Драконы осенних сумерек
Часть 21 из 71 Информация о книге
– Но тогда что? – допытывался Танис. Глаза Рейстлина сузились: – Я дал тебе совет, а ты можешь делать что хочешь. У меня есть свои причины стремиться туда, и хватит об этом, Полуэльф. Однако нас ждут опасности, Кзак Царот был покинут жителями триста лет назад, но я не думаю, чтобы он долго стоял пустым… – Это верно, – задумчиво согласился Танис и вновь надолго умолк. Маг негромко кашлянул, и Танис спросил его: – Ты веришь, что мы избраны, Рейстлин? Рейстлин ответил не задумываясь: – Да. Так мне было сказано в Башне Высшего Волшебства. Я услышал об этом от Пар-Салиана. – Но почему? – спросил Танис нетерпеливо. – Какие же из нас герои? Пожалуй, только Стурм… – Не о том спрашиваешь, – сказал Рейстлин. – КТО нас избрал? И для какой цели? Вот о чем надо бы поразмыслить, Танис Полуэльф! Маг насмешливо поклонился Танису и двинулся сквозь кусты туда, где остались их спутники. 12. СОН В ПОЛЕТЕ. ДЫМ С ВОСТОКА. ТЯГОСТНЫЕ ВОСПОМИНАНИЯ – Я принял решение, – сказал Танис. – Мы идем в Кзак Царот. – Волшебник небось присоветовал? – угрюмо спросил Стурм. – Да, – ответил Танис, – и я полагаю, что его совету стоит последовать. Если мы не попадем в Кзак Царот за два дня, туда доберутся другие и «величайший дар» может навсегда быть утрачен. – Величайший дар! – У Тассельхофа так и загорелись глаза. – Ты только подумай, Флинт! Бесценные камни! А может быть… – Бочонок эля и жареная картошка с кухни Отика, – буркнул гном. – Уютный очаг… так нет же, премся в этот Кзак Царот… – Итак, все согласны, – сказал Танис. – Конечно, Стурм, если ты полагаешь, что больше нужен на севере… – Я пойду с тобой в Кзак Царот, – вздохнул Стурм. – Кому я нужен на севере? Боюсь, я обманывался… Рыцари моего ордена разобщены, заперлись в рассыпающихся крепостях и не чают отбиться хотя бы от тех, кому задолжали… Лицо Стурма мучительно исказилось, он опустил голову. Танис внезапно ощутил навалившуюся усталость. У него болели шея и плечи, ныла спина, сводило ноги. Он открыл рот, но чья-то рука мягко легла на его плечо. Подняв глаза, он увидел при лунном свете спокойное лицо Золотой Луны. – Ты устал, друг мой, – сказала она. – Мы все устали. Но мы. Речной Ветер и я, рады, что вы идете с нами. – Ее пожатие было крепким. Она обвела маленький отряд взглядом: – Мы рады, что вы все идете с нами. Бросив взгляд на Речного Ветра, Танис пришел к выводу, что рослый варвар был согласен с ней не вполне. – Ну что ж, еще одно приключение, – смущенно покраснев, сказал Карамон. – А, Рейст? Ион подтолкнул брата-близнеца локтем, но Рейстлин не оглянулся. Он смотрел на Хозяйку Леса. – Нам следует отправиться немедля, – холодно проговорил маг. – Помнится, ты что-то говорила о том, чтобы помочь нам пересечь горы… – Истинно, – кивнула Хозяйка, – я рада вашему решению и надеюсь, что моя помощь окажется кстати. И она подняла голову, вглядываясь в темное небо Путешественники проследили ее взгляд. Там, высоко за пологом древесных ветвей, мерцали яркие звезды. Прошло немного времени – и вот вверху заскользили, перекрывая свет звезд, какие-то тени. – Да будь я овражный гном, если это не крылатые кони! – торжественно заявил Флинт. – Интересно, что будет дальше? – Вот это да! – ахнул Тассельхоф, пораженный благоговейным восторгом при виде прекрасных животных, которые кружились над ними, постепенно опускаясь все ниже. Шерсть их отливала в лунном свете бело-голубым, Тас самозабвенно прижал руки к груди. Как ни богато было воображение кендера, о полетах он никогда и думать не смел. Летать!.. Нет, эту возможность он не променял бы даже на обещание битв со всеми драконидами Кринна! Между тем пегасы спускались наземь один за другим; их оперенные крылья поднимали ветер, колебавший ветви деревьев и пригибавший траву. Рослый вожак, чьи