Будущее — дело темное

— Аллая… — Поморщился, как от горечи, но продолжил: — Аллая была моей ошибкой. А я — ее. Мы не любили друг друга.

— Но вы были помолвлены, — рискнула нарушить повисшую паузу я.

Неужели это все, что он может и хочет сказать?

— Ошибка, — повторил Риннар. — Вместе с детства, привычка, мнение родителей… Я и сам считал, что не стоит ожидать от жизни чего-то большего, тем более что мои родители поженились по договору, толком не зная друг друга, а в итоге… Я чувствовал, что это не совсем то, что нужно, но… Привязанность легко перепутать с влюбленностью, и уважение… Пожалуй, лишь потеряв уважение к Аллае, я по-настоящему осознал, что никогда не любил ее.

— Но тебе все равно было больно, — не спросила — констатировала я.

— Предательство всегда ранит, — пожал он плечами, перехватив мою ладонь. — Я ничего не соображал тогда. А ты…

— Не стоит об этом, — поспешно перебила я. — Все в прошлом.

— Все? — слабо улыбнулся он. — Наверное… Но будет правильным наконец покончить с этим раз и навсегда. Помнишь, я говорил тебе, что в прошлом году меня едва не отчислили по итогам первого семестра?

Я кивнула. Как такое забудешь?

— Так вот… Все началось с первого дня учебного года. Вернее, с ночи, когда я наконец-то понял, как на самом деле Аллая относится ко мне и что я для нее значу. Это стало ударом. И отличным поводом для того, чтобы впервые в жизни попробовать вино с лейтом.

Я изумленно выдохнула, глядя на Ринна почти с ужасом.

— Да-да, вот таким я был дураком, — криво улыбнулся он. — Мне нужно было заглушить ярость… И не волновало, чем именно и какими могут быть последствия. И что лечение быстрым и приятным не будет…

Лейт считался одним из наиболее коварных наркотиков. Он избавлял душу от боли, дарил счастье и покой… На считаные часы. Потом боль набрасывалась с новой силой, причем в компании с неуправляемой злостью, агрессией и желанием сорваться хоть на ком-нибудь.

— Нужно было отлежаться дома, прийти в себя, а не идти в университет, — продолжал Ринн, упорно не глядя на меня. — Когда я добрался до него, желание отомстить Аллае достигло пика… Я и не думал, что способен на такие чувства. Но, видимо, плохо себя знал. Санни, я тебя даже не разглядел. Увидел рыжие волосы… И сорвался. Хорошо, что ты сумела дать мне отпор. Мне ужасно стыдно. И я понимаю, почему ты с таким недоверием относишься ко мне…

— Ринн, не надо, — попыталась прекратить это самоистязание я, но он не слушал.

— Жаль только, что тот урок не пошел мне на пользу. Говорят, что к лейту невозможно привыкнуть с одного раза. Безбожно врут. Как можно не привыкнуть к тому, что делает жизнь совершенной, убирая все проблемы и даря ощущение счастья? Я старался не слишком злоупотреблять, но даже малые дозы приводили к сильнейшим побочным действиям. И я забывал про учебу, дерзил преподавателям, считал себя правым всегда и во всем… Обижал тебя.

— Ты по-прежнему видел лишь рыжие волосы? — слабо улыбнулась я.

— Это единственное твое сходство с Аллаей, — вздохнул Ринн. — Но из-за него я терял остатки контроля… Прости.

— Мы квиты, — хмыкнула я, проглотив вставший в горле горький ком воспоминаний. — Твое трагическое выступление на итоговом экзамене… В общем, это моих рук дело.

Ринн недоверчиво посмотрел на меня, покачал головой… и рассмеялся.

— Ты не злишься? — осторожно спросила я.

— Санни, на твоем месте я бы меня вообще прибил и прикопал в самом мрачном углу университетского парка, — отсмеявшись, сказал Ринн. — А то, что было на экзамене… Самое меньшее, что я заслужил за свою дурость. Кстати, я ведь пытался вычислить виновника… Но так и не смог. А на тебя, каюсь, даже не подумал.

