Достать дракона, поймать корону

– А чего хочешь ты? – задал, в свою очередь, вопрос супруг.
Но ответить на него я не успела. Дверь в залу распахнулась, явив слугу с сообщением: репортеры собрались, и они давно в нетерпении.
– Нужно идти на встречу, – вздохнула я и в шутку добавила: – Все же нас ждут представители четвертой власти.
– Скорее второй древнейшей профессии на земле, – иронично заметил дракон.
И только когда мы вышли в коридор, я вдруг поняла: этот ушлый крылатый умудрился, пока держал мои ладони в своих, залечить правую руку так, что я ничего даже не почувствовала.
Зато спустя пару минут, когда вышла в зал, где от щелканья затворов объективов закладывало уши, а вспышки света камер ослепляли не хуже боевых заклинаний, я ощутила много всего и сполна. В основном это были эмоции. Правда, глубоко нецензурные, каких благородной эйре знать не положено… Но это если тебе не приходится отчаянно торговаться на рынке, выгадывая пару медек, потому что денег у тебя, благороднутой, из древнего рода, нет не только на служанку, но даже на приличную еду. Или общаться с коллекторами и просто сомнительными типами, которым задолжал твой покойный батюшка… Тогда волей-неволей учишься говорить так, чтобы и эти собеседники тебя понимали.
Поэтому помимо родного имперского я уверенно говорила на языке цвергов, альвов и матерном. Последний только в резюме на должность фрейлины не указала. Видимо, зря. Может, если бы это сделала, не пришлось бы сейчас в срочном порядке зубрить драконий. Им я совершенно не владела. Разве что иногда арендовала. Со словарем.
Но вот пару месяцев назад выяснилось, что он мне нужен. И теперь активно изучала. И даже делала успехи! Несколько дней назад говорила на нем так уверенно, что пожилая крылатая из свиты Йордрина, с коей довелось практиковаться, похоже, начала сомневаться, тот ли драконий она знает.
Так вот, сейчас, когда репортеры накинулись на нас с вопросами, некоторые из которых были настолько острыми, что о них можно и порезаться, я поняла одну вещь: не использовать мат в речи – легко. А вот отучиться бранно думать – практически невозможно! И сейчас я мыслила исключительно нецензурно.
Потому как сама тема пресс-конференции – брак Владыки-дракона с герцогиней, которая перед церемонией венчания стала названой дочерью императрицы, – была почти сразу же забыта. Акул пера интересовала только кровь. Если точнее, ее количество на вчерашнем покушении в храме. Когда оной не обнаружилось, отсутствие жертв огорчило кого-то настолько, что с заднего ряда донесся выкрик:
– Ни одного трупа не было?! Даже самого завалящего?
– Я понимаю, что пугать людей – ваша профессия, но вынужден разочаровать: ни одного, – иронично ответил Йордрин.
А я про себя горько усмехнулась: правда собравшихся в этом зале не интересовала. Все, чего они хотели, – подвести вчерашнюю историю под те клише, которые продадут вечерний тираж. Как говорится, цель оправдывает средства, особенно если те принадлежат массовой информации.
И тут же за этим вопросом последовал еще один, более деловой:
– Нападавшего задержали, что о нем известно?
– Служба безопасности установила, преступник был одиночка, фанатик…
Дракон выдал версию, которую следовало знать общественности. И когда он говорил, стояла такая тишина, что не только камеры перестали чарографировать, но, кажется, репортеры даже забыли, как дышать.
Все же крылатый превосходно умел владеть вниманием толпы. А еще он был отличным дипломатом.
Я представила себя на месте мужа: чужая страна, язык, обычаи… Люди. Одни опасались, другие смотрели с жадным любопытством, третьи просчитывали, как бы повыгоднее использовать пробужденных… И с ними со всеми нужно было договориться, расположить… Даже если они тебе не нравятся, сделать все для заключения выгодных союзов, сделок. Ради безопасности и процветания твоей расы.
То, как достойно держался Йордрин, вызывало невольное уважение. Но это чувство было бы еще сильнее, если бы между мной и драконом расстояние было побольше. В идеале – вся империя. Тогда бы уважала его… безгранично обожала! Вот. И мой инстинкт самосохранения тоже.
