Девственница для тирана

– Глупая! Да я нахер её послал, после того, что она со мной сделала. А-а-а! Ты всё не так поняла! Что ты себе там накрутила? Сама сделала вывод, убежала, даже не поговорив со мной! Дорогая, скажи, пожалуйста, что это гормоны виноваты в твоём поведении?! И как так получилось… Ты же таблетки пила?

Вот это новость века. Я не ожидал. Амелия беременна. От меня. Я скоро стану отцом. И я им обязательно стану! Она что, собралась избавиться от ребёнка? Без моего ведома? Ненормальная!

– Ты что, хотела избавиться от него, да?

Я её не ругаю, я говорю спокойно, мягким тоном, глажу девушку по волосам. Она испугалась. Я ведь предупредил, без сюрпризов. Поэтому не сказала.

– Я понял, что мне нужна… только ты. Я места себе не нахожу, детка, – шепчу ей в ушко, но она не верит, не слышит, не понимает, что я не сержусь.

– Я не могу растить одна. Если он тебе будет не нужен. У меня ведь проблемы. Мне брата нужно спасать! Ты ведь явно дал понять, что если я заберемен…

– Хватит, котёнок. Я ошибся. Все люди ошибаются. Я не ангел, ты же знаешь. Я не позволю, слышишь! Вырезать из твоего тела моё, – говорю это очень серьёзно, кровь в жилах стынет. Я становлюсь перед ней на колени и уверенно произношу: – Выходит за меня замуж, Амелия. Я хочу от тебя ребёнка. Я хочу, чтобы ты стала моей судьбой.

– Ты что… Правда? Ты серьезно? – истерика сквозь слезы усиливается. Она не понимает, что происходит. Не верит. – Зовешь меня замуж?

– Да. Стань моей женой, – повторяю твёрже, сжимая её миниатюрные ручки своей крепкой рукой. – Я говорю это на полном серьёзе. На счёт Джессики, ты ошиблась. Она никто мне. Больше никто. И хорошо, что всё вышло именно так, как сейчас. Если бы она мне не изменила, я бы… никогда не встретил тебя.

– Я даже не знаю… Так неожиданно. Волнительно.

– Я люблю тебя, – ласково мурлычу я, перебивая Ами, вообще не узнавая себя, беру её за подбородок и нежно целую. Жар разливается по всему телу. Она тает в моих руках как сахар в кипятке. Я скучал за ней. Пусть и прошло всего пару дней. Я неимоверно сильно скучал за своей девочкой.

– Да.

Она говорит мне да, а я целую её сильней, углубляя поцелуй.

– Я рад, что это случилось, – я трогаю её живот. Глажу нежно. Делаю ей приятно. – Давно мечтал о детях.

– Я хочу, чтобы ты знал… Я не такая, как твоя бывшая. Я не сделаю тебе больно, – честно признаётся малышка, сильнее прижимаясь ко мне, обнимая.

– Я знаю, малыш, я знаю. Вот здесь я чувствую. – Я беру руку Ами и кладу её на область сердца. – Оно бьется. Чувствуешь, как стучит?

– Чувствую, – детка блаженно закатывает глаза.

Сильно. Моя грудь вибрирует. Она чувствует. Как быстро и трепетно бьется в груди в ответ на её прикосновение сердце тирана.

– Ты. Это сделала ты, – я обхватываю личико Амелии ладонями, произношу серьёзным вкрадчивым тоном, глядя в восхитительные серо-зелёные глаза девушки и тону в них с головой. Полностью и навсегда растворяюсь в своей такой любимой и единственной во всей необъятной вселенной малышке: – Оживила сердце тирана.





Эпилог




Амелия

– Дэн, Дэн, давай, пасуй, ну же! Я открыт! – раскатисто смеется звонкий, такой родной мне голос. Слышать смех этого мальчишки – одно удовольствие.

Сегодня очень душно. Я сижу в парке и с улыбкой на лице наблюдаю за тем, как Дэниел Блэк, на котором красуется футбольная форма зеленого цвета с цифрой «номер 1», играет в футбол с ребятишками на стадионе в парке и… ловко передает пас Саймону. А я, тем временем, качаю на руках маленькую Аманду Блэк. Миллионер ведет себя как обычный человек. Играет в футбол в центральном парке с детьми, ест мороженное и просто загорает на мягком зелёном газоне в окружении «простых смертных». В это сложно поверить. Но это не сон! Это моя новая реальность.

– Смотри, бусинка, видишь? Кто это? – тычу пальцем в высокого темноволосого красавца, который, в настоящий момент, ловко забивает гол в ворота противника.

– Абу, бу-бу, – хохочет моя сладкая девочка и улыбается, показывая мне свой единственный зуб.

– Сестренка, мы выиграли! Представляешь! Ес-с-с! – Саймон подбегает ко мне и смачно целует меня в щёку. Сначала меня, а потом малышку Ами. Аманада радостно смеётся и пытается хлопнуть в ладоши, копируя жесты Саймона, а брат убегает обратно на поле, продолжая игру.

Спустя секунду, к нам приближается сам господин Блэк собственной персоной. Соблазнительно покачивая бёдрами, Дэн подходит ближе. Он мокрый. И такой, черт, сексуальный. Я хочу его, так сильно хочу, что краснею как помидор от своих порочных, гадких мыслей. Впрочем, как обычно. Как можно не хотеть сущее совершенство?

– О чём думаешь, красавица? – он игриво подмигивает, берёт из корзины бутылку минералки, льнёт губами к горлышку и делает глоток. Боже! На него невозможно смотреть. Вообще! Любое действие – провокация и адская мокрота между ног.

