Библиотека душ

— Что мне с ним делать? — спросил он. — Принять как амброзию?

— Не уверен, — задумался Каул. — Как ты считаешь, брат?

— Я тоже не уверен, — ответил Бентам. — Об этом не упоминается ни в одном из древних текстов.

Каул почесал подбородок:

— Я думаю… да, думаю, тебе нужно принять его как амброзию.

Он кивнул, внезапно уверенный в себе:

— Да, именно так. Как амбро.

— Вы уверены? — переспросил охранник.

— Абсолютно на сто процентов уверен, — ответил Каул. — Не нервничай так. Ты войдешь в историю. Как первопроходец!

Охранник встретился со мной взглядом:

— Без фокусов, — сказал он.

— Без фокусов, — сказал я.

Я откупорил сосуд. Голубой свет засиял из него. Охранник обхватил своей рукой мою и, направляя ее, поднял сосуд над головой и запрокинул лицо.

Он издал длинный судорожный вздох.

— Ну, была не была, — пробормотал он и наклонил мою руку.

Жидкость потекла из сосуда вязким потоком. Едва она достигла его глаз, рука охранника сжала мою руку так сильно, что мне показалось, у меня сломаются пальцы. Я вывернулся и отпрыгнул назад, а сосуд упал на землю и разлетелся на куски.

Лицо охранника дымилось и синело. Крича, он упал на колени, его тело содрогалось, затем завалилось вперед. Когда его голова ударилась о землю, она разбилась как стекло. Осколки замороженного черепа брызнули мне под ноги. И затем он стал очень тихим, и очень-очень мертвым.

— О, мой Бог! — вскрикнул Бентам.

Каул поцокал языком, словно кто-то пролил бокал дорогого вина.

— Что ж, черт побери, — произнес он, — похоже, это все-таки не так, как принимать амброзию.

Его взгляд блуждал по залу.

— Ну что ж, тогда придется попробовать кому-нибудь еще…

— Я весьма занят, милорд! — воскликнул другой охранник, который направлял дуло автомата одновременно и на Эмму и на мисс Сапсан.

— Да, я вижу, что у тебя заняты руки, Джонс. Тогда возможно, кто-то из наших гостей? — он посмотрел на Эмму. — Девочка, сделай это для меня, и назначу тебя своим придворным шутом!

— Отправляйся к черту! — прорычала Эмма.

— Это можно устроить, — прорычал он в ответ.

Тут раздалось громкое шипение, голубой свет с одной стороны зала стал ярче, и все обернулись, чтобы посмотреть. Жидкость из разбитого сосуда капала в желоб у стены, и там где вода и голубая жидкость смешивались, начиналась реакция. Вода запузырилась и забурлила, сияя еще ярче, чем прежде.

Каул возликовал:

— Вы посмотрите! — возбужденно воскликнул он, покачиваясь на носках.

Быстрый поток в желобе нес сияющую пузырящуюся воду вдоль стен. Мы, поворачиваясь, следили за ним, пока он не достиг мелкого, обрамленного камнями бассейна в дальнем конце зала — и уже сам бассейн начал бурлить и светиться, столб яркого голубого света поднялся из него до самого потолка.

— Я знаю, что это! — произнес Бентам дрожащим голосом. — Это называется «купель душ». Древнее средства для вызова и общения с мертвыми.

Покачиваясь над поверхностью бассейна в колонне света, возник призрачный белый туман, он уплотнялся, постепенно принимая форму человека.

— Но если живой человек войдет в бассейн во время призыва…

— Он вберет в себя призываемый дух, — закончил за него Каул. — Я думаю, мы нашли ответ!

Дух безмолвно парил над водой. Он был одет в простую тунику, открывающую взгляду чешуйчатую кожу и плавник, выступающий у него из спины. То была душа Йет-Фару, человека-русалки, выбранная охранником. Столб света, видимо, был своего рода тюрьмой, из которой она не могла выбраться.

— Ну? — указал Бентам на бассейн. — Ты идешь?

— Меня не интересуют чужие объедки, — ответил Каул. — Я хочу вон тот.


Он указал на сосуд, которым я звонил для него ранее, самый большой из всех:

— Вылей его в воду, мальчик, — он нацелил пистолет мне в голову. — Сейчас же.

Я сделал, как он велел. Дотянувшись до ниши, которая была больше всех остальных, я взял урну за обе ручки и наклонил к себе, осторожно, чтобы она не плеснула и не уничтожила мое лицо.

