Академия целителей. ДТП для варвара

– Решили вместе выйти из автобуса. Тем более нас обещали встретить по первому классу! – почти торжественно провозгласила Шейлана. – Весь клан Мастгури наконец-то в сборе! Вот кто нас всех вместе-то еще видел? Пусть студенты Спецфака опасаются нашего полного и безграничного исцеления.

– Эйлегар просил, даже настаивал, – пояснил явление родственников Вархар. – Местный ректор, – добавил уже в мою сторону. – Сказал, попугать студентов нелишне. Здешних не помешает немного дисциплинировать.

– Это все здорово, даже отлично! Но, Гвенд, еще раз напугаешь Гульнару, я не посмотрю, что ты почти родственник. Буду крутить над головой часами, пока вестибулярный аппарат не откажет. В принципе не откажется иметь с тобой дело… Ясно тебе, могучий внушатель?

Я ожидала, что Гвенд испугается. Но он подошел к моему скандру и повинился почти по-варварски:

– Прости. Гульнара – женщина моральноустойчивая, настоящая спутница перекрестного варвара. Даю слово, что больше не буду. Прием приберегу для местной братии. Уверен, они оценят и даже впечатлятся… Когда от заикания в медкорпусе вылечатся. Главный целитель от заикания, а также тика, ика и шока с нами всегда – Ламар Мастгури! Уж он обеспечит себе работу, а потом сам же начнет исцеление…

Димар усмехнулся и взглянул на меня.

– Прощаешь? Или еще помучаем? – спросил, складывая кулаки на стол. Автобусная мебель выглядела внушительной – словно на века создавалась, для войн. Но под тяжелыми кулаками скандра стол пожаловался жалобным скрипом.

Шейлана вступаться за Гвенда не стала – видимо, устраивала суженому-ряженому глубокое погружение в семейную идиллию. Если не захлебнулся – достоин скандрины…

Сальф вытянулся по струнке у столика, но смотрел без ужаса, скорее с пониманием. Словно в душе поддерживал Димара – то, как он вступился за свою женщину. Красивое, но несмазливое лицо сальфа выглядело суровым, почти как у скандров, чуть более уточненным и менее брутальным. В голубом взгляде читалась отвага. Не знаю, как выглядел Гвенд до Вархара – тот клялся, что первым воспитывал внушателя, – но сейчас сальф мало отличался от варваров. Только размерами и изысканными манерами.

– Прощаю, – кивнула я с удовольствием. Мне нравились традиции семейства Мастгури, безумно импонировали отношения между родственниками – то, как они друг друга поддерживали, но все-таки спуска никому не давали. То, что всегда за спиной оказывался мощный варвар, готовый помочь, защитить. Необязательно Димар, Шейлана – любой, кто в родстве или дружбе с Мастгури. А дружили они, кажется, со всеми на перекрестьях. Вернее, со всеми, кто работал в академиях.

Внезапно между автобусом и корпусом мелькнул огромный валун, от земли до неба – словно гора выросла из ниоткуда и тут же исчезла, как не бывало.

Виновника торжества я заметила сразу. Высокий, черногривый студент-истл, в синей водолазке и брюках вроде джинсов, обернулся к своему преподу-таллину. Тот походил на гигантскую секвойю – что высотой, что богатырским сложением. Почти под ноль постриженный ежик напоминал обрезки медной проволоки. Кожа-кора красноватого оттенка делала таллина похожим на индейца, а балахонистые туника и брюки приглушенного бежевого цвета напоминали о странствующем буддийском монахе.

Расы одевались в собственном стиле – что в нашей Академии, что на Спецфаке.

– Смотри! Так работают аннигиляторы. Могут создать что угодно из материала, который есть где-то неподалеку. Из кучи булыжников возвести башню. Пальцами щелкнули – и все готово, – немедленно пустился в объяснения Гвенд, словно пытался загладить недоразумение.

– Ты не совсем правильно рассказываешь, – вмешался Димар, приобняв меня за талию. – Внушатели химичат с мозгами окружающих. Аннигиляторы, имея материал под рукой, могут сотворить из него что захочется. В меру энергии и способностей. Этот вот, видимо, очень «энергичный»! Почти как прогульщики после медкорпуса. Притащил камни за сотни километров. Создал гору посреди Академии и тут же испарил ее за ненадобностью. Или чтобы преподаватели не увидели.

