Чаромир

Выбравшись из кустов, я посетовала, что на этот раз не надела никакой обуви, и не успела оглядеться вокруг, как меня вновь магнитом потянуло вперед. Конечно, Элизабет начала читать письмо мистера Дарси, и в моей голове зазвучала вторая его половина.

Гуляя вместе с главной героиней по прекрасным рощам Розингса, я немного отошла от своей экстремальной поездки и теперь вновь с удовольствием погрузилась в переживания героев.

Сюжет книги неуклонно и целенаправленно шел к своему завершению. Вот я с родственниками и друзьями стою в церкви, словно принадлежу их миру, словно одна из них.

В этот раз, когда была пережита последняя страница, я не уснула и не очнулась от потери сознания. Меня выкинуло на работе, в кабинете УЗИ, где из оставленной без присмотра женской сумки выглядывала верхняя часть книги, такой же, как у меня, только в мягкой обложке.

И вот тут мне по-настоящему стало страшно. А что, если меня как-нибудь выкинет на другом конце земного шара? Или в самолете, пароходе, машине? Что тогда?

Осторожно выскользнув из кабинета, я прошла по коридору. Взяв у дежурной ключ от кабинета под предлогом, что забыла вещи, я смогла разжиться своей сменной обувью и деньгами. Небольшую заначку я всегда хранила на работе на всякий случай — и никогда не думала, что она пригодится в такой ситуации.

Выйдя на улицу, я отправилась в сторону остановки. Благо в этот раз на мне были нормальные юбка и футболка, а не пижама.

От осознания перспектив моего чтения меня немного трясло, испуг сильно подточил уверенность в своей безопасности и принятии феномена, что я могу переноситься в книги.

Я ехала в метро и, прижавшись виском к поручню, обдумывала сложившуюся ситуацию. Однозначно читать пока нельзя, а скорее всего — и вообще нельзя. Как я буду жить без книг?

Раньше я не задумывалась, какую важную роль в моей жизни они играли, не понимала то, что их ничем нельзя заменить. То ощущение, которое дарили миры, открываемые в книгах, те эмоции, что я переживала, влюбляясь вместе с героями и страдая…

Я об этом не думала, пока не лишилась возможности читать.

Зайдя в подъезд, я почувствовала запах пергамента, свеженапечатанных книг и свежести. Я уже даже носом чую литературу. Нет, решено, в понедельник приду на работу пораньше и полностью обследуюсь.

— Извините, вы вызвали лифт?

Обернувшись на бархатный мужской голос, я увидела человека, которого встретила, когда выходила из парка, и меня накрыла паника. Развернувшись, я кинулась вверх по лестнице.

Именно после той встречи меня начало засасывать в книги!

Открыв трясущимися руками дверь, я скинула около порога балетки и, сползая по стене на пол, спрятала лицо в ладонях.

Что на меня нашло? Почему я так отреагировала? Я схожу с ума… Мужчина ведь задал совершенно логичный невинный вопрос. Он не трогал меня и не навязывал своего внимания, а я поступила как полная дура.

Застонав, я встала и отправилась на кухню за снотворным. Несмотря на то что вечер только вступал в свои права, у меня было стойкое желание лечь пораньше и выспаться.





* * *


Утро воскресенья принесло немного покоя в мою душу. Решив для себя, что к книгам больше не притронусь и найду другую страсть, которая займет мое свободное время, я, довольная, принялась за уборку.

Когда около порога протирала обувь, в дверь позвонили. Глазок подсказал, что на пороге вчерашний незнакомец. А я в таком виде!

— Кошмар!

Двинувшись было в глубь квартиры, я остановилась: времени приводить себя в порядок нет. Словно в подтверждение моих мыслей, снова раздался звонок.

Вздохнув, я повернула ключ и открыла дверь.

— Да?

— Софья Ильина? — настороженно поинтересовался мужчина.

— Да, это я.

— Наша с вами соседка просила передать.

Мне протянули грелку и клизму.

— Степанида Алексеевна? — спросила я, таращась на вещи в крепких мужских руках.