Яркая голубая жидкость потекла по стене в желоб. Вода сошла с ума, шипя и пузырясь, свет, который она производила, был таким ярким, что мне пришлось зажмуриться. Пока жидкость из урны текла по желобу к бассейну с духом, мой взгляд метнулся к мисс Сапсан и Эмме. Это был наш последний шанс остановить Каула, и охранник остался всего один, но он не сводил глаз и своего автомата с женщин, а Каул все еще держал пистолет направленным точно мне в голову. Похоже, мы все еще были в их власти.

Жидкость из огромной урны достигла бассейна. Вода в бассейне запенилась и вздыбилась, словно какое-то морское чудище собиралось подняться на поверхность. Столб яркого света стал еще ярче, и дух Йет-Фару испарился бесследно.

Новое облако тумана начало сгущаться, гораздо больше того, которое оно заместило. Если оно и принимало образ человека, то это был гигант, в два раза выше любого из нас, его грудь была в два раза шире. Его руки были похожи на когтистые лапы, и они были подняты ладонями вверх, словно демонстрируя огромную и ужасную мощь.

Каул посмотрел на это создание и улыбнулся:

— А теперь, как говорится, мой выход.

Он залез в карман плаща свободной рукой, вытащил сложенный листок бумаги и встряхнул его, разворачивая.

— У меня просто есть пара слов, прежде чем я официально сменю социальный статус.

Бентам захромал к нему:

— Брат, я думаю, нам не стоит больше мешкать…

— Не могу поверить! — вскричал Каул. — Неужели никто не даст мне насладиться минутой славы?!

— Прислушайся! — прошипел Бентам.

Мы прислушались. Какое-то время я ничего не слышал, но затем издалека донесся высокий, резкий звук. Я увидел, как Эмма напряглась, а ее глаза расширились.

Каул нахмурился:

— Это что… собака?

Да! Собака! Это был собачий лай, далекий и рассыпающийся эхом.

— У странных с собой была собака, — напомнил Бентам. — И если она идет по нашему следу, сомневаюсь, что она одна.

Это могло означать только одно: наши друзья справились с охраной, и, ведомые Эддисоном, направляются к нам. Да! Та самая чертова кавалерия мчится! Но Каул был всего в шаге от того, чтобы заполучить свою силу, и кто знает, как далеко разносится эхо в пещерах. Они могут быть все еще в нескольких минутах от нас, и к тому времени будет уже слишком поздно.

— Что ж, — произнес Каул, — полагаю, моей реплике придется обождать.

Он затолкал бумажку обратно в карман. Казалось, он никуда особо не спешит, и это сводило Бентама с ума.

— Давай, Джек! Бери свой дух, потом я возьму свой!

Каул вздохнул:

— Да, что касается этого. Ты знаешь, я тут думал: я не уверен, что ты справишься со всей этой силой. Видишь ли, ты — слабоумный. Под этим я не подразумеваю, что ты глупый. Напротив, ты намного умнее меня! Но ты думаешь, как слабый человек. Твоя воля слаба. Недостаточно быть смышленым, знаешь ли. Нужно быть жестоким!

— Нет, брат! Не поступай так! — взмолился Бентам. — Я буду твоим номером два, твоим преданным помощником… Всем, кем ты только захочешь…

«Так тебе и надо», — подумал я. — «Давай, болтай дальше…»

— Это заискивание именно то, о чем я говорю, — произнес Каул, качая головой. — Как раз такого рода вещи и могут заставить передумать слабовольного человека, вроде тебя. Но я не восприимчив к эмоциональным мольбам.

— Нет, это все из мести, — заявил Бентам с горечью. — Как будто сломать мне ноги и поработить меня на годы было недостаточно.

— Тем не менее, было, — откликнулся Каул. — Я, и правда, был зол на тебя, за то, что ты превратил всех нас в пустóт, но иметь в своем распоряжении армию монстров оказалось довольно полезно. Но если уж быть честным, это даже не из-за твоего слабого характера. Это просто… просто я не состоялся как брат, полагаю. Альма вот тебе подтвердит. Я не люблю делиться.

— Тогда сделай это! — выплюнул Бентам. — Покончи с этим и убей меня!

— Я могу это сделать, — согласился Каул. — Но я думаю, будет эффективнее, если я убью… его.

И он нацелил пистолет мне в грудь и спустил курок.





* * *


Я почувствовал столкновение с пулей еще до того как услышал гром выстрела. Словно на меня обрушился огромный невидимый кулак. Меня сбило с ног и опрокинуло навзничь, и все вокруг стало абстрактным. Я смотрел в потолок, а мое зрение сузилось до размера булавочной головки. Кто-то кричал мое имя. Последовал еще один выстрел, и еще.