Девственность по контракту

* * *


В пятницу после обеда мой босс снова вызвал меня к себе.

– Скажите, Моника, вас ведь нет никаких планов на этот уикенд?

Этот вопрос заставил меня смутиться и покраснеть.

Это было нечестно.

Ведь я сама рассказала ему о своём несостоявшемся уикенде с моим несостоявшемся мужчиной. Ну разве не жестоко вот так задевать и без того разбитое сердце?

Я пожала плечами и, стараясь не показывать, как больно этот вопрос меня ранил, небрежно бросила:

– Планирую генеральную уборку.

– А у меня есть план получше. – сказал мистер Джефферсон. – друзья приглашают меня на загородную виллу. Будет что-то вроде пляжной вечеринки: веселье, коктейли, в обязательном порядке бассейн и хорошее настроение. Что скажете?

Я опять пожала плечами.

– А что я могу на это сказать? Только «Желаю вам хорошо повеселиться»!

– Почему же мне? Я хочу пригласить вас, – сказал мой босс.

– Нет, спасибо, не нужно, – проговорила я, отведя взгляд в сторону.

Потому что больше всего на свете мне сейчас хотелось ему сказать: «А что, эта ваша девица не годится для пляжа?». Но, конечно, я этого не сказала. Иначе всё бы выглядело как сцена ревности, которая в данных обстоятельствах совершенно неуместна.

Но босс не собирался сдаваться.

– А если я вас очень попрошу? – спросил он.

– Тогда я просто не выполню вашу просьбу!

Да что же это? Неужели непонятно, ни на какую вечеринку я ехать не хочу!

– А если я скажу вам, что это командировка? – Кажется, босс включил режим танка и теперь ни за что не отступится.

Но и я не собиралась сдавать позиции.

– Но это же не командировка, а пляжная вечеринка! – возразила я.

– Пляжная вечеринка, на которой будут наши потенциальные заказчики. Может быть, прямо там и договоры подпишем. Так что вы мне нужны.

Я возмутилась: вот же человек! Врёт и не краснеет. Впрочем, кажется, договоры заключать он готов где угодно и какие угодно – в этом я уже убедилась.

– Ну так что скажете? – спросил он, глядя на меня совершенно невинным взглядом.

Что я скажу?

Я скажу, что в жизни не была на пляжных вечеринках.

И все эти тусовки с коктейлями у бассейна тоже видела исключительно в фильмах. А ещё, что если я останусь в эти выходные дома одна, есть вероятность, что я просто умру от тоски и тягостных воспоминаний о том, как именно было разбито моё сердце.

Но, разумеется, ничего из этого я не произнесла вслух.

А сказала совсем другое:

– Это ведь выходные? Так что, надеюсь, что оплата будет по двойному тарифу.

– Даже не сомневайтесь, мисс Брайт, – сказал босс. – И обязательно возьмите с собой купальник и пару коктейльных платьев. Впрочем, можете обойтись одним только купальником.





Глава 11




Мы приехали на эту загородную виллу в субботу утром. К счастью, она располагалась недалеко от города, так что неловкое молчание в машине было недолгим. Впрочем, возможно, только мне оно показалось неловким.


У мистера Джефферсона, кажется, было отличное настроение.

У ворот огромного особняка с прилегающим к нему садом и несколькими бассейнами нас встретил высокий молодой человек – загорелый с белозубой улыбкой.

Он выглядел каким-то чересчур счастливым. И я даже присмотрелась к нему повнимательнее. Уж не принято ли на этой чудной вечеринке куда затащил меня босс какие-нибудь штуки посерьезнее алкогольных напитков. Но радость молодого человека тут же объяснилась причинами куда более законными.

– Стенли, дружище, – он так радостно и крепко заключил в объятья моего босса, что стало ясно: это старые друзья, которые не виделись как минимум тысячу лет.

– Моника, знакомься, это Брайан, хозяин всей этой красоты. Брайан, это Моника…

Я замерла, ожидая продолжения. Что он скажет? Это Моника – мой новый ассистент? Или это Моника – моя давняя подружка? Или…

Впрочем, ни с одним ответом я не угадала.

Мой босс сказал просто: Моника.

Без каких-либо объяснений.

