Его снежная ведьма

– Я племянник лорда-хранителя Вьюги! – донеслось мне в спину. – Стой, зараза белобрысая, когда я с тобой говорю.

Смертник, как есть смертник. На кончиках пальцев заискрила магия, и мне пришлось даже зажмуриться, чтобы не пустить в ход с таким трудом восстановленный резерв. Но когда я снова ощутила на плече руку, то удержаться не получилось. Любимое заклинание сорвалось с губ, в грудь парня ударил искрящийся заряд, а через пару мгновений его окутало серебристое облако.

– Вот же гаденыш! – выругалась я, осознавая, что потратилась на этого придурка.

И вдвойне обидно, что заклинание долго не продержится. Может, пару дней, сложно сказать, как этот мир реагирует на мою магию. Хотя результат был именно таким, каким и должен. Когда туман рассеялся, на месте Йохана находилась большая белобрысая волосатая обезьяна с синими глазами. Йети взревел, а затем с совершенно безумным взглядом полез на стену ближайшего дома. Несколько секунд, и он пропал на крыше. Быстро обратившись к дару, я порадовалась, что спустила не весь с таким трудом накопленный резерв. Все же надо было сдержаться. Наверное.

Снова выругавшись, я поспешила в трактир. Помимо разговора с Иваром, мне еще надо признаться Хельге, что по городу теперь гуляет животное… Разумное, но животное, причем бессловесное. Надеюсь, у этого Йохана остались зачатки мозгов и обезьяна додумается отсидеться до обратного оборота, пока его не подстрелили….



– Я не хотела, честно, – мрачно повторила я после того, как призналась во всем.

– Ничего, – как ни странно, но Хельга довольно легкомысленно отмахнулась. – Ему даже полезно, а стражей я предупрежу, не волнуйся.

– Было бы из-за чего волноваться, – буркнула я, не испытывая ни капли раскаяния, а затем мстительно посмотрела на Ивара. – Теперь будет знать, как обижать снежных ведьм.

Хельга рассмеялась, а желтоглазый ухмыльнулся, словно я сказала что-то смешное.

– Можно мне еще ягод ки? – прищурилась я.

– Нет, дорогая, пока тебе хватит, – заметила блондинка, отсмеявшись. – Тебе теперь хорошо выспаться надо. Насчет комнат я распорядилась. Кстати, а вот и стражи. Пойду скажу насчет Йохана.

Хозяйка трактира ушла, оставив нас с Иваром вдвоем.

– Надо поговорить, – выдохнула я. – Теперь, когда выяснилось, что я не та, кто тебе нужен, что будешь делать? Вернешь обратно?

Он долго молчал, и я уже начала волноваться, но затем желтоглазый вздохнул и виновато посмотрел на меня.

– Извини, Эрин, не получится.

Пока я пыталась «переварить» ответ и ждала пояснений, Ивар залпом выпил бокал вина, затем засунул руку в карман и, вытащив ее, высыпал на стол горку радужных осколков, а сверху положил целую призму.

– При выходе из портала я неудачно упал. Теперь у меня нет других вариантов, как доставить вместо Кариссы тебя. У меня просто нет времени. Такой уровень силы, как у тебя, я еще никогда не встречал…

Он говорил что-то еще, но я не слушала. Перед глазами все потемнело, а дыхание сбилось. Воздух стал таким вязким, что я с трудом воспринимала звуки вокруг. Вот какой-то мужчина рассмеялся, а за ним Хельга. Наверное, сказала про Йохана… Послышался скрип двери, и в трактир ворвался порыв холодного воздуха. Машинально посмотрев на вход, я заметила просто огромного мужика с татуировкой на виске и густой черной бородой, одетого в куртку из волчьего меха и с топором за поясом. Бородач пропустил вперед хрупкую пепельную блондинку и прикрыл дверь. На меня пахнуло незнакомой магией, но я не стала разбираться, в чем дело, снова уставившись на Ивара. Это что получается, я теперь полностью от него завишу и не важно, верну я магию или нет?

Ивар виновато опустил взгляд, и я застыла, понимая, что еще немного, и просто-напросто взорвусь. От компании с Хельгой снова послышался смех. Это взбесило окончательно. Вскочив на ноги, я призвала дар и вложила все силы в один удар. Ледяная сеть в одну секунду проморозила стол и лавки до прозрачного состояния, но желтоглазого не достала. Он с какой-то невероятной ловкостью подпрыгнул, перевернулся в воздухе и приземлился обратно, когда ему уже ничего не угрожало. Все усилия последнего дня пошли насмарку, я снова была пуста, как младенец.

– Ненавижу! – прошипела я.

– Я постараюсь все исправить, – обронил он.

– Каким образом?

– Что здесь происходит? – прозвучал рядом бас.

