Будущее — дело темное

— Санни! — Вывернувший из-за поворота Эдгар не на шутку меня испугал, и я даже нашла в себе силы выставить перед собой сумку, словно щит. — Как ты?!

— Жива, — лаконично отозвалась я, с тоской осознавая, что именно сейчас неспособна объяснить Эду, насколько он ошибается, тратя на меня время.

— Давай сумку понесу! — предложил не подозревающий о моих моральных терзаниях теоретик.

Сил препираться не было, и я без слов отдала Эду желаемое.

— У тебя там булыжники?.. — удивился он, оценив вес.

— Книги, — коротко бросила я.

Хотелось наконец добраться до комнаты и уснуть… Зря я все-таки отказалась остаться в лечебнице.

— Тяжелы знания, однако… — пропыхтел Эд, приноравливаясь к моим нетвердым мелким шагам.

— Подобным тебе хлюпикам все в тягость, — хмыкнули над ухом, и земля все-таки ушла у меня из-под ног.

Я взвизгнула и машинально обхватила Риннара за шею.

— Вот и умница, — поощрительно улыбнулся он.

— П-поставь ее на место! — возмутился Эд.

Я закивала, горячо поддерживая это требование. Да, мне плохо и сил практически не осталось, но к тому, что Риннар окажется так близко… снова… я была не готова.

— Как только донесу до места, так сразу и поставлю, — не сбавляя шага, заверил Риннар. — Сумку отдай, поклонничек свиллов. И запомни на будущее — своя ноша не тянет.

— Я не твоя ноша! — возмущенно заявила я, справившись с изумлением.

К тому времени Эдгар остался далеко позади, но оно и к лучшему — нового витка выяснения отношений я бы не выдержала.

— Пока что, — покладисто кивнул боевик.

— Отпусти меня немедленно! — потребовала я.

— Допустим, я это сделаю, — хмыкнул он, и не думая, впрочем, поддаваться. — Что дальше? Через сколько шагов ты упадешь?

Я не нашлась с ответом и промолчала. Стоило бы с благодарностью принять его помощь, но присущая Шаридену бесцеремонность не давала этого сделать, и я продолжала внутренне кипеть от негодования и смущения. Даже не знаю, от чего больше… И знать не хочу!

— Я опять обидел тебя? — спросил Риннар, не дождавшись ответа.

— Нет, — вынуждена была признать я.

— Тогда почему ты меня избегаешь?

— Вовсе не… — попыталась возразить я, но под укоризненным взглядом сбилась и прикусила язык.

— Избегаешь, — с нажимом повторил Риннар. — И продолжала бы бегать, не поймай я тебя.

Поймал, да. В прямом смысле. И что-то подсказывает, что так просто теперь не отпустит.

— И что дальше? — насторожилась я.

— Давай разберемся, — предложил Ринн. — Тебя испугали мои слова?

Он не уточнил, какие именно, но этого и не требовалось. Я их прекрасно помнила… И да, они меня испугали. Но не только они.

— Меня пугаешь ты. В целом, — пробормотала я.

— И чем же? — поинтересовался боевик, остановившись.

Я покосилась на показавшиеся впереди стены общежития, такие близкие и такие далекие, и поняла, что все равно не попаду туда, пока он не услышит то, что хочет.

— Непредсказуемостью, — решилась я. — Никак не могу понять, какой ты… настоящий.

— Сейчас я не притворяюсь и не играю, если ты об этом. Понял уже, насколько дорого это порой обходится, — невесело усмехнулся Риннар. — Можешь мне поверить?

— Не знаю, — честно сказала я.

— Хотя бы попробуй, — попросил он, вновь зашагав к общежитию.

— Не могу обещать, что получится, — не стала загонять себя в ловушку слов я.

— Не нужно мне ничего обещать, — улыбнулся Риннар. — Пока что не нужно.


И кто бы знал, как мне не понравилось это его «пока что»…

Но высказаться я не успела: мы уже преодолели ступени и вошли в холл.

Вахтерша, как обычно, сидела за аккуратно прибранным столом и вязала нечто объемное, пушистое, невообразимого ярко-оранжевого цвета. Тонкие пальцы двигались с удивительным проворством, спицы мелькали, вычерчивая в воздухе серебристые узоры, а сама женщина, казалось, была целиком и полностью поглощена своим занятием. Но едва Риннар бесшумно двинулся к лестнице, как она встрепенулась, вскочила со стула и наставила на нас одну из спиц, длинную и острую, словно шпага.

— Вы не ошиблись дверью, молодой человек? — строго вопросила она, свободной рукой поправив сползшие на кончик носа очки, и выжидательно поджала губы.

— Я с ней, — нахально заявил Риннар, для большей наглядности кивнув на меня.

— Рекомендую отпустить девушку и выйти, — прищурилась вахтерша, грозно взмахнув заискрившей спицей.

