Диплом по некромантии, или Как воскресить дракона

И тут же они оба посмотрели друг на друга.

Лютер почувствовал, словно огонь от желтовато-карих глаз перекидывается на него, несмотря на расстояние, и теперь пляшет прямо у него в груди.

Профессор Ториман недоумевающе посмотрела сначала на него, затем на Диару и обратно.

Чуть в стороне сделал то же самое рыжеволосый Антел. Мерзавец даже снял очки, чтобы протереть слезящиеся от радости глаза.

— Мои приказы не обсуждаются, — наконец звонко проговорила магистр, — приступайте!

И отвернулась.

В угрюмом молчании Лютер двинулся к банкам с органами, быстро натаскав себе всего, что попало. Диара занималась тем же, расставляя колбы на своей половине стола и стараясь вовсе не смотреть на напарника.

— Тебе помочь? — бросил через некоторое время некромант, с любопытством наблюдая, с каким трудом девушка выбирает, а затем устанавливает к себе самые большие сосуды с самым отвратительным содержимым.

Лютер уже нахватал для себя всего подряд, не разглядывая.

— Обойдусь, — спокойно ответила она, не поднимая на него глаз. — Спасибо.

Будто он ей вовсе не интересен. Так… словно он мебель, а не партнер.

Парень прищурился и отвернулся.

Что ж, в любом случае он сам хотел не вступать с ней в контакт, не разговаривать и вообще не иметь ничего общего. Так что ее демонстративный игнор был ему только на руку.

Вот только стоило им оказаться за одним столом всего в паре шагов друг от друга, как невидимая напряженность вокруг незаметно начала повышаться. И чем дольше они старались не встречаться взглядами, тем сильнее воздух, казалось, начинал трещать от напряжения.

— А теперь надевайте перчатки, вынимайте органы из формалина, — проговорила профессор Ториман. — И раскладывайте их на полу так, чтобы все было видно и в доступности для вас.

Чуть в стороне кто-то жалобно взвыл, не желая прикасаться к кускам мертвых тел.

Однако, несмотря на всеобщее нежелание работать с трупами, очень скоро магиане справились с этой задачей. Все же за пять лет у них накопился достаточный опыт, хотя любви к мертвым телам это и не прибавило.

У Диары на полу оказалась самая большая куча мяса. У Лютера, наоборот, — совсем маленькая. Он сознательно выбирал банки поменьше, чтобы не возиться с крупными органами.

Теперь он окинул насмешливым взглядом Диару, которая успела изрядно испачкать защитный халат в формалине, и вдруг бросил, не ожидая от самого себя:

— Любишь, чтобы все было покрупнее, да?

И чуть не ударил себя по лбу.

Девушка медленно повернулась к нему и распахнула глаза.

«Да-да, цветочек, — мысленно пробубнил Лютер, — я сам в шоке».

— Очень люблю, — вдруг ответила Диара и дерзко улыбнулась. — Правило трех «м» помнишь?

Она подняла в воздух ладонь, затянутую в перчатку, с согнутыми указательным и большим пальцами и выпрямленными остальными. Затем склонила голову набок и вдруг пошевелила мизинцем.

Лютер вспыхнул, тут же ощутив, как кровь начала закипать.

«Ну надо же, — подумал он и не смог сдержать ответную ухмылку, — сам себя загнал в ловушку».

При этом некромант не сводил взгляда с медно-карих глаз, которые в этот момент так ярко горели.

— Сейчас я напишу вам заклятие, которое вы должны будете произнести, — говорила в этот момент магистр Ториман, вычерчивая зеленым мелом символы эшгенрейского прямо на черной стене. — Оно называется «братские кости». Но не спешите его читать. Сначала вы должны сделать вот что.

Лютер снова скосил взгляд на Диару, что стояла с таким невозмутимым видом, будто знала, о чем пойдет речь. Он был даже слегка заинтригован.

— Расположите органы на полу таким образом, чтобы они отдаленно напоминали живой организм, — продолжала профессор. — Затем прочтите первую ступень заклятия и протяните руку вперед. По вашему приказу Тьма приобретет свойства так называемого «сумеречного клея». После этого начинайте мысленно соединять органы. Как только сделаете это, возвращайтесь ко второй ступени заклятия. Это ясно?

— Да, магистр Ториман, — нестройным хором ответили магнате.

Лютер посмотрел на кучку разбросанных перед ним по полу кусков тел и слегка нахмурился. На полу лежали несколько сердец, почки, хвосты и уши. Собрать что-то дельное из подобного набора было почти нереально.

В связи с этим назревал вопрос.

— Магистр Ториман, — проговорил он, мысленно складывая свой «пазл», — а что у нас должно получиться в итоге?

Губы профессорши растянулись в такой широкой улыбке, что Лютер почуял подвох. И не ошибся.

— У вас должен получиться защитник. Существо, которое вы поднимете, чтобы уже сегодня оно отдало свое темное подобие жизни за вашу сохранность.


— Сохранность? — приподнял бровь Лютер. — Магистр, — протянул он, подключая одну из своих улыбок, которые так нравились всем девушкам вне зависимости от возраста, — вы же не станете требовать, чтобы мелкая тварь из десятка мясных ошметков защищала нас в реальном бою?

