Академия целителей. ДТП для варвара

Вархар, Эйдигер, Ламар и Шейлана располагались в центре воинства. Рядом со скандриной виднелся Гвенд. Слегка растерянный, но очень решительный.

Массивная, высоченная фигура Айливерта бросалась в глаза даже в таком столпотворении. Ректор подбоченился и напоминал Супермена, готового спасать неразумных зейлендцев.

Темная материя стала ярче, даже, кажется, немного приблизилась – устремилась с неба к лакомым жертвам. Теперь Димар закрыл меня собственным телом и произнес – четко, почти по слогам:

– Делай, как сказал. Ни о чем не тревожься. Доверься мне и остальному семейству.

– Да-да! Мастгури, девочка, надо верить!

Я сразу узнала голос Черулины – скандрина обогнула нас с Димаром и направилась «на передовую», к своему мужу.

Внезапно присутствующие слегка дрогнули. Я ощутила, как неведомые силы впились в тело и высасывают энергию. Резко, неожиданно, без видимой причины.

Силы утекали из меня безвозвратно. Ноги задрожали, голова опустела, в висках зашумела и загудела кровь. Мышцы предательски задрожали, на грудь словно каменная плита навалилась. Такой жуткой слабости я давно не чувствовала. С тех пор, как взрослой перенесла ветрянку, провалялась в постели несколько суток. Тогда я едва добредала до кухни, чтобы хоть немного глотнуть жидкости, и падала в кровать, покрывшись испариной.

Ледяная волна прошлась вдоль позвоночника, страх зашевелился в груди холодом. Панически, неритмично заколотилось сердце, будто маленькая птичка в клетке охотника. А если у нас ничего не получится? Если я поддалась общему порыву, обычному варварскому победному воодушевлению, которое на деле ничего не значит? Если мы сейчас все погибнем? Я, замечательное семейство Мастгури, сотни преподов, тысячи учащихся…

Я сглотнула колючий комок в горле, он мерзко царапался и поднимался выше.

Димар обернулся, крепко обнял, словно закрыл своим телом от бед. И прошептал – рвано, натужно:

– Девочка, соберись, ты можешь, я знаю. Поверь, ничего с тобой не случится. Я же рядом, и остальные тоже. Я собираюсь непременно выжить, а потом жениться на своей женщине! И ничто меня на этом пути не остановит! Тем более какая-то темная материя. Глупая, отвратительная, паразитическая субстанция, без собственного сознания и мизерного разума.

Странно, но силы ко мне вернулись, а с ними вернулась и уверенность в победе. Тепло Димара, его объятия и шепот – такой откровенно-нежный и трогательный, лишили слов, но придали мощи.

Мышцы перестали трястись от слабости, болезненная испарина мгновенно исчезла.

И правда? Чего это я расквасилась? Мы победим, и это не обсуждается! Теплая волна прошлась по телу – энергия и аура настраивались на битву.

Я прикрыла глаза и четко представила, что темная материя – большая опухоль. Она разрастается на теле перекрестья, множится мерзкими щупальцами-метастазами, захватывает все новые ткани и органы. И я могу удалить ее напрочь. Как ни один хирург не осмелится.

Внезапно ощущение давления исчезло, я задышала полной грудью. И только сейчас запоздало сообразила – а ведь еще недавно мне едва удавалось глотнуть тяжелого, вязкого воздуха.

Крепкие руки Димара выпустили, стало немного страшно, одиноко. Но я немедленно себя одернула. Открыла глаза и оценила диспозицию. Маги электричества усиленно бомбардировали темную материю зигзагами молний, водники наполняли облака влагой – и те давили на враждебную субстанцию.

Маги земли и камней атаковали темную материю огромными булыжниками. Но черные соты совершенно не реагировали. Они растягивались, трепетали и вздрагивали, но продолжали высасывать энергию. Я вдруг увидела ее отчетливо. То, что не замечала никогда прежде.

Зеленые струи энергии жизни, пестрые – потоки магии и ауры… Словно мириады дорогих самоцветов – удивительно чистых, невероятно красивых… Они расчертили голубое небо, нитями протянулись от толпы к черным сотам. Оранжевые росчерки молний пропали, камни перестали взвиваться в воздух, тучи навалились на темную материю, но та лишь натянулась немного сильнее.