Рядом со столиком остановился здоровый крепкий блондин с серыми глазами лет за сорок в темно-синей форменной одежде и серо-рыжей меховой куртке. Взглядом я быстро отметила еще и перевязь с мечом. Страж, не иначе. Видимо, только с дежурства, зашел перекусить и погреться. Судя по решительному виду, он намеревался нас обоих отправить в местную тюрьму. Вот только мне туда совсем не хотелось. Так, что бы придумать?

– Все хорошо, Людвайг, – к нам поспешила Хельга. – Это моя племянница.

– Ловко она с магией холода обращается, – заметил страж. – Но выдержки нет. Как бы ни покалечила кого…

– Успокойся. Она свое дело знает. А что не сдержалась, так дело молодое. – Хельга демонстративно хмыкнула. – Молодожены они. Эри показалось, что муж на другую засмотрелся, вот и не выдержала.

Я открыла рот и не смогла вымолвить ни слова, задохнувшись от возмущения. Это надо же до такого додуматься!

– Ревнивая она у меня. – Ивар, видимо, решил поддержать игру, приблизился, обнял меня за талию и прижал к себе.

Я продолжала пыхтеть от злости, но заставила себя не скандалить, чтобы не возбуждать подозрений. Просто приплюсовала и эту строчку к счету! Крепкая рука на талии была такой горячей, словно я прислонилась к печи, и жутко нервировала.

– Эри, – чуть хрипловато заметил он, – ты ведь знаешь, что я люблю только тебя.

В этот момент я едва не потеряла сознание. Желтоглазый нагло лапал меня! Снежную ведьму! Нес какой-то бред и при этом так сильно обнимал, что я невольно чувствовала не только крепость тела, но и запах. Едва уловимый и жутко приятный.

– Ты поосторожнее, парень, – хохотнул Людвайг. – Когда жена – магичка, надо сто раз подумать, прежде чем вывести ее из себя. Они же сначала бьют, а потом думают.

– Я учту, – ответил Ивар, продолжая смотреть на меня. – Милая, больше не сердишься?

Если бы взглядом можно было бы убивать, я, несомненно, сделала бы это! А потом еще раз. И еще!

– Эрин?


Рука на талии потяжелела, и мне ничего не оставалось, как кивнуть.

– Вот и славно, – улыбнулся страж, а потом неожиданно подмигнул: – Ну а окончательно помиритесь сами знаете где.

Он на что это намекает? Неужели на… Чтобы снежная ведьма кувыркалась в постели с мужиком как какая-то служанка?! Прищурившись, я посмотрела на Людвайга, сожалея, что не могу и из него сделать обезьяну.

– Хороший совет, – хохотнул Ивар.

Услышав это, у меня случился самый настоящий шок. В какую-то секунду перед глазами все смазалось, а дыхание перехватило. Нет, я вовсе не спустила пар, как думала. Злость хорошенько меня укусила, заразив бешенством и заставив позабыть о благоразумности. Плевать на пустой резерв. Руки и ноги на месте. Конечно, побить не выйдет, но хоть покалечу! И не стража, а желтоглазого мерзавца, который и не подумал убрать свои конечности с моего тела.

Кажется, я зарычала, резко развернулась и попыталась вырваться из объятий Ивара, но они неожиданно стали стальными. У меня не вышло сдвинуться больше чем на несколько сантиметров. А когда я вскинула руки, намереваясь вцепиться ногтями в одну нахально ухмыляющуюся рожу, он сильно дернул меня на себя, и я чуть не впечаталась в него. Желтоглазый еще и наклонился, так что между лицами осталось не больше десяти сантиметров.

– Даже не думай, – едва слышно сказал он.

– Отпусти, – прошипела я.

– Мы молодожены, – напомнил он «легенду».

Из горла снова вырвался невнятный хрип. Непонятно, откуда взялись силы, но я ничего не успела предпринять. Расстояние между нами сократилось в одну секунду, и я почувствовала, как губы Ивара прижались к моим. Рука странно застыла в воздухе, а затем почему-то безвольно опустилась на плечо похитителя, да так там и осталась.

Поцелуй настолько ошеломил, что я замерла, совершенно не представляя, что делать. Прикосновение оказалось неожиданно нежным, а вкус таким сладким, что я невольно разомкнула губы. Объятия стали теснее. Все звуки вокруг словно стихли, веки оказались такими тяжелыми, что сами опустились, а в теле появилось что-то неизведанное ранее. Мне было жарко, сердце учащенно билось, кончики пальцев покалывало, будто с них вот-вот должно было сорваться одно из заклинаний. В голове окончательно помутилось, и я потерялась во времени и пространстве. Когда Ивар отпустил меня, сначала не могла отдышаться, а затем растерянно посмотрела на него.

