Игрушка олигарха

— Пять лет назад и переехал. У него там бизнес. Юль, а вы же телефонами не обменивались? Что он говорил?

— Не обменивались, — ответила я и даже не соврала. Его телефона у меня действительно не было. В интернете я нашла адрес фирмы, а когда пришла туда, секретарша направила меня на этаж выше. — А надо было? Все-таки хорошо бы иметь контакт кого-то из знакомых семьи. Мало ли. Помощь понадобится.

— Юлечка, если тебе что-нибудь понадобится, ты сразу звонишь нам. Это ясно? — Мама была строга, как никогда. — А Дмитрия лучше не тревожить. Он серьезный человек, Юля. И проблемами какой — то пигалицы заниматься не будет.

Ох, как же ты ошибаешься, мамочка. И проблемами займется, и в телефоне охотно покопается.

Но этого, конечно, я говорить не стала. Вытянуть из мамы еще хоть что-то о Рогозине так и не вышло. Когда она перешла к нравоучениям на тему, что мне нужно сосредоточиться на учебе, а не ходить по магазинам, я поспешила закончить разговор, сославшись на позднее время.

Женя все еще не отвечал, и, конечно, я никак не могла уснуть. На душе было слишком тяжело.

Я встретила Рогозина только вчера, а он уже перевернул с ног на голову всю мою жизнь. У меня возникло чувство, что если я пробуду здесь все выходные, то в понедельник у меня уже не будет парня. И друзей. И свободы действий. Дима душил меня собой.

Стоило вспомнить о друзьях, как тут же мой телефон ожил, и на экране высветился номер Оли. Я предупредила ее, что еду к друзьям родителей, но ничего не говорила о ночевке.

— Ну, наконец-то! — запыхтела подружка, как только я прислонила ухо к экрану. — И где тебя носит?

— Ну я. У друзей.

— Угу, — недоверчиво протянула Оля. И что бы это значило? — Я звонила тебе раз сто! Как будешь оправдываться?

Прикусив губу, я прищурилась и покосилась на пакеты с одеждой на постели.

— Ну… Друзья попросили уделить им время. Потому я отключила звук в телефоне.

Ольга горестно вздохнула и вынесла вердикт:

— Напомни мне потом научить тебя врать получше.

— Окей! — охотно согласилась я.

— А если серьезно, куда ты влипла? Женька твой забегал, спрашивал, есть ли от тебя вести. Вы же ходили как пришитые. Что он такого натворил, что ты его бросила?

— Я его не бросала! — застонала я. — Это он тебе сказал?

— Ну…. — Оля запнулась, словно обдумывала, что мне сказать, а потом начала очень осторожно. — Я подумала так, потому что. Он себя странно вел. И даже, ну.

— Говори уже! — не выдержала я.

— Он флиртовал со мной. То есть, я ничего не делала! Я вообще ничего не поняла! Он спросил где ты, а когда я сказала, что не знаю, он намотал на палец мои волосы и предложил развлечься. Конечно, я отказала ему, но он все равно ушел. Кто-то устроил вечеринку на третьем этаже. Он пошел туда с Дашей.

Из меня вырвалось неприличное слово, хотя я вообще удивлялась, что еще была способна говорить. Какого черта?

— Оль, — я только собиралась попросить ее найти Женю и дать мне с ним поговорить, как телефон выключился.

Я тихо материлась весь путь до спальни Рогозина. Где — то там должен быть шнурок. Я старалась не впускать скверные мысли о Жене и Даше зажимающихся где-то в темном коридоре. Я невзлюбила эту подлую змею с первого дня, как заселилась в комнату в общежитии. Она все варила воду, какую койку занять. То заползла на верхнюю, то спустилась вниз. А потом вконец обнаглела и сбросила мои вещи, испачкав чистенькую пижаму.

Я рылась в тумбочках, и снова наткнулась взглядом на пистолет. Взяла его в руки, покрутила, представила, как целюсь в голову Дашке, вытянула руку, прищурилась, понарошку нажала на курок. Нет. Не полегчало.

Зарядку я таки нашла, вот только для моего телефона она не подходила. Я собралась спуститься вниз и спросить у парней, даже было наплевать, если они поймут, что я шастала у Рогозина в комнате. В конце концов, это мой телефон.

Подходя к залу, услышала обрывки разговора:

— Как думаешь, Рогу эта кукла приглянулась?

— А чего, по-твоему, он с ней так носится?

— Так она же дочка Никитина. Он, наверное, ждал ее. Сам понимаешь.

