Птицы (СИ)

Няня с коляской и мальчик шли по узкой протоптанной тропинке мимо фонарей и пустых скамеек, возле каждой из которых стояли тумбочки-аудиогазеты: бронзовые бутоны раструбов походили на причудливые снежные фигуры. Багровые пятна света от фонарей вблизи вовсе не выглядели уютными и притягательными — они напоминали подрагивающие сгустки крови.
— Мадам… — начал было Финч.
— Не сейчас, — оборвала его мадам Клара. — Мы почти пришли.
«Интересно, куда, — подумал Финч. — Здесь же ничего нет. Здесь совсем никого…»
И тут он увидел. В центре бульвара стояли большие часы: стрелки на них замерли на полуночи, а маятник завис без движения. На скамейке под часами сидели двое. Мужчина и женщина. Оба были одеты в черное. С первого взгляда Финч понял, что эти двое — не-птицы: они не скрывали свои длинные носы, острые подбородки и черные глаза. Путаные смоляные волосы женщина собрала на затылке, в прическу были вплетены (или росли в ней?) вороньи перья. На голове мужчины темнела «труба» цилиндра.
Учитывая, что не-птицы были покрыты снегом, словно покрывалом, сидели они здесь, видимо, уже довольно давно. Мужчина набросил на плечи спутницы свое пальто и обнимал ее рукой. Но та все равно дрожала от холода.
Услышав хруст снега под ногами и скрип колес коляски, они встрепенулись и оглянулись. На лицах не-птиц промелькнул страх, но увидев тех, кто к ним приближался, они успокоились.
— О, Клара! — обрадованно воскликнула женщина и поднялась на ноги.
— Как хорошо, что ты пришла! — последовал ее примеру мужчина. Он встал рядом со спутницей и снова ее обнял. — Мы уже и не надеялись…
Лица не-птиц были печальными, изможденными, в каждой черточке проглядывала тревога. Финч вдруг поймал себя на мысли, что эти существа не кажутся ему отвратительными, или даже уродливыми. Они выглядели испуганными и жалкими.
Мадам Клара подкатила коляску к скамейке.
— Почему не надеялись? — спросила она возмущенно. — Как я могла бросить вас?
— Мистер Карран думал, что ты не будешь противиться общему решению, — сказала женщина и потерлась своим длинным носом о белую щеку мужчины.
— Тогда мистер Карран непроходимый болван, — заметила мадам Клара.
Не-птицы рассмеялись. Их смех походил на скрип деревьев на ветру. 
— А кто этот славный мальчик? — спросила женщина, глядя на Финча. 
Упомянутый мальчик оторопел от неожиданности. За все время прогулки с мадам Кларой, если не считать девочку из подвесного трамвая, на него впервые обратили внимание.
— Финч из двенадцатой квартиры, — словно нехотя, ответила мадам Клара.
— Здравствуй, Финч из двенадцатой квартиры, — сказала незнакомая женщина.
— Здравствуйте, — смущенно ответил Финч.
— Это мистер Карран и мисс Коллн, — представила мадам Клара не-птиц.
— Из двенадцатой квартиры… — задумчиво проговорил мистер Карран. — Из двенадцатой квартиры…
Он будто пытался что-то вспомнить, а мисс Коллн склонилась к Финчу, во все глаза разглядывая его волосы. Мальчик уловил исходящий от нее запах — он не мог его назвать, но, по ощущениям, эта женщина не-птица головокружительно пахла затаенным ожиданием, тоской, сожалениями перед упущенным вчерашним и страхом грядущего.
— Какой красивый и необычный цвет, — сказала она.
Финч непроизвольно коснулся волос. Красивым он их цвет не считал. Да и никто не считал. Помнится, его даже не хотели брать в школу из-за синих волос, но дедушке все же как-то удалось уговорить господина директора. Когда Финч был совсем маленьким, он опустошил флакон одного из дедушкиных лекарств, приняв его за сладкий сироп, — оттого его волосы и стали синими.
Он уже раскрыл было рот, чтобы рассказать об этом мисс Коллн, но мадам Клара бросила на него резкий взгляд, и его рот захлопнулся сам собой.
— Я пришла вас предупредить, — сказала она. 
— Он уже спустил Кэрри с цепи? — Мистер Карран нахмурился и, не дожидаясь ответа, продолжил: — Этого стоило ожидать.
Финч замер, боясь сделать вдох. Это ведь именно за ними послали Кэрри! О них он говорил на крыше!