Мимо автобуса пролетела молния, смачно впечаталась в корпус Спецфака, но не рассыпалась, отскочила мячиком и врезалась в ближайшее крупнолистное дерево. Ствол покачнулся, возмущенно скрипнул, и сверху посыпались разлапистые шишки, не меньше кокосовых орехов размером. Когда они начали скатываться с автобуса, я обнаружила еще и шипы, что шилами торчали вместо зерен.

– Растения здесь защищаются как могут, – небрежно пожал плечами Эйдигер. – Какие нервы такое выдержат? Весь хлорофилл уйдет на успокоение, и будут деревья белые как снег. Не зимние, а седые, как старцы.

Дерево запылало в мгновение ока. Автобус ускорился и отъехал подальше. Возле ствола немедленно столпились водники – трое таллинов не мельче увиденного препода. Несколько махов руками в воздухе – и с неба обрушились водяные глыбы. Вот именно не облачка – а гигантские глыбы, размером с сарай, если не больше. Пламя выругалось злобным шипением, язычки дернулись во все стороны, будто спасались от диких варваров. Вот она, мощная магия в действии. Такая же безграничная, как наше исцеление.

Огонь, который так просто не потушишь, вода – будто озеро падает с неба. Прелесть, а не Спецфак! Надеюсь, и медики здесь под стать учащимся и преподавателям. Как-то ведь местные доживают до выпуска…

И вот стоило мне только так подумать, как автобус притормозил у нужного корпуса, неподалеку от козырька входа. Дверь высотой метров пятнадцать, явно из толстого листа бронзы, резко распахнулась, и наружу выскочил скандр, похожий на Димара с Айливертом. Нечто среднее между Ильей Муромцем и снежным человеком, выбритым и облагороженным.

Великан подошел к нашему автобусу и приветственно помахал рукой у окна – так подзывают залетный вертолет застрявшие на необитаемом острове путники.

Казалось, его тонкая светлая футболка вот-вот лопнет – так бугрились могучие мышцы. Черные брюки незнакомца, естественно, были на размер больше положенного. Фирменный скандровский стиль угадывался.

– Это наш дядя, Эйлегар Гарди, кузен отца по материнской линии, – представила скандра радостная Шейлана. Она прямо лучилась восторгом от встречи. Остальные тоже разулыбались. Наверное, долго не виделись с родственником.

Я поневоле засмотрелась на зейлендок. Оля казалась в собственной стихии. Спокойная и собранная, позитивная и бесстрашная – маленькая женщина, но жена варвара. Алиса тоже не выглядела напуганной – ни темной материей, ни воссоединением клана. Трогательно держала руки на животике и восхищенно посматривала на Эйдигера.

Зейлендки отлично прижились на перекрестье, прекрасно вписались в большое семейство. Значит, и мне тоже удастся.

Я женщина-физик, и этим все сказано.

Страхи исчезли, беспокойство пропало, схлынули все неприятные эмоции. Осталось желание поскорее действовать, справиться с заданием и вернуться домой. Да, да, в Академию тока и шока. Теперь она стала мне истинным домом. Как, впрочем, и все перекрестья миров. Я не собиралась возвращаться в Зейлендию. Здесь получила все, о чем мечтала. Чудесного мужчину – заботливого, сильного, за которым не то что как за каменной стеной, как за монолитной горой из титана. Работу, которая все больше импонировала, и приключения до конца жизни.

Тут тебе, конечно, не школа Гарри Поттера. Но мне подходит, и даже понравилось!