крылья кончиками касались земли, почтительно поклонился Хозяйке. Его горделивая осанка была исполнена благородства. Его собратья слетали вниз следом за ним и тоже в свой черед отдавали единорогу поклон. – Ты звала нас? – спросил Хозяйку вожак. – Да, – ответствовала она. – Моих гостей ждут неотложные дела на востоке. Повелеваю вам: на крыльях ветров перенесите их через горы Восточной Стены. Пегас обвел путешественников взглядом, в котором сквозило недоумение. Затем царственной походкой приблизился к ним и оглядел всех по очереди. Тас, конечно же, немедля поднял руку и погладил ноздри небесного скакуна; тот отдернул голову, насторожив уши. Но худшее было еще впереди: добравшись до Флинта, он с отвращением фыркнул и повернулся к Хозяйке: – Кендер, люди… да еще гном в придачу! Флинт чихнул: – Только не воображай, лошадь, будто оказываешь мне великую честь! А Хозяйка Леса лишь улыбнулась, кивнув головой, и пегас вновь поклонился – покорно, хотя и безо всякой охоты: – Да будет так, госпожа. Каждое движение вожака дышало изяществом и силой. Подойдя к Золотой Луне, он хотел было преклонить перед нею колена, подставляя спину. – В этом нет нужды, благородный скакун, – сказала она. – Я села в седло еще прежде, чем выучилась ходить. Вручив Речному Ветру жезл. Золотая Луна оперлась рукой о шею пегаса и легко вскочила на его широкую спину. Ее бледно-золотые волосы казались белыми при луне, лицо с его безупречными чертами казалось изваянным из мрамора. Она воистину выглядела принцессой племени варваров! Взяв жезл у Речного Ветра, она подняла его над головой – и запела. В глазах воина засветилось восхищение; он вскочил на спину крылатого коня позади нее. Обнял девушку, и с ее звонким голосом слился его низкий баритон. Танис не знал языка, но в их песне торжествовала победа. От нее кровь быстрее бежала по жилам; полуэльф только жалел, что не может им подтянуть. К нему подбежал один из пегасов, и Танис устроился на его могучей спине, впереди крыльев. Один за другим садились путешественники на чудесных коней, и песня Золотой Луны наполняла восторгом их души. Расправив широкие крылья, пегасы взлетали с земли, ища воздушные течения. Все выше и выше поднимались они, описывая круги, оставляя лес далеко внизу. Алая и серебряная луна заливали долину и облака над головами совокупным сиянием, окрашивая ночь глубоким багрянцем. Последним, что видели путешественники, был силуэт Хозяйки Леса, подобный звезде, упавшей с небес и одиноко затерявшейся в густеющей тьме… Потом их начало неодолимо клонить ко сну. Тассельхоф дольше всех сражался с этим колдовским сном. Завороженный шумом ветра, бившего в лицо, околдованный видом рослых деревьев, только что возвышавшихся над ним в темноте, а теперь превратившихся в детские игрушки, Тас что было сил боролся с дремотой и продержался всех дольше. Голова Флинта уже давно покоилась на его спине, гном громко сопел. Золотая Луна спала, точно в колыбели, в объятиях Речного Ветра, опустившего голову ей на плечо: даже во сне он продолжал оберегать ее. Карамон, тот попросту лежал на шее коня и оглушительно храпел. Его брат дремал за широкой спиной близнеца. Стурм мирно спал; страдание больше не омрачало его лица. Даже бородатая физиономия Таниса была безмятежна – все тревоги, заботы и сознание ответственности на время оставили полуэльфа. Тас зевнул и тут же вскинулся, ущипнув себя: – Нет… – Отдохни, маленький кендер, – посоветовал ему пегас. – Смертные не созданы для полетов: этот сон послан вам для вашего же блага. Еще не хватало, чтобы вы испугались и упали вниз… – Я не упаду, – возразил Тас и снова зевнул. Его голова склонялась все ниже. Теплая шея пегаса так и манила прильнуть щекой к мягкому душистому меху. – Я не испугаюсь, – пробормотал он сонно. – Я никогда ничего не боюсь… И