Я еще раз бросила взгляд на молодого человека. Оказывается, первое впечатление было обманчивым, он выглядел не просто молодо, а даже юно, так что у меня промелькнула мысль: вряд ли это хозяин дома. Скорее сын хозяина дома. Я поёжилась. Надеюсь, в самый разгар веселья сюда не явится полиция и не станет выяснять, почему мы спаиваем несовершеннолетних…

Брайан сделал мне пару комплиментов, еще раз дружески обнялся с мистером Джефферсоном, а потом перепоручил нас симпатичной горничной.

– Тина покажет вашу комнату, – сказал он.

Я уже подхватила сумку и двинулась за девушкой в форменной одежде, как вдруг до меня дошло: «нашу комнату»? То есть мы будем ночевать вместе?

И это значит, что мистеру Джефферсону всё-таки удалось меня провести. Я окажусь запертой вместе с ним в одном помещении! А это в мои планы ну никак не входило.

– Что значит «в нашу комнату»? – зашипела я на ухо боссу, не слишком громко. Мы все еще шли за горничной по тенистой тропинке, а я не хотела, чтобы нас услышали. – Вы мне ничего такого не говорили.

– Чего я не говорил? – непринужденно спросил он с таким видом словно действительно не понимал, что не так.

Притворщик!

– Того, что мы будем жить в одной комнате! – отчеканила я вроде бы как специально для таких непонятливых.

– Тоже мне… жить, – сказал босс, – всего лишь переночуем.

Переночуем! Всего лишь!

Я уже набрала в легкие воздуха, чтобы высказать все, что я об этом думаю, но мистер Джефферсон меня опередил.

– Послушайте, Моника, это ведь не отель, а всего лишь дом моего друга. Было бы странно просить нас расселить в разные комнаты. Тем более что мы здесь не одни.

Напоминать мне, что мы не одни, вовсе не стоило. Сквозь заросли аккуратно подстриженных кустов я уже могла рассмотреть место, где происходило основное веселье. Судя по музыке, визгу и шуму там отдыхало столько народу, которого может быть и хватит на отель.

Когда мы пришли в комнату я с облегчением выдохнула.

Я-то себе представляла маленькую каморку с огромной двуспальной кроватью, а тут оказались целые апартаменты.

Отдельно – небольшая гостиная с мягким уютным диваном, отдельно спальня с той самой огромной кроватью, на которой (об этом я подумала с особым, не свойственным мне злорадством) кое-кто однозначно будет спать один. А меня и диван устроит.

Ванная оказалась одна.

Но она закрывалась изнутри, так что я могла чувствовать себя в безопасности.

Обнаружив что наши условия проживания вполне себе приличные я сразу же как-то успокоилась и даже немного повеселела. Теперь мне уже не терпелось пойти туда, к бассейну окунуться в гущу веселья. Ну и в бассейны окунуться тоже.

Я быстренько заскочила в ванную переоделась в купальник и повязала на бедра платок, длинный, но достаточно прозрачный.

Взглянула на себя в зеркало и в целом осталась довольна. Конечно, по сравнению с этими детьми солнца, чья жизнь проходит у моря и на вечеринках, мой фирменный офисный загар (читай: самая обычная бледность) будет смотреться не очень.

Но все это вполне скрадывается безупречной фигурой, которую я прикрыла таким образом, что она смотрелась куда сексуальнее чем если бы не было этого полупрозрачного платка.

Ну и давайте не будем забывать про грудь, плотно схваченную ярким купальником. Между прочим, это лучшая грудь в мире, ну конечно по версии мистера Джефферсона, когда он опрокинул в себя полбутылки виски.

И все же.

Мягкие босоножки с небольшим изящным каблучком дополнили этот образ и из ванной комнаты я выходила как Афродита из пены морской: потрясающе красивая и уверенная в своей красоте.

Вышла, сделала два шага и тут же забыла о том, как там я выгляжу, куда собираюсь идти и вообще, какой сегодня год и как меня зовут.

Потому что мистер Джефферсон решил не дожидаться, когда я освобожу ванную комнату, и переодеться прямо здесь.

И я появилась в тот самый момент, когда снять с себя он успел все, а надеть вместо этого – ничего. То есть вообще ничего.