Драконы осенних сумерек

Флинт хотел было возмутиться, но передумал и вместе с варваром остался на месте.

– Держитесь сзади – и не наступайте на пятки, – распорядился Рейстлин. И тронулся вперед, шелестя одеяниями и негромко пристукивая Посохом Мага. Танис и Стурм двигались следом, прижимаясь к мокрым стенам. Из гробниц тянуло холодом. Мимоходом заглянув под одну из арок, Танис успел заметить силуэт саркофага, смутно поблескивавшего в неверном факельном свете. Саркофаг был украшен потускневшим золотом и замысловатой резьбой. Другая гробница оказалась взломана и ограблена: Танис рассмотрел череп, ухмылявшийся из темноты. Оставалось только гадать, не собирались ли мертвые отомстить за свой потревоженный сон… Танис усилием воли заставил себя вернуться к реальности, и без того достаточно мрачной.

Достигнув конца коридора, Рейстлин остановился. Овражные гномы с любопытством разглядывали его, не обращая внимания на Таниса со Стурмом. Не говоря ни слова, маг сунул руку в поясной кошель и вытащил несколько золотых монет. У овражных гномов так и заблестели глаза, двое или трое, стоявшие ближе других, подались вперед, желая разглядеть их поподробнее. Рейстлин поднял одну из монет для всеобщего обозрения. Потом подбросил ее в воздух, и… монетка исчезла!

Гномы ахнули. Картинно взмахнув рукой, Рейстлин показал им чудесно возвращенную денежку. Кто-то захлопал в ладоши. Овражные гномы подошли ближе, раскрыв от удивления рты.

Овражные гномы – или ахоры, как их еще называли, – были воистину жалким народцем. Они составляли низшую касту в иерархии гномских племен; они жили по всему Кринну, ютясь в нищете и грязи, заселяя места, покинутые всеми остальными живыми существами – даже животными. Как все гномы, они жили кланами; иногда несколько кланов селилось сообща, подчиняясь каждый своему вождю либо одному наиболее могущественному. В Кзак Цароте жило сразу три клана: Слопы, Блопы и Глопы, и вокруг Рейстлина стояли представители всех трех. Мужчины и женщины были одинаково уродливы и оборваны; женщины отличались разве что отсутствием бороденок да юбками по колено длиной.

Впрочем, несмотря на крайнюю нищету, овражные гномы не знали уныния.

Рейстлин между тем демонстрировал чудеса ловкости: монетка плясала по костяшкам его пальцев, исчезала и вновь появлялась. В очередной раз спрятав монетку, Рейстлин извлек ее из уха изумленного гнома, что вызвало неожиданную задержку в представлении: друзья ахора крепко ухватили его, заглядывая ему в ухо. Один даже сунул туда палец – не найдется ли там еще монет?. Они оторвались от этого занятия только тогда, когда Рейстлин открыл другой кошель и вытащил небольшой свиток пергамента. Развернув его длинными тонкими пальцами, маг прочел нараспев:

– Сух тангус моилар, аст аколар калипар!

Завороженные гномы не сводили с него глаз. Умолк голос мага, и паукообразные буквы на пергаменте запылали. Вспыхнув, они исчезли, оставив лишь облачко зеленого дыма.

– И что дальше? – подозрительно спросил Стурм.

– Гномы заколдованы, – ответствовал Рейстлин. – Я наложил на них заклятие дружбы.

Овражные гномы были действительно покорены. Танис заметил, как интерес и любопытство сменились на их лицах открытым преклонением и любовью. Грязные ладошки тянулись погладить одеяния мага. Гномы не переставая трещали что-то на своем невразумительном наречий. Стурм посмотрел на Таниса с тревогой. Танис знал, о чем думал рыцарь: а ведь Рейстлин в любой миг может учинить то же самое и над нами…

Услышав топот бегущих ног, Танис оглянулся туда, где стоял на страже Речной Ветер. Варвар указал ему на овражных гномов, потом поднял руки с растопыренными пальцами. Стало быть, сюда поспешал еще десяток.

Вскоре действительно показалась новая стайка ахоров. Они промчались мимо Речного Ветра, даже не посмотрев на него, и остановились только при виде своих соплеменников, сгрудившихся вокруг Рейстлина.

– Что происходит? – спросил один, рассматривая мага. Заколдованные гномы между тем тянули Рейстлина за одежду, приглашая его куда-то с собой.

