Богиня хаоса

– Хотела устроить допрос с пристрастием. Вчера он посоветовал не открывать окна… угрожающе посоветовал, если ты понимаешь, о чем я. И через пару часов Аннабет ушла погулять. Хочу выяснить, что ее звало и почему горгон в курсе.

К моему удивлению, Кейман нисколько не заинтересовался этой информацией. Более того, он совершенно равнодушно бросил:

– Забей. Горгон ни при чем.

– Прости?

– Окна действительно не стоит оставлять открытыми – холодно, но Аннабет никто не звал, через защитный купол не пройдет ни магия, ни тварь.

– Но она вылезла с третьего этажа и пошла к границе! И была в трансе, мне пришлось двинуть ей, чтобы не пустить наружу!

– Да, это наверняка было неприятно. У тебя довольно неплохо поставлен удар, надо бы поднять тренеру жалованье.

– Ты можешь хоть иногда быть серьезным?

– Я серьезен, инцидент с Аннабет вызван не внешним злом, а ее собственной магией.

– Но…

– Ты тоже гуляла во сне.

– На меня влиял Акорион! Он может влиять на Аннабет?

– На нее может влиять магия. Она у нее – вот сюрприз – нестабильна.

Я прищурилась.

– Что ты скрываешь? Ты что-то знаешь об Аннабет? О ее родителях?

Показалось, Кейман разозлился, во всяком случае легкое раздражение в его голосе все же промелькнуло.

– Почему вдруг тебя стала интересовать Аннабет? Ты еще вчера не хотела жить с ней в одной комнате.

– Но раз уж живу и вылавливаю ее в ночном саду, имею право знать, в чем дело.

– Я тебе уже сказал. Дело в ее магии. Ты никогда не интересовалась, что может Аннабет и как проявляется ее сила.

Тут уже разозлилась я. Укор в том, что я не интересовалась Аннабет, достиг цели: я перестала расспрашивать. Правда, к неудовольствию Кроста, еще и взбесилась.

– Да мне и сейчас плевать, как проявляется ее сила! В следующий раз, когда она пойдет гулять под луной, просто закрою за ней щеколду!

С этими словами я вырвалась вперед, огибая камни и перепрыгивая через какие-то старые ссохшиеся корни. Почему когда я не интересуюсь – плохо, когда интересуюсь – плохо?! Что мне вообще надо делать, по его мнению?

Я плохая, потому что невнимательна к Аннабет, и я плохая, потому что пытаюсь тьмой спасти Брину. Я плохая, потому что отвечаю Яспере на ее издевки, потому что никто не хочет общаться с девкой, у которой нетопыриные крылья растут из спины. Плохая, потому что помню предыдущее воплощение. Как они мне все надоели! Ощущение, что всем хочется, чтобы я не вела себя так, как веду, но как именно нужно вести – не говорят.

– Деллин! – рявкнул сзади Крост как-то совсем не по-преподавательски.

Сначала я нахмурилась, а потом смысл оклика сразу же дошел. Но я уже не могла ничего поделать: земля ушла из-под ног, и я полетела в расщелину, спрятавшуюся за очередным поворотом. Больно зацепилась крылом за торчащий камень, в отчаянной попытке удержаться вцепилась в землю, обломав сразу половину ногтей, – и рухнула куда-то в темноту и… холодную воду.

Вынырнула, отплевываясь и фыркая, как кошка, свалившаяся в ванну, и всмотрелась в угрожающую плотную тьму. К счастью, теперь глазам не требовалось к ней привыкать: я сама была тьмой. А вот способность ощущать в непосредственной близости темных тварей обнаружилась скорее к несчастью. Я бы предпочла, чтобы меня сожрали внезапно и незаметно.

– Кейман! – крикнула я. – Ты мне не поможешь?

Взлететь-то я взлечу, а вот самостоятельно выбраться, не обломав крылья, через довольно узкий ход не получится.

– Неа.

– Почему?!

– А зачем ты туда упала?

– Я случайно!

– Вот и сиди.

– Кейман, я серьезно! Здесь что-то есть…

– Конечно, есть. И ты на него свалилась. Учти, Шторм, если ты убила темную тварь, приземлившись ей на голову, я не засчитаю задание и не пущу тебя в город.

– Так ты меня сюда вел?

Вода в паре метров от меня забурлила, и над поверхностью показался длинный тонкий ус.

Я заорала дурниной, забыв о пафосе темной богини и необходимости определить название существа и нейтрализовать его. Инстинкты сами решили нейтрализовать меня куда подальше: я взмахнула крыльями, подняв тучу брызг, и поднялась на несколько метров вверх.