Дубины вместо «хлипких» волшебных палочек, вместо метлы – броски в окно, причем полет после них не хуже, а даже гораздо дольше и занимательней. Зелья взрываются на половину Академии, масло проливает не только Аннушка… И вовсе не бидонами – десятками литров. Зато как весело, познавательно и нескучно! Опять же тренирует инстинкт самосохранения, а также реакцию и чувство юмора. Без него на перекрестьях делать нечего…

Грифонов, привидения и прочую нечисть с успехом заменяют одни только бургузы… Причем что живые, что зажаренные с кровью, они представляют одинаковую опасность для жизни и зубов неподготовленных магов…





Глава 13

Усмирить темную материю – это вам не наррина объездить




Мы выходили из автобуса парами. Черулина с Айливертом и двумя колясками, словно рассчитанными на пятерых ребятишек. Я, под руку со своим Димаром. Эйдигер с Алисой, Вархар с Олей, Ламар со Сласей, Шейлана с Гвендом и куча сопровождающих преподов в придачу. Сильнейшие маги энергии жизни: тридцать скандров, пара сальфов, семеро леплеров – весь цвет медкорпуса, как мне шепнула на ухо Шейлана.

Каждая раса одевалась по-своему. Леплеры блистали и ослепляли – в самом прямом смысле этого слова. Сальфы-врачи прикидывались скандрами, почти не выделялись на фоне варваров в их традиционных неярких футболках и брюках на размер больше, чем требуется.


Эйлегар встречал нас у дверей автобуса. Делегация выстроилась перед ним в шеренгу, а мы – знаменитый клан Мастгури – просто столпились неподалеку от родственника.

– Как же приятно встречать родственников. Жаль только, повод не слишком радужный. Надо бы срочно помогать пострадавшим. С темной материей мы справляемся или расправляемся. Не знаю уж, как правильней, – планомерно нейтрализуем. Сейчас вы можете ее не бояться. Материя ослаблена, почти истощена, энергию высасывает очень вяло. Мощные маги энергии жизни ее воздействия практически не почувствуют. Но все-таки будьте настороже. Здесь, на территории Спецфака Академий, нам тревожиться уже не о чем. Но снаружи внимательно к себе прислушивайтесь, – голос очередного знаменитого Мастгури словно раздавался из глубокого колодца. Мощная грудь его вздымалась мехами – Эйлегар действительно радовался встрече. – Ладно, после завтрака вас проинструктирую. Ну а пока – с прибытием в Академию! Безумно счастлив увидеть родственников. И новые светлые головы особенно. Ну и остальные части тела у девушек не подкачали, что сразу заметно. Не зря наши ребятки таких выбрали. У Мастгури глаз алмаз, не взгляд, а клинок. Махом прожигает дыру в прогульщике и женщину оценивает за считаные секунды. Сопротивление противника ослабляет до боя, легко побеждая лишь психической атакой. В общем, еще раз от души приветствую.

В этот момент неведомо откуда в нашу сторону прилетел автобус. Он реял по воздуху, помахивая дверцами, поплевывая дымом и постреливая металлом. Я собиралась распластаться на брусчатке, чтобы спастись от очередного катаклизма. Но родственники даже не думали пугаться, тем более падать зачем-то навзничь.

Вархар выбросил вверх руку, и я впервые оценила его магию. Из ладони скандра выстрелил свет, раскрылся цветком, превратился в конус, поймал автобус и отправил подальше.

– Так, и на чем же я остановился? – отразив водяное облако величиной с человека, невозмутимо продолжил Эйлегар.

– Ты собирался поселить нас в общежитие. Распорядиться, чтобы студенты не занимались ерундой, а лучше занесли наши вещи в здание. Покормить в столовой и отправить на задание. Надеюсь, медицинские автобусы готовы? Оснащены по последнему слову техники и магии? – спросил Айливерт привычным тоном – словно генерал приказывал солдатам. Кажется, иначе он просто не разговаривал. Даже с ректором чужой Академии.

– Так точно! – почти отрапортовал Эйлегар и усмехнулся собственной реакции. – За мной, поселю, покормлю, инструктирую. Автобусы готовы, ждут уже сутки.

Несколько ступенек каменной лестницы – и мы в привычном холле общежития. Мастгури строили Академии похожими, будто использовали общие лекала. Высокие потолки, просторные коридоры, двери, будто рассчитанные на титанов – и весом, и высотой, и монументальностью. Рассыпанные по потолку черепа-плафоны. Я уже знала, что они ненастоящие. Как, впрочем, и плафоны в виде костей, дыры в которых закрыты пластиком. Уверена, сняв все светильники разом, можно собрать несколько скелетов, разве что пары косточек не хватит.

Естественно, на костях висели таблички – не менее фееричные, чем в нашей Академии.