Мне снова почудился запах свеженапечатанной бумаги. Так пахли только книги.

— Да, — улыбнулся мужчина. — Брать будете?

Спохватившись, я взяла в руки вещи, переданные змеей, что жила напротив. Три года не возвращала, а тут вспомнила!

— Спасибо. Это очень мило с вашей стороны, — пробормотала я, чувствуя себя очень неловко.

— Вы, наверное, помогали по-добрососедски.


Я почувствовала, как мои щеки пылают.

— Да, я врач и осматривала Степаниду Алексеевну, когда она болела пару лет назад геморроем, — сдала я соседку из вредности. — Вот и вещи одолжила.

— Видно, они вам долго не требовались, — рассмеялся мужчина.

Да он издевается!

— А по мне так и не скажешь, да? — приподняла я бровь вверх.

— Я совсем не…

— До свидания! — Я закрыла дверь и прислонилась к ней спиной.

И только потом до меня дошли его первые слова. Наша соседка… То есть он мой сосед? И я уже успела с ним повздорить. У меня явно началась полоса неудач.

Выходные, как это бывает, закончились неожиданно, и наступила рабочая неделя. Первым делом я, как и хотела, прошлась по всем коллегам и полностью обследовалась, сдав кучу анализов и сделав всевозможные снимки и УЗИ.

Мой организм был просто возмутительно здоров, и не к чему было прицепиться, чтобы оправдать путешествия в книги. А жаль…

Я не знала, сколько еще смогу продержаться без чтения. У меня началась самая настоящая ломка. Я прилагала все силы, чтобы отвлечься от книг: смотрела по телевизору ток-шоу, играла в компьютерные игры, предавалась шопингу… Но все без толку.

И в пятницу вечером, сидя после работы в кафе напротив поликлиники, смотрела в окно, стараясь удержаться от того, чтобы не побежать домой и не засесть за очередной роман.

— Вы позволите к вам присоединиться?

Рядом с моим столиком стоял давешний посыльный от Степаниды Алексеевны.

— Конечно. — Я жестом указала на стул напротив.

— Грустите?

— Да, настроения что-то нет.

— Я хотел бы угостить вас кофе и извиниться. Я не имел в виду ничего обидного, когда спросил…

— Не стоит. Мы же соседи, нам надо дружить.

— Я рад, что вы так думаете. Тогда позвольте представиться, меня зовут Ярослав Власов.

— Очень приятно.

— Может, расскажете, отчего у вас такое скверное настроение?

Я не рассмотрела его в воскресенье, не до того было, а теперь, увидев мужчину в лучах заходящего солнца, поняла, что хочу познакомиться с ним поближе.

Ярослав не был красавцем. Темно-каштановые волосы до плеч обрамляли продолговатое худое лицо с бледной кожей. Высокий лоб, прямой нос и широкие черные брови вразлет, будто в полете птичьи крылья, создавали впечатление открытого и прямого человека.

Взгляд умный, добродушный, но мне казалось, что в трудный момент он превратится в гневный и пронзительный. Среднего роста, широкий в плечах и на первый взгляд сильный, ловкий, выносливый, мужчина был одет в темные вельветовые брюки, бежевый пуловер и легкую темно-коричневую куртку.

Такой мужчина способен отвлечь от чего угодно, в том числе и от книг.

— Знаете, расскажу. Моя главная проблема — это скука.

— Неужели? Ее легко развеять!

— Например?

— Книги? — пытливо посмотрел на меня собеседник.

Вспомнив последний эпизод с бумажными вредителями, я покачала головой:

— Не люблю читать.

Ярослав застыл, растерянно смотря на меня.

— Что, совсем?

— Да, — вздохнула я.

Было видно, что сказанное разочаровало его, но по-другому я ответить не могла. Боюсь, Власова гораздо больше оттолкнет то, что его знакомая девушка внезапно исчезнет в книге, чем нелюбовь к чтению.

— Что ж, жаль. Я порекомендовал бы вам интереснейшие романы. Я заядлый книголюб и мог бы даже почитать вслух.

Я замерла. Почитать вслух?!