– Только не бросайся в него молниями, – предупредил Крост.

В него. Ага, значит, это кто-то «он». Я напрягла мозг, пытаясь вспомнить, кто из тварей живет в воде. Стрилга селилась в пещерах, арахна делала коконы из паутины, а вот кто жил в водичке?

– Кейман, ну давай я выйду и зайду нормально, сосредоточившись? Ну пожалуйста… в память о прошлом, а?

– Прости, но я совершенно искренне считаю, что педагог из меня вышел лучше, чем супруг.

Вода забурлила сильнее, и я сделала глубокий вдох, чтобы успокоиться. Ладно, Крост не садист и сожрать (или хотя бы пожевать) меня не позволит. Надо вспоминать лекции, учебники, рефераты, прошлое…



Над Силбрисом бушует гроза. Я с трудом – настолько сильны порывы ветра – снижаюсь прямо на пляже, потому что лететь больше нет сил. Вся ярость Кроста обрушилась на единственный не тронутый Акорионом уголок. Силбрис – мой обещанный братом кусочек чистого и не задетого темной магией мира.

Я знаю, что придется жить среди тьмы и хаоса, стоять за спиной брата, разделяя его власть. Но собираюсь приходить сюда, когда станет тоскливо, чтобы…

Кажется, что я схожу с ума. Или брежу, потому что увиденное настолько не вяжется с прекрасной и чистой природой Силбриса, что в легких заканчивается воздух. Я опускаюсь на ледяной песок и завороженно смотрю, как волны черной воды накатывают на берег.

Неестественно черной, даже немного тягучей.

– Акорион!

Я знаю, что брат здесь, – чувствую его присутствие за спиной. В собственном голосе слышу недоверие. Он обещал! Он всегда держал обещания, которые мне давал.

– Так нужно, Таара. Ты знаешь.

– Знаю что?! Ты сказал, что оставишь мне Силбрис! Что он не изменится!

– Он тянет тебя в прошлое. Напоминает о жизни, от которой ты хотела отказаться.

– Мне было здесь хорошо.

Он ласково улыбается, только сейчас от заботливого взгляда брата почему-то не легче.

– Тебе будет хорошо в мире, который я создаю для тебя.

– Ты обещал, – тупо повторяю я, – обещал, что Силбрис останется красивым.

– Он красив.

Его рука проходится по моим крыльям, и раньше прикосновение отзывалось приятной дрожью, а сейчас я его почти не чувствую, завороженная мерцанием черной глади воды.

Над поверхностью показывается голова какой-то твари, напоминающей не то дракона, не то червя со слепыми черными глазницами, хитиновыми чешуйками, больше похожими на броню, и длинными усами-щупальцами.

– По-своему красив. Разве ты не видишь? Как бы ты хотела его назвать?

– Что? – Я с усилием отрываю взгляд от некогда красивого лазурного моря, превратившегося в зловонную черную жижу.

– Левиафан, может? Я слышал, легенды называют так морских чудовищ… Оставь мир Кроста. Его куски будут вечно напоминать тебе о прошлом. Всмотрись в него… в левиафана, любовь моя. Разве он не прекрасен?



– А-а-а, фу-у-у! – завыла я, – Кейма-а-ан! Ты что, сунул меня в пещеру к левиафану?!

– Адептка Шторм, кто так отвечает на поставленный преподавателем вопрос? Назовите вид темного существа и его имя.

– Барсик! – рявкнула я. – Назову его Барсик!

– У тебя осталось две попытки.

Демоны, я сейчас этого Барсика вытащу наверх и заставлю гонять Кроста по всему предгорью, пока оба не задолбаются и не начнут просить прощения! Крост – за то, что издевается, а Барсик – за то, что мерзкий и тянет ко мне свои усы.

– Темное существо среднего уровня, называется левиафаном, живет в воде, меняя ее структуру под себя и отравляя, делает невосприимчивой к магии воды! Без пищи легко впадает в спячку, питается тем, что поймает! И сейчас оно ловит меня!

Я увернулась от взметнувшихся вверх усиков и шлепнула по ним сгустком магии.

– Принимается, – раздалось сверху. – Как его уничтожить?

– Отварить в подсоленной воде и употребить с пивом, – пробормотала я.

– Деллин?

– Да откуда ж я знаю-то?! Явно не утопить. Крост, я серьезно, я помню, как их создавали, но понятия не имею, как убивать!