Магистр Ториман улыбнулась еще шире.

— Стану, Рейвел. И если у вас получится не слишком удачно, боюсь, это будут только ваши проблемы.

Лютер посмотрел на свою несчастную кучку мяса, которая подошла бы разве что на очень невкусный суп, а затем перевел взгляд на внушительную груду рядом с Диарой.

Заметив его внимание, девушка ухмыльнулась.

— Удачи, Лютер, — весело бросила она тоном, которым можно пожелать только провала. — Уверена, у тебя выйдет отличная, в меру крупная мышь.

Некромант закусил губу изнутри и прищурился, проговорив:

— Цветочек, хочешь сделку?

— Сделку? — переспросила Диара, делая вид, что ей вообще неинтересно, о чем он говорит. Девушка аккуратно раскладывала на полу ноги упивцев, руки утопцев и два туловища другой неизвестной нежити, что по виду напоминала гулей. — Хочешь пообещать, что будешь хорошим мальчиком? Послушным, культурным и предупредительным? Каждое утро будешь готовить мне горячий шоколад и приносить…

— Прямо в постель? — закончил за нее некромант, опершись рукой о стол и шагнув ближе. — Это я с удовольствием. Хотя первую часть из твоего списка обещать не могу. Я, знаешь ли, от природы жутко непослушный.

Щеки Диары покраснели, и Лютер мгновенно поймал это изменение.

Ему понравилось.

— Я хотела сказать — будешь приносить к дверям моей комнаты, — ответила она с легким придыханием и… тоже неожиданно шагнула вперед. — Станешь аккуратно стучать, — она вдруг постучала по столу костяшками пальцев, будто демонстрируя, — и с благоговением исчезать, пока я не открыла дверь и не увидела тебя. Непослушные некроманты с дурным характером могут испортить мне настроение с самого утра.

Коротким движением она убрала упавшие на лицо распущенные волосы, не сводя с парня глаз.

Они словно пытались победить друг друга в игре «кто отвернется первый».

Снова.

Лютер уже не вспоминал, что еще совсем недавно собирался ограничить с девушкой общение до минимума. Сейчас он был почти счастлив, что они вновь разговаривают. Находиться рядом с ней в гнетущей тишине оказалось просто невыносимо. А та скрытая борьба, что между ними происходила, будто оживляла его, будила какой-то темный охотничий инстинкт.

И тем интереснее оказывалось то, что Диара вовсе не походила на жертву.

— Как много у тебя условий, цветочек, — улыбнулся Лютер, не замечая, что вновь делает шаг вперед.

— Так что ты хотел предложить? — напомнила Диара. — Может быть, меня и сделка твоя не заинтересует.

— Отдай мне ногу, — попросил Лютер, скрывая улыбку.

— Левую или правую? — тут же отозвалась она, чуть сжав полные, подрагивающие от смеха губы.

Теперь они стояли друг от друга всего в паре десятков сантиметров.

— Лучше обе, — ответил некромант неожиданно охрипшим голосом.

К сожалению, он уже представлял их. Ее ноги. Вовсе не те, о которых говорил сначала, не старые проформалиненные конечности какой-то нежити, а ее собственные стройные ножки, которые он еще вчера представлял на высоких каблуках.

Жар подкатил к горлу, в висках застучало. Внезапно Лютер понял, что Диара находится так близко от него, что в ее широко распахнутых глазах видно его отражение… Так близко, что стоит всего лишь немного наклониться и…

Его взгляд вдруг скользнул по ее губам.

Кровь в венах забурлила с такой силой, что перед глазами потемнело.

Лютер схватился за столешницу, заведя руку немного за спину Диары. Шагнул к ней последний раз, уже почти чувствуя, как случайно касается носом ее щеки, проводит губами по коже…

«Почему она не двигается? — мелькнуло нервно в его голове. — Почему не уберется, к демонам, прочь от меня, если видит, что я опять так близко?»

Больше всего его сводило с ума, что Диара стояла неподвижно, как и он, кажется, вовсе перестав дышать. Глядя на него так, словно он один существовал на земле. Словно они были не в аудитории, набитой аспирантами и кусками тел нежити. И не стояла в паре метров левее магистр Ториман, периодически поскрипывая мелом по стене.

«Темные боги…»

Он и сам забыл обо всем этом.

— Как только вы создадите с помощью «сумеречного клея» каркас для вашего защитника, читайте оставшиеся две ступени заклятия, — проговорила профессор. — Этим вы заставите нежить двигаться.

От звонкого голоса профессорши Диара вздрогнула и растерянно опустила глаза. Снова убрала за ухо непослушную прядь и, нервно дернувшись сперва влево, затем вправо, наконец развернулась, чтобы уйти на свою половину стола.

— Стой, — бросил Лютер, схватив ее за руку и все еще чувствуя, как стучит пульс в ушах.

Как стучит пульс под его пальцами…

— Чего тебе? — сдвинув брови, спросила Диара так, словно не понимала, какого драугра только что опять произошло.