– Чёрт, проклятье! Не надо так, – хнычу я, крепко сжимая бёдра. Там разгорается нешуточный жар. – Мы же не дома. В общественном месте.

– А что я делаю, малышка? – Дразнит он меня. Наклоняется и смачно целует меня в губы. Наша дочка хохочет, цепляется руками за одежду Дэниела. Он берет её у меня из рук и начинает подбрасывать в воздухе.

– Оп, оп, оп! Кто у нас сладкий пирожочек? – забавляется Дэн с Ами.


Малышка вовсю заливается звонким смехом, будто лопнет как шарик.

– Дэни, пожалуйста-а-а-а! Не надо так! Это опасно! – срабатывает материнский инстинкт. Я бросаюсь к нему, пытаюсь выхватить из рук ребёнка.

– Успокойся, я осторожно. Малышка Ами любит, когда с ней так играют.

Он обнимает дочку, так нежно, как самое дорогое в мире сокровище, плавно укачивает её на руках, она замолкает. Только он может так быстро утихомирить дочу. Даже у меня не выходит. Она будто чувствует его энергию и быстро засыпает. Даже когда у нее колики или режутся зубки. Она успокаивается лишь в руках папы.

– Как же сильно я тебя люблю, Дэниел, – я почти реву от счастья, глядя на него, как он бережно обнимает и качает в своих сильных руках нашу маленькую доченьку. Необыкновенно сильное зрелище!

– Малышка, ты что плачешь? – он обнимает меня второй рукой, прижимает к себе, сладко улыбаясь.

– Не-а, – обманчиво машу головой, – просто в глаз что-то попало.

Мы молчим несколько секунд, как вдруг Дэниел ни с того, ни с чего задаёт мне один очень важный вопрос:

– Кстати, я ведь так и не спросил, сколько денег заплатил тебе жирдяй Чарли.

Ого, ну вот он вспомнил. Почему именно сейчас? Навеяло, что ли?

– Сто тысяч, – я вяло закатываю глаза.

– Сколько? – Дэн едва не похленулся. – Серьёзно?

– Ну да, – я пожимаю плечами. – А ты? За сколько ты меня купил, если не брать в расчёт процент?

Мужчина смотрит на меня своим коронным взглядом – свирепого хищника, будто съедает живьём. Сейчас этот взгляд меня возбуждает, а раньше… немного пугал. Но сейчас я привыкла. Теперь мы – одна семья. Единое крепкое целое. Муж и жена. И у нас родилась нами желанная доченька.

– Миллион.

– Ох, мама-а-а! – я вижу, закрывая рот ладошками. – Ты спятил? Мама дорогая!

Муж обнимает меня крепче, сильнее, своей ненасытной хваткой, демонстрирует мне, что я – в его власти. Навсегда.

– Знаешь что, милая… Я бы отдал за тебя всё свое состояние. Всё, до цента. Миллион – это ерунда. Я понял это тогда, когда едва не потерял тебя. Когда ты уехала, сбежала в другую страну. Хорошо, что я быстро тебя нашёл. Иначе, бы застрелился, честно. Когда понял, что я полный кретин. И что ни хрена я не любил курву Джессику. Ты – та самая моя настоящая любовь. Ты. Не она.

– Ох, – голова очень сильно кружится.

– Амелия, ты стоишь больше целой вселенной, ты это понимаешь?

– Дэн… – я реву, мне стыдно, здесь же люди и они смотрят на нас, а он вытирает мне ладонями слёзы.

– А собаку Чарли, я по стенке размажу и весь его курятник выпотрошу, выродок зажравшийся! Сто тысяч! Против миллиона. При том, они знали, что у тебя проблемы. Грязные гиены.

Неловкая пауза. Муж выдыхает, успокаивается, когда так пронзительно и с такой неземной нежностью смотрит мне в глаза:

– Я люблю тебя, детка, больше жизни люблю. Спасибо, что открыла мне глаза на правду. Спасибо, что подарила мне дочь. Ты – моё самое лучшее в жизни достижение. Я рад, что тогда в клубе, мне попалась именно ты. Ты изменила меня. Полностью. Теперь я другой человек. Лишь благодаря тебе.

– И я люблю тебя, Дэниел Блэк, – я обхватываю его за шею, притягиваю к себе и нежно его целую в умопомрачительные губы. – Спасибо, что спас моего брата. И меня… когда я хотела совершить страшный грех, – я указала взглядом на нашу спящую бусинку, а после – перевела взгляд на улыбающегося Саймона, в момент, когда он давал пас своему другу Заку Доусону.

– Го-о-о-л! – я слышу крик Саймона, слышу его смех и меня разрывает от счастья. Я ему обещала, что спасу его. Я обещала и хотела увидеть его глаза, услышать его голос, увидеть его озорную улыбку.

– Всё, что сейчас происходит в нашей жизни, это всё происходит лишь благодаря тебе, Дэниел, – искренне произношу я.

– Нет, малыш. Лишь благодаря НАМ.

Дэниел кладет малышку Аманду в коляску, подхватывает меня на руки и кружит в воздухе.

– Я люблю тебя, Дэн, – шепчу ему в губы и ласково целую, до головокружения, до бешеного сердцебиения в груди.

– Но я больше, – он отвечает на мои ласки не менее требовательными прелюдиями. – Больше всего на свете, малыш.

Я смеюсь и плачу одновременно, я испытываю дикий коктейль эмоций. Я счастлива. Я запредельно сильно счастлива, что однажды отдала себя тирану. Но этот тиран… он оказался вовсе и не тираном. А заколдованным принцем. В которого я беспамятства влюбилась, который спас меня, спас мою жизнь и подарил мне вечное счастье.


Конец