уснул. Вздрогнув, полуэльф проснулся и обнаружил, что лежит на зеленом лугу, а над ним, глядя вдаль, на восток, стоит вожак крылатых коней. Танис приподнялся и сел. – Где это мы? – спросил он. – Это не город… – Огляделся и добавил: – Погоди, но мы даже не пересекли горы!.. Пегас обернулся к нему. – Мне очень жаль, – сказал он. – Мы не сможем доставить вас к горам Восточной Стены. Там, на востоке, затевается величайшее бедствие… Тьма висит в воздухе, тьма, какой я не видел на Кринне бессчетные… – Осекшись, он опустил голову и стал беспокойно рыть землю копытом. Потом сказал: – Я не осмелился лететь дальше… – Где же мы? – растерянно повторил полуэльф. – И… где остальные пегасы? – Я отослал их домой, а сам остался охранять ваш сон. Теперь вы просыпаетесь, и я вас покину. – Он сурово поглядел на Таниса. – Я не знаю, что пробудило к жизни великое зло, грозящее Кринну. Я хочу верить, что не ты со своими спутниками тому виной… И он развернул громадные крылья. – Да погоди же! – Танис вскочил на ноги. – Какое… – Но пегас взвился ввысь, сделал два круга и стремглав полетел к западу. – Какое зло?.. – угрюмо спросил Танис вслед удалявшемуся коню. Вздохнул и осмотрелся кругом. Его друзья по-прежнему крепко спали, лежа в траве. Пытаясь сориентироваться, Танис обвел глазами горизонт Уже светало; солнце готово было проглянуть на востоке. Танис стоял посреди широкой равнины. Нигде, сколько хватал взгляд, не было видно ни деревца – одни луга без конца и края. Раздумывая про себя, какое такое «зло на востоке» имел в виду пегас, Танис уселся ждать восхода солнца и пробуждения спутников. Он не слишком беспокоился насчет того, где именно они находились: уж кто-кто, а Речной Ветер, должно быть, знал свою страну наизусть до последней травинки. Танис растянулся на земле и стал смотреть на восток, чувствуя, что странный колдовской сон освежил и укрепил его так, как того с ним не бывало уже много ночей… И вдруг… Танис резко сел: блаженного ощущения как и не бывало, наоборот – точно невидимая рука стиснула его горло. Там, впереди, навстречу восходящему солнцу змеились толстые столбы жирного черного дыма!.. Вскочив, Танис подбежал к Речному Ветру и осторожно тронул его за плечо, пытаясь разбудить варвара и не потревожить при этом Золотую Луну. – Тихо!.. – шепнул Танис, предупреждающе прижимая палец к губам и кивая на спящую девушку. Речной Ветер заморгал спросонья, но заметил мрачное выражение лица полуэльфа, и остатки сна тотчас слетели с него. Он бесшумно поднялся и, оглядываясь, пошел за Танисом. – Что происходит? – шепнул он. – Мы – на Равнинах Абанасинии, и до гор Восточной Стены еще почти день пути. Моя деревня к востоку отсюда… Танис молча вытянул руку к востоку, и Речной Ветер умолк, а потом хрипло, отчаянно вскрикнул, заметив дым. Золотая Луна тотчас проснулась. Приподнявшись на локте, она нашла глазами Речного Ветра, и сонное недоумение в ее взгляде сменилось растущей тревогой. Оглянувшись, она наконец увидела, что же так ужаснуло его. – Нет, – прошептала Золотая Луна. И закричала: – Нет!.. – Вскочила и торопливо принялась собирать рассыпавшиеся вещи. Ее крик разбудил всех остальных. – Что?.. – так и подскочил Карамон. – Деревня, – негромко пояснил Танис, указывая рукой. – Их деревня горит. Кажется, эти армии движутся быстрее, чем мы предполагали… – Не в том дело, – сказал Рейстлин. – Помнишь, что говорили жрецы-дракониды? Они, дескать, проследили путь жезла до деревушки на Равнинах… – Мой народ… – пробормотала Золотая Луна. Силы внезапно оставили ее, и она обмякла в объятиях Речного Ветра, неотрывно глядя на дым. – Мой отец… – Ну что ж, надо идти. – Карамон беспокойно озирался по сторонам. – А то отсвечиваем тут, точно самоцвет в пупке танцовщицы… – Да, – сказал Танис. – Надо убираться отсюда. Но куда? – спросил он Речного Ветра.