Мальчик вдруг подумал, что отчаянно не хочет, чтобы Кэрри настиг их. Они выглядели такими добрыми и несчастными и в то же время, как бы противоречиво это ни было, счастливыми и влюбленными. Он отчетливо представил себе тела этих двоих в окровавленном снегу и почувствовал, как в глазах защипало.
 
— Он ищет вас, — тем временем сказала мадам Клара. — И то, когда он нападет на ваш след — лишь вопрос времени.
— Пусть только попадется мне! — зарычал мистер Карран. — Я отрежу ему нос, а самого сброшу в пропасть!
Мадам Клара покачала головой. Даже Финч видел, что несмотря на свои гневные слова, мужчина был испуган, хоть и пытался не показать этого перед спутницей. Та же, в свою очередь, выглядела испуганной неприкрыто. Она крепко сжимала обеими руками кисть мистера Каррана, словно птица древесную ветку.
— Что же вы наделали, милые мои, — с непередаваемой жалостью в голосе сказала мадам Клара. 
— Мы просто хотели быть вместе, — печально ответила мисс Коллн. — Скрывать наши чувства больше было нельзя.
Лицо мистера Каррана презрительно исказилось:
— Риввин пытался украсть мисс Коллн, — сказал он.
— Но у него ничего не вышло, — с совершенно детской радостью добавила мисс Коллн. — Меня так просто не… не украсть. Я сломала ему нос. Теперь он не такой красавчик.
Мадам Клара выглядела недовольной и строгой. Еще более строгой, чем всегда.
— Вы украли сердца, — хмуро сказала она.
Мисс Коллн достала из черной бархатной сумки большую банку, и Финч вздрогнул: банка была наполовину заполнена снегом, и в нем лежали два настоящих человеческих сердца, похожие на уродливые розоватые плоды.
— Они наши, — сказала женщина. — Они принадлежат нам, мы забрали свое…
— Кэрри придет за вами и отберет их. — Мадам Клара отвернулась, словно ей было противно глядеть на сердца. — Но вам стоит опасаться не только его. Вы теперь сами по себе, а это значит, что вы — легкая добыча для Птицелова.
Финч отметил, как обе не-птицы разом вздрогнули от упоминания этого Птицелова.
— Мы были осторожны, Клара, — сказал он.
— Очень осторожны, — добавила она.
— Те, кого он освежевал, тоже были осторожны, — неумолимо сказала мадам Клара. — Он хитер. И коварен. Он умеет ждать. — И безжалостно добавила: — Вы дрожите? Вы не зря дрожите.
Они и правда дрожали. Мистер Карран в жилетке и рубашке и вовсе трясся всем телом. А лицо мисс Коллн приобрело нездоровый синий оттенок.
— Постойте-ка! — мадам Клара сорвала с руки перчатку и прикоснулась к кисти мисс Коллн. — Вы дрожите не от страха! Но… как? Как вы можете мерзнуть? 
— Нам так холодно, Клара, — прошептала озябшими губами мисс Коллн. — Ты можешь нас согреть?
Мадам Клара вздрогнула. Финч это увидел отчетливо. Она даже пошатнулась, как будто что-то внезапно осознала. Что-то ужасное и непоправимое.
— Н-нет, — проговорила она. — Я не могу.
И тут случилось то, чего не ожидала ни мадам Клара, ни не-птицы.
— Вы можете спрятаться у нас, — сказал Финч.
Все трое повернули к нему головы. А он продолжил:
— У нас дома. Мы там живем с дедушкой. Он не был бы против. Вы можете пожить в моей комнате. У нас не очень много места, но зато там тепло. И вы согреетесь. А еще должно быть что-то съедобное. Вы едите обычную еду? — Он поглядел на няню. — Мадам Клара, не-птицы едят обычную еду? Что? Почему вы так на меня смотрите?
Мадам Клара не моргала. В ее взгляде читалось что-то совершенно новое, нечто незнакомое. Гордость. В эту секунду она будто бы испытывала невероятную гордость, глядя на мальчика. Кажется, она даже почувствовала сожаление, что не была его няней.
Но мрачность вернулась к ней буквально в следующую же секунду.
— К сожалению, им там не скрыться, — сказала она. — Кэрри или Птицелов найдут их на улице Трум. Им требуется особое укрытие.
Финчу стало обидно из-за того, что он не может помочь этим несчастным существам.