— А какого свилла тогда подкрался ко мне в начале года? — возмутилась я.

— Поговорить хотел, — смущенно признался он. — Но не знал, как начать…

— И начал с очередной глупости, — обреченно вздохнула я.

— За что и получил, — поморщился Ринн, безотчетным жестом коснувшись виска.

— Мне жаль, — пробормотала я.

— Мне тоже, — улыбнулся он. — Теперь можно считать, что недомолвок между нами не осталось?

— Можно, — кивнула я. — А еще можно наконец-то уйти отсюда, а то как-то холодно уже…

Ушли мы недалеко. У входа в парк расположилась небольшая уютная кофейня, и мы долго сидели за маленьким столиком у окна, грелись и пили обжигающий кофе. А потом сюда же пришли трое сокурсников Риннара, которые, ничуть не смущаясь, присели за наш столик и втянули нас в общий разговор. И если поначалу я старалась быть как можно незаметнее, то вскоре оттаяла и расслабилась, с удивлением осознав, что ничуть не против такой веселой компании. Но в какой-то момент, ощутив приближающуюся головную боль, я решила выйти на свежий воздух. Риннар порывался идти со мной, но я заверила его, что в этом нет необходимости.

Пообещав, что далеко не отойду и скоро вернусь, оделась и шагнула из царства тепла и вкусных ароматов в объятия зимнего ветра. Виски заломило с новой силой, но я знала, что свежий воздух поможет, стоит лишь потерпеть. Начинало темнеть, с прикрывшихся взбитыми в пену облаками небес тихо падали крупные, но редкие хлопья снега. Я медленно шагала по ведущей от кофейни дорожке, глубоко дышала и ловила снежинки ладонью. Головная боль отступала, и следовало бы возвратиться, но… не хотелось. Здесь было так спокойно. Отрывать Ринна от друзей не хотелось тоже, и я решила немного подождать. Пусть пообщаются, а я пока поброжу тут, подумаю… Или не подумаю. Ритта права, иногда я слишком много размышляю… вот и не буду. Просто подышу воздухом, полюбуюсь танцующим в свете разгорающихся фонарей серебром…

— Леди Сандера, — раздался за спиной холодный голос, от которого в душе что-то оборвалось, — нам нужно поговорить.

— Вы действительно полагаете, что у нас есть темы для разговоров, милорд Вердиш? — подавив желание броситься куда глаза глядят, обернулась я.

Тиронец стоял в паре шагов от меня, спрятав руки в карманы длинного расстегнутого пальто и слегка склонив непокрытую голову набок.

— Полагаю, у вас недостаточно сведений, чтобы делать выводы, — хмыкнул он.

— То есть использованный вами приворот сам по себе не является достаточной причиной, чтобы не желать вас видеть? — сжала кулаки я.

Да, он сильнее и опытнее, но… Для одного удара мне хватит сил, и то, что от меня подобного не ожидают, сыграет на моей стороне.


— Я решил пойти по легкому пути, — пожал плечами Вердиш, не подозревающий о моих планах. — Признаю, это стало ошибкой. Но уверен, что все еще можно исправить. О чем вы мечтаете?

— Я не понимаю вас, — настороженно сказала я, потеряв нить беседы и засомневавшись, а стоит ли связываться с этим ненормальным. — И вы меня пугаете.

Надо было уходить, и чем быстрее, тем лучше. Но уходить в одиночестве я не собиралась — мало ли что может случиться, а чтобы вернуться в кофейню, надо пройти мимо тиронца, и что-то подсказывало, что он не подумает посторониться и пропустить меня.

Один удар. Этого хватит, чтобы выиграть немного времени. Ударить — и бежать. А если закричать, то Ринн обязательно услышит…

— Не стоит бояться, — медленно поднял руки ладонями вверх Вердиш. — Я не желаю вам зла. И не причиню его, если мы договоримся.