Маги вокруг падали в обморок. Внешне несокрушимые великаны-варвары, хищные истлы, крепкие таллины, леплеры, сальфы – растягивались на брусчатке. Беспомощно дергались и замирали без движения.

Мне становилось все больше не по себе. В сознании оставались две трети преподов и приблизительно столько же учащихся. Тех, кто владел энергией жизни. Они самовосстанавливались, пытались вытянуть из темной материи краденую энергию. Но не особенно преуспевали в предприятии.

Только Айливерт ослаблял субстанцию. Он тоже иссушает! Пришло понимание.

Я смело шагнула к папане Мастгури. Димар суматошно рванул следом. Ко мне присоединились с десяток учащихся и трое преподов, с такими же способностями.

Айливерт не возражал, Димар смачно выругался. Ректор взглянул на сына сурово, но комментировать и возражать не начал.

Махнул нам рукой, словно вел всех в бой, и мы ударили по темной материи.

Все вместе, в едином порыве и стремлении. Желтые потеки энергии иссушения медленно расползались по мерзкой субстанции, стремительно захватывали ее и опутывали. Та запульсировала, принялась дергаться, будто стремилась вырваться из плена.

Я поняла – мы ее обезвредили. Но до победы еще очень далеко. Тело внезапно одеревенело, слабость разлилась по каждой клеточке. Колени подогнулись, и я бы упала, если бы не объятья Димара Мастгури.

– Неси ее в общежитие, дай мортвейна. Самое время, доверься мне, мальчик! – ласково произнесла за плечом Черулина. – Теперь мы справимся, не сомневайтесь.

Дважды просить Димара не потребовалось – он бросился в корпус как подорванный.

Я снова уплывала за границы сознания. Темная материя, желтая энергия, синие и зеленые ленты магии – все перемешалось и перепуталось. Глаза сами собой начали закрываться, веки слипались, будто сильно не выспалась.

– Не смей! Не думай! Смотри у меня, женщина! Физик ты или медик, мне уже не важно! – истошный крик Димара Мастгури, наверное, даже мертвого вернул бы из Тартара. – Гульнара! Я официально тебя предупреждаю! Как варвар, начальник и твой мужчина… Будущий мужчина, но это не важно… Если ты немедленно не возьмешь себя в руки, я просто не знаю, что с тобой сделаю… Гуля! Держись, я сейчас, ну пожалуйста!

Я принялась усиленно барахтаться, словно выплывала из глубокого озера. Уже захлебнулась, глотнула воды – она залилась в уши и в нос, давила на горло, прорывалась во внутренности. Но я толкнулась, вынырнула на поверхность и выплюнула навязчивую, плотную жидкость. Вдохнула кислорода полной грудью, даже в глазах слегка прояснилось.

Я чувствовала, что дар Димара не сработает, иначе он бы его уже задействовал. Я должна запустить процесс восстановления, которому еще не успела научиться. Но я смогу, переживу, выдержу. Потому что в меня верят Мастгури.

Димар прижал – крепко, отчаянно, внес в квартиру и усадил в кресло – бережно, словно я могу разбиться. Я поняла, что стекаю по спинке, схватилась за поручни и подтянулась.

– Умница, девочка! А теперь давай!

В нос ударил запах мортвейна. И это меня так приободрило, что слабость из тела выветрилась напрочь. Наверное, оно поняло, что, если не очнется, как следует не взбодрится, придется травиться. Будет лишь хуже, а вот лучше – вряд ли. Запах мортвейна пощекотал ноздри, мне сразу захотелось усиленно прочихаться.

Убийственный напиток убрали из-под носа. Я вдохнула, выдохнула и… все-таки чихнула. Села поровнее и вскинула взгляд.


Димар с облегчением уселся напротив. Налил мне чаю из пухлого чайника, подвинул вазочку с сухофруктами. Финики манили блестящими бочками, инжир – спелой, бордовой мякотью. Ложечка меда взбодрила окончательно. И я немедленно выглянула в окно. Хотелось удостовериться, что мы победили, Академия и студенты уже вне опасности.

Увиденное вызвало вздох облегчения.

Айливерт спокойно и дотошно сворачивал, скручивал и сминал темную материю. Теперь она напоминала большой шарик, клубок неприятно-грязных ниток. Каждое движение рук Айливерта делало клубок меньше и плотнее.