 
Видение, архово видение. Нужно с ним разобраться до конца. И срочно!
А у меня такое насыщенное расписание: то покушение, то ранение, то светский прием, то репортеры… Как при таком плотном графике своим спасением заниматься?! Не пришлешь же дракону, что сжег меня в предсказании, записку: «Обождите, любезный, с моим убийством. Пока никак. Все расписано по минутам. Вот в конце недели появится свободный часик – тогда и порешим. И вопросы, и меня… А пока нет никакой возможности. Терпите, ваше злодейшество». И еще большой вопрос: не собственный ли супруг меня отправит за Грань?..
Одним словом, мне нужно было уединиться, чтобы провести ритуал и удостовериться в том, насколько велика вероятность пророчества и есть ли вилки событий, которые позволят его обойти.
Потому, когда Йордрин после встречи с репортерами отправился обсуждать дела государственной важности с императором и советом, я занялась вопросом сугубо личным. Мне нужна была комната, где никто не побеспокоит, а главное – не проследит. Супружеские покои для этого дела решительно не подходили. Это были не спальные комнаты, а проходной двор какой-то: вламываются ненаследные принцы как к себе домой. Да и не принцы тоже – я вспомнила дракониц из свиты Йордрина.
Так что задача номер один – найти укромное местечко. Цель номер два – выжить и не свихнуться. Я прикинула, что мне нужно для обряда. Вместо мела подойдет помада: рисунок контура выйдет ничуть не хуже. А то, что алый, с запахом вишни, – плевать. Главное – четкий. Также прихватила вместо горсти песка белила, выдернула из канделябра свечи…
Задумалась: что еще понадобится? Моя кровь! Точно. Нужно что-то режущее… И тут я вспомнила об одном презенте. Никогда бы не подумала, что он пригодится мне первым. Вытащив подарок из «упаковки», обнаружила, что к нему прилагались еще и ремешки-крепления. Судя по всему, на плечо воина. Но у меня такой мускулатуры не было. Ибо что для одних – бицепс, для других – бедро. Не слишком удобно, зато под длинной юбкой не видно.
Остальной реквизит для ритуала я положила в носовой платок. Завернула его и осторожно выглянула из спальни. У двери вроде бы невзначай оказался один крылатый из посольства, что прибыло вместе с Йордрином на брачную церемонию.
«М-да… И вроде бы я не драконица, а хвост уже есть», – подумала я, делая вид, что не заметила своего стража.
Путь по широким светлым мраморным коридорам дворца оказался тернист и извилист. За тернии отвечали придворные. Я буквально кожей чувствовала их колючие взгляды, что впивались в меня шипами. А вот траектория петляющего зайца была исключительно моей инициативной. Нужно же было как-то избавиться от слежки.
Я не спеша, чинно проследовала через анфиладу. Каблуки издавали легкий стук, который отражался эхом в величественных залах.
Дракон, тенью скользивший за мной в отдалении, был бесшумен. И это нервировало еще больше.
Я повернула за угол, в картинную галерею, словно меня заинтересовали высокие стены, украшенные полотнами, цветные витражи, мозаика которых в солнечных лучах рисовала на полу причудливый пестрый ковер, скульптуры полуобнаженных героев древности.
Остановилась у одного из них. Полюбовалась другим… А мой страж меж тем утратил бдительность, и… когда он отвернулся на миг, чтобы поприветствовать кого-то, я молниеносно скользнула за раскидистый куст, занимавший одну из ниш, что была меж скульптурами.
Щелчок пальцами. Чары отвода глаз, в отличие от лекарских, дались легко. Может, потому, что дар пифии был ближе к иллюзорному искусству, чем к врачеванию? Все же будущее порой столь же призрачно, как и мираж?
В следующую секунду мимо меня стрелой пронесся дракон. Он лишь мазнул взглядом по кусту, за которым я пряталась, и, не задержавшись на пышной зелени, стремглав помчался дальше. А я, выждав немного, отправилась в противоположную сторону. Уже без всякой чинности и неспешности. Скорее наоборот. В этот момент я напоминала себе целеустремленностью таран, которым нападавшие собрались выбить ворота осажденного замка.