрался?

— Он сам спровоцировал драку. — Диего смотрел на Настю в упор. — Сам полез. Мне бы не хотелось, чтобы в твоей памяти остался этот неприятный момент.

— Никогда так не делай! — Настя оттолкнула его, и парень отступил. — Если мы напарники, должны доверять друг другу. Но я больше не видела Валерио на курсах.

— Я сказал ему, что, если приблизится к тебе, получит по-крупному.

— Во-первых, я сама решаю, с кем мне дружить, а с кем нет. А во-вторых, ты именно поэтому за мной везде ходишь?

Они стояли и смотрели друг другу в глаза, сжав кулаки. Со стороны могло показаться, что красивый парень ссорится со своей девушкой, и, если уж на то пошло, девушка для него слишком нежна. Красота парня ощущалась как агрессивная и хищная, а профиль девушки был нежным и милым. Она была скромно красива: длинные волосы пшеничного цвета, заплетенные в косу, мягкий изгиб лба, большие зеленые глаза, маленький нос и пухлые губы. Красота фарфоровых кукол… Но грустинка в глазах придавала глубину взгляду, а наклон головы привлекал. Нежная красота, которая раскрывалась постепенно, чем больше смотришь, по сути противоположная яркой, броской, необыкновенной красоте парня.

— Поэтому, — наконец, отступил он. — Не хочу, чтобы он к тебе лез. Поверь, мысли у него были нехорошие.

Настя кивнула. На этот раз Диего говорил искренне.

— С чего начнем? — примирительным тоном спросила Настя.

Они снова зашагали плечом к плечу.

— С визита к специалисту. Есть у нас один. Фото картины у меня имеется. Попробуем? Завтра вечером?

Настя кивнула.



Готический квартал Барселоны погружался в сумерки. Настя шла по улице быстрым шагом, пытаясь согреться и кутаясь в огромный шарф. Витрины магазинов и маленьких лавочек уже загорались мягким золотистым светом. Узкие улочки, знаки с лошадью и повозкой на углах домов: «Выезд», «Въезд». Но машины тут почти не ездили, а уж повозки с лошадьми тем более. Пешеходы торопились по своим делам. На небольшой площади перед собором жарили каштаны. Насквозь прокопченный от постоянного дыма продавец завернул ей каштанов в газетный кулек. Она долго стояла и грела руки, прежде чем открыть кулек и вдохнуть запах теплой осени.

— К ним бы еще горячего глинтвейна, — раздалось справа от нее.

— Вечно ты подкрадываешься! — засмеялась Настя. — Признайся, что шел за мной от метро. То-то было ощущение, что следят.

В глазах Диего мелькнуло беспокойство, но он тут же улыбнулся.

— Возможно! — и тут же залез к ней в кулек. — Давай делись.

Вместе они шелушили каштаны, доставали горячую светлую мякоть ореха и с удовольствием ели.

А когда с каштанами было покончено, он повел ее по узким улочкам Барселоны мимо картинных галерей, углубляясь в кварталы старого города.

Они незаметно вышли к неоготическому собору, прошли по самому популярному среди туристов пути, который вел через маленькую арку в готическом стиле, соединяющую два старинных дома.

— На самом деле это не арка, а переход. Эти два здания принадлежат церкви, а при помощи арки устранялась необходимость переходить из здания в здание по улице.

— Она очень красивая. — Настя любила этот уголок Барселоны. От него веяло Средними веками, готикой, романтикой.

— Видишь, под аркой череп с воткнутым в него кинжалом? — Диего остановился и заставил ее заглянуть под арку. Настя кивнула. — Легенда гласит, что, если здесь пройдет дьявол, кинжал пронзит его и убьет. А теперь проверим, не дьявол ли ты? — И он подтолкнул спутницу вперед.

Настя засмеялась, взяла напарника под руку, и они вместе вошли в арку.