«Кто к нам с магией придет, от Мастгури и погибнет».

«Оставляйте тренировочный пыл за пределами здания, иначе оставите здесь части тела. Эти кости убедительное тому доказательство».

«Они не умели сдерживать способности. Зато теперь отлично сдерживают лампочки»…

– У нас подсмотрели? – хмыкнула Шейлана, тыкая пальцем в потолочные светильники.

– Надо же брать у соседей лучшее. Худшее обычно само привязывается, – подтвердил подозрения Эйлегар, не оборачиваясь.

Мы поднялись по такой лестнице, что вся делегация уместилась на ступенях. Холл второго этажа соответствовал нашим ожиданиям после первого.

Теперь Эйлегар тыкал в двери и в одного из членов делегации. Толпа медленно, но верно рассасывалась. Примерно ближе к последней трети коридора остался только клан Мастгури.

Нас с Димаром поселили третьими, между квартирами Ламара и Эйдигера. Напротив разместились Вархар с женой, Черулина с Айливертом и Шейлана с Гвендом.

– Посмотрите комнаты и сразу выходите. Жду возле корпуса и провожу в столовую, – сказал Эйлегар и так быстро ушел по коридору, что я только рот открыла от удивления. Никак не ожидала, что такой верзила движется настолько стремительно и бесшумно. Впрочем, скандры и не на такое заточены.

Комнаты в общежитии походили на наши, лишь за одним незначительным исключением. Абсолютно всю мебель, естественно, бронзированную, намертво вмонтировали в пол и стены.

– Эпичненько, – прокоментировал Димар открытие. – В прошлый наш приезд мебель скакала, летала и прыгала от энергичности учащихся. Местные – молодцы, неплохо придумали. Теперь мебель даже мне не вырвать.

Скандр подошел к огромному столу, размером с три моих прежних, зейлендских, и дернул за столешницу, проверяя крепления. Стол возмутился жалобным дребезжанием, немного погнулся, но не поднялся.

Димар показал мне большой палец и направил к двери, на встречу с Эйлегаром.

Делегация быстро собралась у корпуса, и ректор проводил нас до самой столовой.

«Кушать подано, хулиганам поддано! Ничтожные враги давно уничтожены!» – гласила записка на десятиметровой двери.

Внутри, как обычно, упоительно пахло.

Мы позавтракали в большой компании. Повара принесли гигантский стол, за которым уместился весь клан Мастгури. Остальная делегация устроилась за соседними.

Детишек Вархара и Ламара оставили с какими-то «няньками» местной Академии. Мне представлялись великаны-бруталы, способные остановить даже стадо мамонтов. Думаю, другим с ребятишками не справиться.

Мужчины принесли нам подносы с кушаньями. Слася, как всегда, поражала аппетитом. Мужья заботливо ухаживали за женами и поедали тушку за тушкой, вприкуску с незаменимыми ножками бургуза.

Скандры травили походные байки, рассказывали анекдоты из жизни академий, делились опытом преподавания.

В каждом вузе своя специфика. Оля поведала, как быстро заканчиваются у студентов ее родной Академии металлические калькуляторы размером с альбом, методички, скамейки и умные мысли. Последние мгновенно заменяют хулиганские.

Гвенд вспомнил несколько историй из Академии внушателей и аннигиляторов.

– Входим мы в аудиторию, а студенты замерли, как будто все превратились в статуи. Но это лишь половина потока. Вторая носится, гогочет и пританцовывает, как будто уже из Ламаровой пыточной. Радуются, как дети, что уцелели и даже избежали удара электротоком. Уж навнушали друг другу так навнушали.

– Это лечится легко и просто. Никакого снятия внушения не требуется. Вошел в аудиторию, гаркнул по-свойски и пообещал, что те, кто не очнется, будут тренироваться с преподами по военке – нашими, известными на все академии, – вставил свое слово веселый Ламар.

– Да ладно тебе! Ребята ж молодые. Можно сказать, только жить начинают… Может, не стоит так сразу и жестоко? – возразил Гвенд будущему родственнику.

– Жестоко вовсе не лечить электротоком!

Жестоко – это принимать у потока

Физику, в которой не знают толка

Студенты настолько, что преподы в шоке!