– Друг! Наш друг! – наперебой твердили они на примитивнейшем Общем.

– Да, – проговорил Рейстлин так тихо и ласково, что Танис даже растерялся. – Вы все – мои друзья, – продолжал маг. – А теперь скажите мне, друзья мои, куда ведет этот коридор? – И Рейстлин указал на восток.

Ответы посыпались немедля.

– Коридор ведет туда! – сказал один, указывая на восток. Другой ткнул пальцем в противоположном направлении:

– Нет, туда!

Разгорелся спор. Гномы пихали и отталкивали друг дружку, потом замелькали кулаки, и вот уже один лежал на полу, а другой пинал его, крича во все горло:

– Туда! Туда!

Стурм повернулся к Танису:

– Только этого нам не хватало! Еще немного, и все здешние дракониды сбегутся на шум! Не знаю уж, что там натворил колдун, но это надо прекратить!

Но прежде, чем Танис успел вмешаться, одна из гномских женщин взяла дело в свои руки. Ринувшись в самую гущу сражения, она ухватила сразу обоих драчунов, ловко стукнула их лбами и бросила на пол. Прочие сразу остыли, а храбрая малышка повернулась к Рейстлину. Нос у нее был короткий и толстый, растрепанные волосы торчали во все стороны. Одета она была в залатанное, обтрепанное платье, толстые башмаки и чулки, съехавшие к самым лодыжкам. Однако, судя по тому, с каким уважением смотрели на нее другие гномы, она была у них за старшую. Она таскала с собой большой, увесистый мешок, перекинутый через плечо. Мешок тащился по полу, заставляя ее время от времени спотыкаться. Если кто-то из гномов осмеливался прикоснуться к мешку, она оборачивалась и без разговоров лупила по чему ни попадя.

– Коридор веди большой хозяева, – заявила она, кивнув в сторону восточного конца.

– Спасибо, милая. – Рейстлин погладил ее по щеке. И тихо добавил: – Тан-таго, мусалах.

Маленькая женщина зачарованно слушала, глядя на него с обожанием.

– Скажи, пожалуйста, сколько там хозяев? – продолжал Рейстлин. Она сосредоточенно наморщила лоб, потом подняла короткопалую ручку.

– Один, – сказала она и показала палец. – И один. И один. И один. – Растопырила четыре пальца и торжествующе заявила: – Два!

– Кажется, скоро я соглашусь с Флинтом, – проворчал Стурм.

– Тс-с, – прошипел Танис. Как раз в это время затих скрежет, и тишину нарушил резкий щелчок. Гномы, переминаясь, поглядывали в конец коридора.

– Что это за звук? – спросил Рейстлин свою маленькую почитательницу.

– Кнут, – ответила она безразлично. Измазанной ручкой поймала Рейстлина за одежду и потянула с собой: – Хозяева сердиться! Наша давай-давай иди!

– Что они заставляют вас делать? – спросил Рейстлин.

– Наша иди. Твоя смотри. – Она тянула его изо всех сил, – Наша вниз, они вверх. Вниз, вверх. Вниз, вверх. Твоя сиди! Наша делай езда вниз!

Увлекаемый ахорами по коридору, Рейстлин едва успел обернуться и махнуть рукой Танису – дескать, пошли. Танис передал сигнал Речному Ветру и Флинту, и путешественники последовали за гномами. Околдованные магом по-прежнему держались подле Рейстлина, стараясь не отходить ни на шаг, остальные умчались вперед. Было слышно, как за поворотом коридора возобновился скрежет – еще громче прежнего.

Услышав его, маленькая женщина так и просияла. Гномы остановились, кое-кто привалился к скользким стенам, иные мешками повалились на пол. Только женщина осталась стоять около Рейстлина, не выпуская его рукава. Он спросил ее:


– Почему мы остановились?

– Наша ждать. Не наша черед, – сообщила она.

– А что будет, – продолжал он терпеливо, – когда настанет наш черед?

– Наша ехай вниз! – Она вновь устремила на него полный обожания взгляд.

Рейстлин посмотрел на Таниса и покачал головой. Потом решил испробовать новый подход:

– Как же тебя зовут, маленькая?

– Бупу.

Карамон фыркнул и поспешно зажал рот ладонью.