Посмотрела и нахмурилась, когда заметила, что взгляд точно светится изнутри, а зрачок стал странной формы, вытянувшись, словно у зверя. Но руки по-прежнему крепко держали в объятиях. Судя по всему, Ивар не собирался меня отпускать. Мы стояли как два дурака посередине трактира, уставившись друг на друга, как будто видя в первый раз и дыша через раз.

– Вот это другое дело, – довольно заявил Людвайг.

Басовитый голос стража стал тем ушатом холодной воды, который вывел меня из непонятного состояния. Резко рванув из рук Ивара, я спряталась за спиной Хельги. Удерживать меня желтоглазый не стал, но его взгляд я продолжала чувствовать.

– Ты говорила, что моя комната готова, – хрипло выдохнула я.

– Да, пойдем, я провожу, – натянуто улыбнулась она, продолжая таращиться то на меня, то на Ивара.

Словно во сне, я направилась за Хельгой, стараясь не сшибать стулья и пытаясь прийти в себя. Получалось плохо, к тому же я чувствовала спиной пристальный взгляд, и это нервировало. Но еще сильнее бесило то, что я не только не успокоилась, так еще и поцелуй неожиданно понравился. Зима многоликая, что же со мной такое? Это ведь ненормально! У снежных ведьм холодные сердца! Но мое почему-то сейчас очень странно бьется, а руки трясутся, можно подумать, я чаровала несколько часов подряд.

Настроение уверенно устремилось вниз, пока не достигло пола и не провалилось в подвал. Все это неправильно и несвоевременно! Я должна думать, как отомщу желтоглазому, и искать себе новый мир, куда можно переселиться, а вместо этого вспоминаю, какие твердые и одновременно мягкие губы у Ивара, дыхание едва уловимо отдает мятой, несмотря на выпитое вино, а руки сильные и горячие.

– Простите, а это правда, что Йохан теперь бегает по Вьюге в виде белой обезьяны? – спросил какой-то парень, когда я почти дошла до лестницы.

– Да, – буркнула я, останавливаясь.

– А как так получилось?

– Не сдержалась, – зачем-то сказала я, а затем мотнула головой, стараясь все же избавиться от наваждения.

Не выходило. Обведя компанию мутным взглядом, я увидела на лицах нескрываемое любопытство и, кажется, покраснела. Как иначе объяснить, что щекам стало жарко.

– Спасибо, – непонятно почему сказала блондинка. Видно, ее тоже успел достать. – Но это ведь обратимо? Лично я ничего против не имею, но все же он племянник лорда-хранителя…

– День-два, может, чуть больше, – машинально сообщила я. – Не уверена, что он нормально полиняет, но если что, побреется.

– А, ну тогда нормально, – хихикнула блондинка. – Мы же никому не скажем об этом инциденте? А Эрин и Ивар к этому моменту уже уедут, как я поняла.

– Иза, да ты кровожадная, оказывается, – протянул Людвайг.

Снова раздался взрыв хохота, причем даже бородатый хмыкнул. Это окончательно вывело из себя.

– Тебе бы тоже не помешало побриться, – зло бросила я. – Или ты думаешь, что девушки мечтают, чтобы их целовали всякие коврики или меховые шапки?

Ну почему я все свела к поцелуям? Кажется, с головой совсем беда. Или дело в Иваре, который остановился за спиной. Странно, но его приближение я почувствовала и только потом увидела самого.

На этот раз никто не смеялся, только опасливо посматривали то на громилу, то на меня, а блондинка почему-то покраснела. Понимая, что явно лишняя на этом празднике жизни со своим настроением, я развернулась и направилась к лестнице.

– Фрост, а ведь Эрин права, – услышала я смеющийся голос Хельги. – Предлагаю пари. Приз – побрить Фроста. Делаем ставки! Вернусь, проверю.

Эх, хотелось бы мне радоваться жизни, но настроение сейчас такое, что я способна только грубить. Я словно только что закончила со строительством ледяного города и полностью осталась без сил. Только на этот раз дело не в магии, а в душевном спокойствии.

Не обращая больше ни на кого внимания, я поднялась, а когда хозяйка трактира указала мне на комнату, вошла внутрь и закрыла дверь. Почему-то хотелось плакать, а еще я чувствовала себя дико одинокой и растерянной.

Открыв окно и впустив в комнату морозный воздух, я долго прислушивалась к завываниям ветра и всматривалась в темное небо. По щекам текли слезы, замерзая и холодя кожу. Когда стало понятно, что все бесполезно и стихия не поможет, я зажмурилась.

– Я жду тебя, дочь моя, – донес порыв ветра женский голос.

Испуганно открыв глаза и понимая, что я в комнате одна, поторопилась закрыть окно и отшатнулась от него. С размаху сев на кровать, какое-то время не двигалась, но галлюцинаций больше не было. Успокоившись, быстро разделась и юркнула под одеяло.