Все, кто еще оставался в сознании и на ногах, помогали пострадавшим. На площади появились женщины варваров. Оля, Алиса, Слася, Рамитта. Шейлана с медсестрами сновали со шприцами. Многие студенты вскакивали, резко выходя из обморока, едва к ним подносили «живительную» иголку.

– Видала? Рефлекс! – ухмыльнулся Димар.

И я успокоилась, совершенно и полностью. Скандр опять выглядел самим собой. Безудержной язвой, немножко мужланом, слегка джентльменом, но главное – мужчиной. Тем самым, за которым можно спрятаться, как за каменной стеной толщиной в три метра.

Димар подлил мне немного чая, взглянул так, что внутри все перевернулось, губы начальника дрогнули в улыбке – мягкой и очень непривычной для скандра. Или, напротив, я настолько привыкла, что считала его улыбку почти человеческой? В голове перемешались мысли, ответы, вопросы и глупые женские отговорки. Я не знала – что сделать, как отреагировать, лишь чувствовала, как бешено колотится сердце. Силы наполнили меня до отказа – Димар делился энергией жизни, медленно восстанавливая меня полностью.

Делился ценой собственной мощи, заметного ослабления магии, ауры. Пока я в полуобмороке, ничего не вышло бы, внезапно сообщило информационное поле. Мое тело и аура отвергли бы помощь. Способности целителей усиленно сопротивлялись вторжению любой чужеродной энергии, пока хозяин не очнется окончательно. Вот почему Димар приводил меня в чувство! Хотел накачать собственными силами!

Скандр делился, не думая, не спрашивая, не ожидая в ответ благодарностей, банального «спасибо». Даже не сообщая о своем меценатстве.

– Ну что ты так на меня смотришь, Гуля? Я же не картина… Женщина-физик…

Горячая пятерня легла мне на ладонь. Тепло окутало, лишило воли, льдисто-голубой взгляд заслонил Вселенную. И только я подумала, что пора отменить всякие ДТП – с Рамиттой и без, как судьба опять решила по-своему. Кажется, она хотела поглазеть на испытания для несокрушимого, обаятельного варвара. И отдавать ему меня без ДТП считала неспортивным, скучным и обыденным. Без боя и проверки зубов Димара на крепость и способность грызть даже камни, а также – бетон и, наверное, железо.

Я собиралась подняться с места, Димар дернулся вверх первым. Но в эту минуту дверь распахнулась и задребезжала с привычным возмущенным звуком. На пороге появилась фигура Айливерта. За спиной ректора мялась Черулина.

Не знаю уж, что со мной сделали в Академии, но впервые в жизни удушливое смущение резко окатило с головы до ног. Черт! Родители будущего супруга еще никогда меня так не пугали. Я перевела взгляд с Айливерта на Черулину и совершенно опешила, вконец растерялась, не находила, что сказать, предпринять.

Некстати вспомнилась прежняя свекровь. Она постоянно намекала сыну, что я несовершенна и его недостойна. Картошку – и ту чистить не умела. Кожура больше микрона толщиной, на ведро клубней к праздничному ужину целых полглазка до конца не выковыряны. Это пятнышко, картошка слегка потемнела? Тоже виновата неумеха Гульнара! Какая же хозяйка положит картошку в воду так, что целый миллиметр клубня заветрится на убийственном кислороде.

А уж кто еще так моет посуду?! Нет, намывала я ее до блеска. Но сколько тратила воды и геля! Свекровь бы в тысячу раз больше перемыла. С такой «экономией» никакой бюджет, никакая мужнина зарплата не выдержит.

Если бы взглядом исподлобья убивали, свекрови платили бы деньги как снайперу. А если бы за каждую придирку к невестке платили хотя бы по одной копейке, вся мелочь в нашей квартире не уместилась бы. Хотя жили мы с мужем весьма небедно. Три комнаты, две лоджии не каждый имеет.

Я никогда не чувствовала такого счастья, как в день, когда после развода с мужем сказала свекрови:

– Счастливо. Удачи.

И поняла, что больше ее не увижу. Только ради этого безудержного восторга и стоило разойтись с бывшим супругом.