Надо думать, в случае непослушания одной рекомендацией дело не ограничится…

— Я не могу отпустить девушку, госпожа Нэйли, — обезоруживающе улыбнулся Риннар. Интересно, как он с такого расстояния разобрал мелкие буковки на прикрепленной к столу табличке? Хотя о чем это я. Не в первый же раз здесь, вполне логично, что вахтерш и в лицо, и по именам знает. — Девушка только что из лечебницы и сама идти не может.

— Сандера? — испытующе уставилась на меня блюстительница порядка и нравственности.

— Это правда, — подавив не к месту проснувшуюся гордость и желание поступить назло Риннару, сказала я.

— Ну что ж, — поразмыслив, кивнула вахтерша, — раз так — проходите. Но если через десять минут вы, юноша, не выйдете…

Госпожа Нэйли улыбнулась столь многообещающе, что пробрало даже меня, которую эти самые обещания никоим образом не касались.

— Слушаю и повинуюсь, — четко кивнул Риннар и почти бегом припустил к лестнице.

То ли боялся, что неподкупная вахтерша передумает, то ли хотел сэкономить время… Для чего?

Слава всем богам, занятия еще не закончились, и коридоры пустовали. Мне казалось, что я сгорю со стыда, если кто-нибудь увидит, как боевик таскает меня на руках. Достаточно Эдгара и госпожи Нэйли, они, по крайней мере, знают о причине и болтать лишнего не станут.

Едва переступив порог нашей с Риттой комнаты, Ринн осторожно поставил меня на пол и поддержал, когда я покачнулась.

— Риннар, скажи честно: я слишком сильно тебя ударила и ты все-таки сошел с ума, да? — обреченно спросила я, отчаявшись уже хоть что-либо понять, а он… расхохотался. Как будто я что-то смешное сказала!

— Золотко, ты неподражаема! — простонал он, привалившись к стене. — Нет уж, я такое сокровище из рук упускать не намерен!

— Осторожнее с руками, — немедленно ощетинилась я, — или напомнить, что бывает, когда их тянут не туда?

— Санни, — закатил глаза наглец, — без твоего разрешения ничего не будет. Но… ты разрешишь.

— Помечтай! — раздраженно бросила я.

В этом весь он: благодарность, которую я испытывала к нему мгновение назад, испарилась всего лишь из-за одного-единственного слова. Талант!

— Разрешишь, не сомневайся даже, — самоуверенно повторил Риннар. — Более того — сама попросишь.

А это уже перебор. Пусть я не всегда веду себя так, как подобает настоящей леди, но повода для подобных выводов не давала!

— Будем считать, что наш договор скреплен, — улыбнулся Риннар, потерев щеку, на которой расцветал отпечаток моей ладони. — Хотя лично я предпочел бы немного другой способ…

— Убирайся из моей комнаты, пока я не спустила тебя из окна. Как когда-то с лестницы, — скрипнула зубами я.

— Какая ты злопамятная, золотко, — сокрушенно покачал головой чародей. — Ничего, исправим!

Во второй раз застать Риннара врасплох не удалось. Он играючи перехватил мою руку и, поцеловав в раскрытую ладонь, вымелся прочь прежде, чем я пришла в себя и обрела способность говорить, бить и иными способами выражать свое возмущение.

— Ненавижу, — привычно, но без привычной же уверенности выдохнула я, потрясенно разглядывая отбитую о холеную чародейскую физиономию ладонь. Только вот горела она вовсе не от удара.



К занятиям я смогла вернуться лишь через два дня. Вспышка леди Геллеи вытянула из меня слишком много сил; слава Творцу, на тиронцах была защита от подобного рода сюрпризов, иначе бы разразился международный скандал. Если бы не мои сложные отношения с леди Удачей, то происшествие вообще обошлось бы без последствий.

Второй учебный год начался для меня слишком странно. Мелкие неприятности, из-за которых тем не менее приходилось пропускать лекции и практикумы; Риннар, словно превратившийся в другого человека; Эд, который явно сам не знал, что ему нужно не только от меня, но и от себя.

А через несколько дней моя и без того непростая жизнь обещала усложниться до предела… Визит Вайолетт Лиаррон официально подтвердили, и будущие провидцы ждали его с величайшим нетерпением. Все, кроме меня. Мысль о том, чтобы бросить университет, становилась привлекательнее с каждым днем.

Я еле дождалась окончания лекций. Несмотря на отдых и выданные доктором Реддером лекарства, слабость не спешила меня покидать, и в сон клонило немилосердно. Но на выходе из аудитории я столкнулась с Рэйей, которая стояла, скрестив на груди руки и подозрительно прищурившись. Я весь день ловила на себе ее странные взгляды; другие девушки, впрочем, от нее не отставали. Обреченно вздохнув, я остановилась в паре шагов от нее и вопросительно приподняла брови.

Рэйя никогда не ходила вокруг да около, предпочитая высказываться открыто. Этот раз исключением не стал.

— Как тебе удалось очаровать Риннара Шаридена? — выпалила она, глядя на меня так, как, должно быть, смотрят на отпетых преступников стражи закона.

— Прости? — растерялась я от такого напора.