Сеня может и понимал, а я точно нет. Зачем Дима меня ждал? Как он мог знать, что я обращусь к нему за помощью? Он меня даже не узнал при встрече.

— Не понял.

— А, ну раз он тебя не посвящал, то забей. Рога все равно малолетки не интересуют. Он со своей бабой никак не расстанется. Так что. Пойду я проверю, как там детка.

— Никитос, остынь. Сказано — не трогать.

— Да я и не буду. Так, позырю чуток.

Я сорвалась на бег, как только скрипнул диван. По — хорошему, мне нужно было сделать это намного раньше, но я осталась стоять за дверью, будто ноги приросли к полу. Я поднималась по лестнице, даже не заботясь, будут ли слышны мои шаги. Лишь бы быстрее оказаться в своей комнате и закрыться на замок. Правда, до нее я не добежала, потому что вспомнила об оружии в тумбе Рогозина. Не знаю, что я собиралась сделать, но уж точно не была намерена терпеть ночные визиты всяких обнаглевших личностей.

Закрыв дверь черной спальни на замок, я подбежала к ящику, схватила пистолет и прицелилась. Я стояла в напряжении целую вечность, но ни шагов, но ни голосов не было слышно. В конце концов, я позволила себе расслабиться. Надеюсь, Нику все же хватило ума не идти ко мне. Или Сеня его остановил.


Все перемешалось. Женя, Дима, слова о том, что он меня ждал. И даже эту его блондинку вспомнила. Я бросила пистолет на кровать, устало потерла лицо и уткнулась носом в ароматную подушку. Удивительно, но слез не было. Я просто ничего не понимала. И если Дима уже зарекомендовал себя, как человека — загадку, то поведение Жени меня настораживало и даже пугало. Он даже не попытался выяснить, что со мной случилось, а сразу побежал в объятия другой. Это было больно.

Я долго не могла уснуть, опасаясь, что Никита передумает и решит навестить меня позже. Рогозина я ждала только утром. И, клянусь, как только увижу его, потребую незамедлительно вернуть домой.





Глава 7




Что-то защекотало нос, и я поморщилась.

— И что мне с тобой делать? — послышался голос Димы, от которого я проснулась в одну секунду. Даже еще не открыв глаз, осознала, что спала в его кровати, и он находился рядом, а что — то теплое и тяжелое на моих бедрах было его ногой. А еще он влез ко мне под одеяло.

Я распахнула веки и испуганно уставилась на мужчину. Подперев голову рукой, он задумчиво улыбался, изучая мою реакцию. В то время вторая его рука играла с прядкой моих волос, которыми он и щекотал свою жертву. То бишь, меня.

— Как вы вошли? — хрипло спросила я первое, что пришло в голову.

— Запасные ключи от всех дверей есть у меня, — игриво пропел Рогозин, заставляя мой нос снова и снова морщиться от щекотки.

Я попыталась его остановить, но он схватил мои руки и прижал их к изголовью кровати, а сам навис сверху, буквально устроившись между моих ног. Это была одна из тех опасных поз, которую даже Женя себе не позволял, когда целовал меня до беспамятства.

— Ты как будто не понимаешь, на что нарываешься, — пробормотал он и, опустив взгляд на мою грудь, добавил: — Клубничка.

Да, я была в той самой майке.

— Отпусти-те, — испуганно шепнула я, почувствовав недвусмысленную твердость между своих ног. К слову, твердость принадлежала вовсе не мне.

Очень медленно поднявшись, а затем опустившись, Рогозин дал почувствовать всю его длину. Я не была к этому готова. Я вообще убегала от мыслей настолько сексуального характера с первой минуты нашей встречи. Он папин друг! Он меня старше, в конце концов. Он… Едва одет.

— Ты же сама пришла, — пожурил Дима. — Сначала ко мне домой, а затем и в мою постель.

В его взгляде читалась решимость, и я вдруг осознала, что оказалась в западне. Этот мужчина был настроен крайне серьезно. Он вообще не собирался меня отпускать.

— А как же ваша девушка? — спросила я и поморщилась от того, как это прозвучало. Будто та блондинка была единственным препятствием. Нет! Их было много! Начиная блондинкой и заканчивая тем, что дядя Дима выглядел так же, когда мне было тринадцать, и я носила брекеты! А еще Женя! У меня есть парень, которому бы точно не понравилось, что другой мужчина лежит между моих ног.