– Скажи мне, Бупу, – ласково продолжал Рейстлин, – не знаешь ли ты, где логово дракона?

– Дракон? – переспросила она изумленно. – Твоя хочет дракон?

– Нет, – поспешно поправился Рейстлин. – Нам не нужен дракон. Только его логово… место, где он живет.

– Ой, моя не знай. – Бупу сокрушенно замотала головой. Но потом, увидев разочарование на лице Рейстлина, крепко ухватила его руку: – Зато моя веди тебя к Верховный Блоп. Его все знай!

Рейстлин поднял брови:

– А как мы попадем к Верховному Блопу?

– Вниз! – Бупу расплылась в счастливой улыбке. Скрежет между тем прекратился; вновь щелкнул кнут. – Теперь наш черед ехай вниз. Твоя иди с нами! К Верховный Блоп!

– Погоди чуть-чуть. – Рейстлин высвободился из ее рук. – Я должен переговорить с друзьями… – И быстро отошел к Танису и Стурму. – Этот Верховный Блоп, похоже, глава клана, – сказал он. – А может быть, и нескольких кланов.

– Если он так же умен, как эти ребята, он чашку на столе не найдет, не то что дракона, – проворчал Стурм.

– Да нет, скорее всего найдет, – нехотя проговорил Флинт. – Умишко у них, чего уж там, куцый, но зато они великолепно помнят все, что когда-либо видели или слышали. Вся штука в том, чтобы вытрясти из них вразумительные сведения…

– Значит, придется идти к Верховному Блопу, – скривился Танис. – Но чтоб я понимал, что это за «вверх-вниз» и скрип, который…

– Я знаю! – раздался голос.

Танис оглянулся: он успел совершенно забыть про Тассельхофа. А кендер выскочил из-за угла, весьма довольный собой: хохолок так и плясал, глаза горели весельем.

– Это подъемник, Танис, – сказал он. – Как в гномских шахтах. Я один раз был в шахте. Отличное, знаешь ли, устройство! Там у них был подъемник, таскавший наверх породу, и здесь точно такой же. Ну не точно такой, но здорово похожий. Видишь ли… – Тут кендера одолел приступ смеха, но под нацеленными на него свирепыми взглядами он кое-как овладел собой. – Они приспособили здоровый такой котел для перетапливания сала. Когда дракофигенная тварь щелкает кнутом, гномы, стоящие наготове, прыгают в котел, а котел висит на цепи, надетый на колесо с зубьями, как раз подходящими к звеньям, – вот откуда скрежет и скрип. Колесо крутится, котел опускается, а другой идет вверх…

– Большой хозяева. Полный котел хозяева, – вставила Бупу.

– …полный драконидов! – встревожился Танис.

– Не сюда, – сказала Бупу. – Их едет туда… – И она неопределенно махнула рукой.

– Значит, вот кто хозяева, – проговорил Танис. – Сколько же их у котла?

– Два. – Бупу крепко держалась за рукав Рейстлина. – Не больше два!

– То есть четверо, – сказал Тас и виновато посмотрел на малышку. – Правда, они довольно маленькие – не то что те крупные, которые колдуют.

– Значит, четверо. – Карамон расправил широкие плечи. – Что ж, справимся.

– Да, но надо подгадать время, чтобы не оказаться нос к носу еще с пятнадцатью из котла, – заметил Танис.

Вновь щелкнул кнут.

– Иди! – Бупу настойчиво дергала Рейстлина за рукав. – Наша иди! Хозяева сердиться!

– По мне так все равно, сейчас или потом, – сказал Стурм. – Пусть гномы бегут туда обычным порядком, а мы выскочим следом и в суматохе скрутим хозяев. Если один котел стоит здесь в ожидании гномов, другой, надо полагать, в данный момент внизу.

– Похоже на то, – согласился Танис и обратился к овражным гномам: – Когда окажетесь у подъемника – у котла то есть, – не вскакивайте в него сразу. Просто отбегите в сторонку, и все. Договорились?

Маленький народец уставился на него с величайшей подозрительностью. Полуэльф со вздохом повернулся к Рейстлину, и тот, слегка улыбнувшись, повторил им указания Таниса. Гномы тотчас заулыбались и с воодушевлением закивали.

В третий раз щелкнул кнут.

– Эй вы там, шевелитесь! – заорал грубый голос. – Обрубим вам ноги, может, тогда научитесь бегать!