И вот теперь потенциальная «мама» смотрела на меня из-за спины мужа. Признаться, начинать отношения с Димаром мне как-то вдруг резко расхотелось. Даже подумалось: повезло ведь Оле, Вархар одинок, родных не имеет. Но потом внезапно вспомнилась Алиса – девушка выглядела очень счастливой, даже когда появилась Черулина. Я снова вскинула взгляд на скандрину.

Внезапно она обогнула супруга, приблизилась и погладила меня рукой по плечу.

– Дорогая, спокойствие, только спокойствие, – без привычного для свекрови яда в голосе мягко и ласково начала Черулина. – У вас в Зейлендии странные обычаи. Если невестка лучше сынули, свекровь демонстрирует ей только презрение. Причем основательно, с фантазией, с энергией. Это такая древняя традиция. Чем лучше, умнее, красивей невестка, тем больше испытаний готовит ей свекровь. И занимается этой ерундой до смерти. У нас, у скандров, принято иначе. Если девушка приличная и сын ее любит, свекровь принимает невестку в братство. Женское – оно даже крепче титана. Надо – устроим проверки Димару. Мне Шейлана о них уже много рассказывала. Надо – поможем, поддержим, поймем. Единственная не слишком хорошая новость. К нам из другой, соседней Академии ехали на помощь давние приятели. Супруги Зарзелази, преподаватели физики. И у жены на перекрестье начались роды… Да-да! Почему-то в этом году перекрестье работает лучше стимуляторов. Никаких препаратов для схваток не надо. Проехала немного – и тянет рожать. Придется отправиться на помощь скандрине, и твой дар иссушения очень понадобится.

Димар приподнялся, покачал головой:

– Мама, сейчас я категорически против! Она же устала, едва не отключилась!

– Ты ее достаточно накачал для поездки, – мягко возразила сыну Черулина. – К тому же с нами отправится Шейлана. Дабы помочь, а также убедиться, что твоя невеста не слишком напряжется. Мы с Айливертом поделимся энергией. В автобусе Гульнара поспит, успокоится.

– Тогда я с вами! – потребовал Димар.

Черулина резко мотнула головой.

– Мы не знаем – как много темной материи отделилось от общего полотнища в бою. Пока информации еще не поступало. Надеемся на лучшее, но готовимся к худшему. Ты должен остаться вместе с Айливертом. Поедем я, Шейлана и Гульнара. К Марделине также спешат акушеры из недавно покинутой ею Академии. В общем, нас соберется вполне достаточно. Чтобы не все сильно пострадали, пока скандрина пинается и кусается при родах.

– Я тоже отправлюсь с вами к Марделине! – в комнату вбежала взбудораженная Слася. – Из нас получится отличная фрегата!

– Бригада, – с улыбкой подсказала Черулина. – Девочки, собирайтесь. У вас минут двадцать.

Айливерт все это время переглядывался с сыном. Кажется, усмирить буйного варвара, который не собирался сдаваться так просто, способен только другой варвар. Даже знаменитая укротительница скандров, а также пленных и преподавателей физики, сейчас оказалась совершенно бессильна.

Димар с Айливертом застыли столбами и уставились в глаза друг другу, будто переговаривались на каком-то особом, лишь им понятном беззвучном наречии.

Начальник вздохнул, рассек воздух ладонью, приблизился ко мне и поцеловал. Так, что колени опять подогнулись, сладкий туман вытеснил мысли, а эйфория – страх и сомнения.

– Берегите мою Гульнару, мама. Вы с Шейланой за нее передо мной отвечаете!

Черулина кивнула, погладила сына по руке – выше она не доставала – и улыбнулась мне совсем по-матерински. Да-да, так заботливо, тепло и ласково, что, только когда Айливерт с Димаром покинули квартиру, я сообразила, что произошло.

Возмущение нахлынуло, взвинтило пульс, щеки запылали, дыхание участилось. Руки непроизвольно сжались в кулаки.

Черт! Здесь считают нас чуть ли не помолвленными! Как минимум – парой, чья свадьба не за горами! Когда это я уже на брак согласилась? Ну ладно, я мысленно согласилась на поцелуи и все, что после них воспоследует. Ночь страсти, новое пылкое утро и вечер с любимым в теплой постели. Но чтобы замуж… Опять…