— Она не моя девушка, — произнес Рогозин, как ни в чем не бывало. Словно для него не имело никакого значения, что он провел с ней ночь. Да еще и добавил шепотом у самого уха: — И она не ты.

Я задохнулась, ни то ли от абсурдности его слов, ни то ли от нахлынувших ощущений. Было слишком жарко в местах, где наша кожа соприкасалась. Фактически везде. Я не должна этого чувствовать. Это, черт возьми, вообще не должно быть так приятно… с ним.

— Ну а… А у меня… Парень есть! — промямлила я, пытаясь оттолкнуть его мощную грудь ладонями. Но Дима, казалось, не замечал моих попыток. Он хитро усмехнулся и опустил свои губы на мою шею. Щекотка смешалась с жаром его дыхания, и по всему телу пробежались мурашки, собравшись комом возбуждения в одном конкретном месте. Из груди непроизвольно вырвался полустон-полухрип, и я будто очнулась от этого звука.

— Нет! — испуганно выкрикнула я. Пугала не столь настойчивость Димы, сколь ощущения, которые при этом возникали.

Он лизнул жилку на моей шее и отстранился, глядя на меня одним из своих фирменных взглядов. Будто предупреждая, что в такие моменты с ним лучше не спорить. Он вновь перехватил мои руки, на этот раз сильнее, и поднял их выше, а сам вжался в меня бедрами. Я прикусила губу и зажмурилась, пытаясь отрицать происходящее всем естеством.

— Нет-нет-нет, — зашептала я, прогоняя эту непонятно откуда взявшуюся похоть. Я вероятно просто сошла с ума. Это все его гипнотический запах. Но даже он не был достаточно хорошим оправданием для реакции моего тела. Оно начало жить собственной жизнью, не слушая доводы разума. В какой — то момент Дима застыл и даже отстранился. Я открыла глаза, пытаясь выровнять дыхание.

— Что это?

Рогозин метал молнии, а затем перед моими глазами показался его пистолет. Я с ужасом смотрела на мужчину, не представляя, как ему это объяснить. Смешно! Еще вчера я была настроена так воинственно. Собиралась устроить Дмитрию допрос на счет своего телефона, потребовать довести домой и даже возомнила себя крутым киллером. А сейчас… Я накинула на голову одеяло и сползла пониже, чтобы меня не нашли.

Рогозин выругался. Затем еще и еще. А потом кровать скрипнула, и я услышала, как на весь дом прозвучало имя его охранника.

Вынырнув из-за одеяла, я обнаружила, что осталась в спальне одна. Дима громко спускался по лестнице вниз, все пытаясь найти Никиту. Я даже слова не сказала. Неужели у кого — то опять будет сломан нос?

— Боже! — на выдохе прошептала я, прижимая ладонь к шеи. Клянусь, если закрыть глаза, то кажется, будто его губы все еще там. Вскочив с постели, я едва не упала от головокружения. Мне нужно было бежать отсюда. От греха подальше.

Так что спрыгнув с постели, я побежала в ванную. Мне бы не помешал ледяной душ, но я ограничилась умыванием. Где-то снизу слышались голоса, но затем все затихло. У меня же сформировался довольно простой план — одеться и добраться домой. О том, чтобы выяснять, зачем Диме понадобилось рыться в моей телефоне, не могло быть и речи. Ведь для этого надо было с ним уединиться снова, а мне это противопоказано. Возможно, будет лучше, если я уйду тихо? Интересно, хозяин дома сильно разозлится? По шкале от одного до десяти насколько?

— До ста! — пробормотала я себе под нос, натягивая джинсы.

Я не стала брать с собой вещи, купленные Рогозином. Но на мне все еще была злосчастная майка с клубничкой. Тяжело вздохнув, я решила выйти из своего сказочного укрытия. Там внизу меня ждали злые мужчины, у которых из-за меня были проблемы.

Я несмело вошла на кухню, услышав там голоса, и замерла от представленной картины.

За столом сидел Никита, прикладывая к глазу пакет со льдом и бросая косые взгляды на своего работодателя. У холодильника стоял сам Рогозин в одних лишь трусах и с жадностью пил молоко из пакета. Одна капля упала на его грудь, и я, как завороженная, проследила весь ее путь до широкой резинки боксеров. Я бы, скорее всего, так бы и пялилась на мужчину, если бы не оклик Сени.

— Доброе утро, — приветливо произнес он, поднимая с плиты сковородку. — Яйца будешь?

Дима поперхнулся, и еще больше молока растеклось по его кубикам пресса.