Если?

— А если… нет? — с трудом сглотнув, уточнила я.

— Леди… Вы молодая красивая девушка, у вас еще все впереди… Глупо ломать свое будущее из-за пустяковой услуги, которая ровно ничего не будет вам стоить, но которую я оценю весьма дорого.

Пустяковая услуга? С каких пор из-за пустяковых услуг пытаются приворожить, а потом щедро осыпают уговорами и угрозами?

Даже знать не желаю!

Хотя… Может, как раз узнать и нужно.

— Что от меня требуется? — прямо спросила я.

— Я обязательно расскажу, — улыбнулся тиронец, словно я уже на все согласилась. — Но лишь после того, как вы дадите мне обещание…

Он выделил интонацией последнее слово, и у меня почти не осталось сомнений в том, что речь идет вовсе не об обычной клятве.

— Что? — переспросила я, надеясь, что все-таки ошиблась.

— Обещание, Сандера, — терпеливо повторил Вердиш. — Я хочу, чтобы вы дали мне обещание. Вы же прекрасно понимаете, о чем я.

Я отшатнулась и изумленно посмотрела на этого сумасшедшего.

Обещание — своего рода договор между магом и тем, кому нужна его помощь. Но от обычного договора оно отличалось тем, что ставило мага практически в рабское положение, — до тех пор, пока не исполнит обещанное.

Император Ариост, при котором и служил когда-то Риллис Гилен, особым указом запретил эту сделку. Под страхом смертной казни.

И сейчас тиронский лорд предлагал мне, по сути, давным-давно отмененное рабство.

— Нет, — твердо отказалась я. — Ни за что.

— Не спешите, — поморщился тиронец. — Вспомните все, что я вам сказал. Подумайте как следует…

— Уже подумала! — оборвала его я. — И никогда не дам вам такой власти надо мной! Что бы вы мне за это ни предложили!

— Вы уверены, леди Далларен, что не передумаете? — дождавшись, когда я выдохнусь, спокойно спросил Вердиш.

— Более чем, — отрезала я.

— Пятый дом по правой стороне Золотой Лилии. На случай, если вы все-таки осознаете, насколько не правы, — сказал он, а потом, к чему-то прислушавшись, странно улыбнулся, схватил меня за руку и резко притянул к себе.

Я уперлась в его плечи ладонями, отвернулась, и его губы сухо мазнули по моей щеке, а в следующий миг лорд Вердиш лежал на снегу, вытирая хлещущую из разбитого носа кровь.

Риннар кинул на меня дикий взгляд и шагнул к тиронцу.

— Надо было сразу удавить тебя, как только вскрылись махинации с приворотом! — прошипел он. — Но еще не поздно!

— Ринн, нет! — повисла я на нем, молясь всем богам сразу, чтобы они вернули Риннару разум. — Нет, пожалуйста, нет!

Мне не было жаль тиронца. Более того, я и сама охотно попинала бы его ногами… Но даже имя рода не защитит Риннара от обвинений в покушении на жизнь и здоровье милорда посла!

Ринн остановился, тяжело дыша, обнял меня и уткнулся лицом в мою макушку.

— Это просто подарок богов, лорд Шариден, — насмешливо произнес Вердиш, и я, извернувшись в тесных объятиях, увидела, как он поднимается с земли. Его окровавленные губы медленно растянулись в жутковатой усмешке. — Вы не представляете, как помогли мне. Благодарю!

И, отвесив безупречный придворный поклон, Береан Вердиш неспешно двинулся прочь.

— Псих! — сплюнул Риннар ему вослед.

— Да ты не лучше! — выворачиваясь из его рук, крикнула я. — Просила же не связываться с ним!

— Мне нужно было просто стоять и смотреть, как он пристает к тебе? — прищурился чародей.

— Я бы справилась! Не беспомощная, знаешь ли!