И про тебя там написано

На немецком фрау Майер решила обсудить встречу с Леей Эриксон:

— Расскажите о ваших впечатлениях.

Лес рук. Я быстренько покосилась на свою сумку: растяпа, бросила ее открытой, не дай бог кто увидит, что у меня там за книжка лежит!

— Силас, иди к доске, будешь записывать разные точки зрения, — распорядилась фрау Майер.

Силас перемахнул через парту, долго искал маркер, наконец нашел и приготовился писать.

— Скучища.

— Странная баба.

— Ничо не понятно.

— Эй, помедленнее! — буркнул Силас.

— Фигня для девчонок.

— Ничего подобного. Я девчонка, а все равно заснула.

— Еще бы, она так мямлила.

— Чучело чучелом, буду я ее слушать!

Петровна достала телефон, быстренько сфоткала список на доске.

И подняла руку.

— Да?

— У меня вопрос, — неспешно проговорила она. — Почему мы пошли на встречу именно с этим автором?

— Только туда еще можно было записаться, — ответила фрау Майер. — Я слишком поздно узнала о «Неделе книги».

Повернувшись к доске, она некоторое время созерцала написанное.

— М-да, камня на камне не оставили. Тебе нехорошо, Ким Йозефина?

Вопрос застал меня врасплох. Мне правда было дурно и тошно, но я надеялась, что по мне это не видно.

— Все в порядке, — прохрипела я.

— Жаль, жаль, — сказала фрау Майер. Нацепив очки, она снова обозрела доску. — Мне бы не хотелось, чтобы вы при таком мнении и остались. Давайте дадим книге шанс и прочтем ее целиком.

Тут мне вконец поплохело.

— НЕ-Е-ЕТ! — завопили все хором. И я тоже.

— ТИХО! — рявкнула фрау Майер, перекрикивая гам. — Всем читать не надо. Прочитает кто-нибудь один. И сделает доклад. Оценка за него повлияет на четвертную. Легко заработать пятерку. Ну что? Некоторым это может очень даже пригодиться.

Класс притих. Я чувствовала, что вот-вот грохнусь в обморок. И подняла палец.

— Я!

— Ким Йозефина? — фрау Майер смерила меня одобрительным взором. — Да-да, помню, книга произвела на тебя впечатление. Я так и думала, что ты захочешь ее прочесть. Ну вот и славно. Может, кто-нибудь составит Ким компанию? — она воззрилась на Петровну. Как будто мы сиамские близнецы. Как будто без Петровны я с докладом не справлюсь. Петровна вопросительно взглянула на меня. Я покачала головой. По сторонам посмотреть я не догадалась.

Поэтому прозевала шанс предотвратить катастрофу. Когда фрау Майер сказала: «Отлично, Яспер», — было уже поздно.

Ух, как мне хотелось треснуть этой дурацкой книжкой Ясперу по башке!

— Ты чего себе думаешь? Ты куда лезешь? — прошипела я, когда на перемене он с ухмылочкой подрулил ко мне.

— Я тоже хочу халявную пятерку.

— Хотеть не вредно!

— Это же не твоя личная книжка! — фыркнул Яспер.

— Очень даже ее, — встряла Петровна. Она стояла рядом и смотрела на нас сверху вниз. — В некотором смысле.

Короче говоря, этот охламон решил примазаться к моему докладу, и я никак не могла ему помешать. Таким образом, мой хитрый замысел утаить от одноклассников содержание книжки шел коту под хвост. Конечно, я предложила Ясперу: давай я прочту книжку и перескажу тебе. Но он почему-то не согласился. А ведь это изрядно облегчило бы ему жизнь!


К тому же у меня книжка уже была — но в этом я ему, естественно, не призналась. Фрау Майер пообещала, что школьная библиотека купит один экземпляр и мы его возьмем на двоих.

— А читать тоже будем вдвоем? Одну страницу я, другую он? Или как?

— Ну тут уж вы сами решите, — ответила фрау Майер. — Я не понимаю, почему ты так враждебно настроена по отношению к своему однокласснику, Ким. Вы уже не маленькие, в самом деле! Вполне можете договориться и поработать сообща.



