Дорогой сводный братец

— Никто не просил тебя приходить домой сегодня! Я вполне наслаждалась собственной компанией.

— Да неужели? Ты собиралась поваляться на диване со своим вибратором или что-нибудь в этом духе?

У меня оборвалось сердце…

Мой вибратор!

Дерьмо!

Он был в ящике вместе с моим нижним бельём. Я забыла, что переложила его туда, когда наводила порядок в прикроватной тумбочке. Довольно долго не пользовалась им и совершенно забыла.

Он и его забрал!?

— Посмотри-ка на себя! Только поняла, что потеряла? Как же ты расслаблялась? Либо у тебя болит не один палец, либо ты реально нуждаешься в хорошей разрядке.

Должно быть, моё лицо сменило сотни оттенков красного.

— Ты подонок.

У меня начался нервный тик.

— Ты снова подмигиваешь мне. Прости, ничем не могу помочь. Может тебе лучше сегодня посмотреть… фильм другого жанра. Должно сработать. У меня есть парочка подходящих. Если хочешь, можешь позаимствовать для того чтобы… ну знаешь… остудить трубы.

В моей голове снова всплыли слова, сказанные им в тот вечер: «Имей хоть немного самоуважения.»

Я решила, что сыта этим по горло. Буду выше всего и уйду к себе в комнату, не говоря ни слова. Но, прежде чем сделать это, я схватила коробку с лапшой и вывалила её содержимое Элеку на колени.

— Остуди это, мудак.

Его хриплый смех догнал меня на уже на лестнице.

Той ночью, я всё ещё кипела от злости, ворочаясь на простынях. Кем он себя возомнил? Что за пассивно-агрессивная манера поведения? Он пытался обыграть всё так, словно это я хотела привлечь его внимание, хотя сам писал мне сообщения во время собственного свидания, а потом примчался домой раньше времени, дабы сорвать мою встречу с Бэнтли.

Навязчивые мысли не покидали меня где-то до двух ночи, пока их не прервало нечто вроде крика из комнаты Элека.





Глава 7




Элек кричал и метался в постели.

— Мама, пожалуйста. Нет! Очнись! Очнись! — его дыхание было прерывистым, подушка и одеяло слетели на пол. — Прошу тебя, — кричал он.

Пока я тормошила его, моё сердце выскакивало из груди.

— Элек! Элек. Это просто сон.

Находясь всё ещё в полусонном состоянии, он схватил меня за руку и сжал так крепко, что мне стало больно. Когда его глаза распахнулись, казалось, будто парень до сих пор пребывает во власти сна. Пот бисеринками блестел у него на лбу. Он сел в кровати и в шоке уставился на меня, словно не понимал, где находится.

— Это Грета. Тебе приснился кошмар. Я услышала, как ты кричишь, и подумала, что что-то случилось. Всё в порядке. С тобой все хорошо.

Его дыхание медленно приходило в норму, хотя всё ещё было шумным. Когда в его глазах появилась ясность — хватка на моей руке ослабла.

Он отпустил меня.

— Уже второй раз я застаю тебя в моей комнате, пока нахожусь в полусознательном состоянии. Откуда мне знать, чем ты тут занимаешься, пока я сплю?

Ты издеваешься надо мной?

С меня достаточно этого дерьма.

Возможно, дело было в том, что я не спала всю ночь и была на нервах, или же просто превысила свой лимит его оскорблений. Но вместо того, чтобы ответить, я толкнула его что было силы. Наверное, я поступила по-детски, но мне так сильно захотелось сделать это, и, похоже, данный момент стал последней каплей в чаше моего терпения.

Братец искренне рассмеялся, что взбесило меня ещё больше.

— Неужели?! Я уже заждался.

— В каком смысле?


— Я ждал, когда же ты, наконец, сорвёшься.

— Считаешь, довести меня до того состояния забавно?

— Нет, я думаю, ты забавная… на самом деле забавная. Меня ничто так не развлекало, как возможность поприкалываться над тобой.

— Отлично. Рада была помочь.

Черт. На глаза навернулись слёзы.

Этого просто не может быть.

Приближались «те самые дни», и я никак не могла справиться с эмоциями. Попыталась спрятать лицо, но знала, что он увидел, как скатилась первая слеза.

Улыбка Элека растаяла.

— Какого чёрта?

Мне просто необходимо было исчезнуть. Я не могла объяснить ему свою глупую реакцию, потому что сама толком не понимала ее.

Так что вместо тщетных попыток, развернулась и ушла в свою комнату, захлопнув за собой дверь. Забравшись в постель, я натянула на голову одеяло и закрыла глаза, желая заснуть. Но, конечно, не смогла.

Моя дверь медленно, скрипя открылась, и включилась лампа.

— Мир? — услышала я слова Элека.

Когда обернулась то, к моему стыду, увидела его с членом в руках.

Не с каким-нибудь членом, а с моим членом. С моим фиолетовым в натуральную величину резиновым пенисом. Моим вибратором. Он помахал им.

— Ничто не скажет «извини меня» лучше, чем член и улыбка.

Я отвернулась, снова спрятавшись под одеяло.

— Да ладно, ты что там серьёзно расплакалась?

В комнате было тихо, лёжа под одеялом, я думала, что если буду игнорировать Элека, он просто уйдёт. Услышав щелчок и жужжание, я почувствовала, как кровать прогнулась под его весом, и поняла, что ошиблась.

— Если ты не улыбнешься, тогда мне придётся защекотать тебя этим маленьким парнем. Элек ткнул меня вибратором в бок, я увернулась, отбросив от себя одеяло, и попыталась схватить игрушку. Но он не дал мне этого сделать. Быстрыми движениями Элек продолжал щекотать меня: ноги, под коленками, ступни.

Я боролась с желанием засмеяться.

— Хватит!

— Не-а…ни за что.

Когда он засунул его мне подмышку, я больше не могла сдерживаться и начала истерически хохотать, ощущая его смех совсем рядом.

Как так вышло, что посреди ночи, я кувыркаюсь в постели с Элеком, который угрожает мне резиновым пенисом?

Я смеялась так сильно, что думала, умру.

Смерть от фаллоимитатора!

Наконец-то он выключил его, и мне понадобилось несколько минут, чтобы отдышаться и успокоиться.

— Почему остановился сейчас?

— Цель была рассмешить тебя. Миссия выполнена, — он протянул мне вибратор. — Вот, держи.

— Спасибо.

Он приподнял бровь.

— Пижамная вечеринка завтра вечером? Мне принести крекеры?

— Очень смешно, — сказала я, убирая вибратор в боковой ящик стола и мысленно напоминая себе, завтра найти для него более надежное место.

Элек остался лежать рядом со мной, прислонившись головой к спинке кровати. Несмотря на то, что мы не касались друг друга, я ощущала тепло его тела, пока лежали бок о бок в тишине.

Пока мой взгляд блуждал по его загорелой груди и рельефным кубикам пресса, во мне начало загораться желание. Из-под серых тренировочных штанов выглядывала резинка его трусов. Длинные ступни были обнажены, и впервые в жизни мне показалось, что это чертовски сексуальным. Я с трудом отвела от него взгляд и уставилась в потолок.

Его голос звучал низко.