Петровна отказывалась меня понимать, и это было еще обиднее. Она твердила, что после злополучного похода в библиотеку я изменилась. И она не сможет со мной дружить, если я и дальше буду прятать от нее книжку. Единственный выход — чтобы она сама ее прочитала.

— Тебе хорошо говорить, там про тебя не написано!.. — начала было я — и вдруг остановилась. А откуда я, собственно, знаю, что про нее там не написано? Неужели у девицы из книжки совсем нет друзей? Может, я просто еще не дочитала до этого места. Да теперь уж и не бросишь на полпути, раз я подрядилась делать доклад.

Еще не хватало, чтобы Яспер прочитал книжку быстрее меня!

Я сказала ему, чтобы дал знать, когда одолеет этот шедевр, и потащила Петровну в «Старбакс», рассчитывая поднять ей настроение.

Перед витриной книжного мы остановились. Собственно, остановилась я — потому что в этой самой витрине красовалась моя книжка. Она сразу бросалась в глаза. Первым моим порывом было тут же зайти и купить ее, чтобы больше никто не прочитал про мои сокровенные тайны. Но до меня тут же дошло, что проблемы это не решит. Ведь это не последний экземпляр на свете. А скупить их все я не могу — у меня столько денег нет. Даже у отца, наверно, нет — или, по крайней мере, он мне столько не даст, раз начал экономить.

Тут меня посетила новая мысль.

— А может, она меня знает? — сказала я вслух. — Или кого-то из моей семьи?

— Кто? — осведомилась Петровна.

— Эта Лея.

— Ну спроси у нее.

— Как ты себе это представляешь?

— Узнай в издательстве ее адрес.

У Петровны всегда все было просто, она гораздо лучше меня ориентировалась в этой жизни. Впрочем, рано или поздно мне бы это тоже пришло в голову.

— А как связаться с издательством?

— Боже, детка! — сказала Петровна. — Тебе папа что, интернет не оплатил?

Тут я почувствовала себя дурой. Хотя вообще-то я вроде как не дура — по крайней мере в тех делах, в которых хоть что-то понимаю.

— Я все выясню, — сказала я. — Напишу в издательство и вытрясу из этой Леи всю правду.

— Действуй, лапуля, — подбодрила Петровна. — Но знаешь что?

— Что?

— Прежде чем что-нибудь предпринимать, дочитай книжку до конца.





4




Мать вытаращила глаза, когда я сказала, что ко мне придут гости. А именно Яспер.

— Ой, это мальчик, что ли?

— Нет, мама, золотая рыбка, — я бы предпочла, чтобы она смотрела на меня с менее жгучим любопытством, но по крайней мере у нее снова появилось хоть какое-то выражение на лице. Так и в книге было написано: «Наконец-то у матери снова появилось хоть какое-то выражение на лице». В книжке парня звали Йонатан. C его появлением история становилась такой унылой, что меня начинало мучить удушье.

— Это не то, что ты думаешь, мама, — сказала я.

— Ну да, ну да, — подмигнула она.

К счастью, у нас теперь хотя бы прибрано. Домработница Мария отдраила кухню, перестирала все белье и оставила на плите кастрюлю с гуляшом. Отцовский подарок унижал мою мать, зато давал мне шанс не умереть с голоду. В моей комнате Мария выгребла из-под кровати грязные трусы и пропылесосила ковер. Короче, пригласить Яспера было не стыдно. А ему, казалось, не терпелось со мной встретиться.

Эх, если б я добила эту треклятую книжку! Но я продиралась через нее в час по чайной ложке. Четыре страницы прочитаю — и вот я уже вся в испарине и понимаю, что ночью опять не сомкну глаз: буду лежать и прокручивать в голове то, что происходит с главной героиней.

Когда Яспер позвонил в дверь, мать, конечно, и не подумала исчезнуть с горизонта.

— Мы просто готовим доклад, мама! — повторила я, но она лишь улыбнулась. Ну хотя бы улыбаться опять стала. Яспер вошел, и она пожала ему руку. Рубашка у него была выглажена, и вообще он выглядел иначе, чем в школе. Только ухмылочка все та же.