Путеводная звезда. Том III (СИ)
— Вот смотри: мне, кроме тебя, помогают еще Эльвира, Николетта и Саманта. И они, в отличие от тебя, не гундят как ты. Потому что понимают — дело государственной важности.
Говоря это, в глубине души я понимал — на самом деле Валера прав. Я ведь действительно выглядел не очень. Впрочем, неудивительно: не спал уже больше двух суток, с небольшими перерывами на еду исступленно пытаясь попасть туда, куда не знаю, и найти то не знаю что.
— Эльвира, Николетта и Саманта, в отличие от меня, не были рядом с тобой во время большинства твоих авантюр.
— Это на что намек?
— На то, что они, в отличие от меня, не знают, что большинство твоих решений — не продуманный план, а дикая дичь, которая только неизвестно каким чудом не приводит к катастрофическим последствиям.
— Вот именно. В большинстве.
Саманта с Эльвирой и Николеттой, кстати, во время нашего эмоционального разговора с Валерой сохраняли молчание. С каждой следующей фразой только переводя взгляды то на меня, то на него.
— В большинстве случаев не приводит! А в остальных случаях, ты просто несешь разрушения, как трубящий ангел бездны…
— Я этого перетрубящего ангела уже выключил из нашей реальности. Апокалипсис отменяется, расслабься.
— И из-за этого ты решил упороться до состояния…
— Валер.
— Давай немного поработаем. Пожалуйста.
— Ладно, ладно. Давай.
— Вот, так бы сразу.
Валера сосредоточился и вновь воткнул кончик клинка, которым Драго убил себя, мне под кожу. Эльвира с Николеттой снова помогли мне сродниться с артефактом, Саманта контролировала сохранность моего разума, а я вновь — через связь Крови, погрузился в эхо памяти Драго.
За минувшие почти двое суток я, таким образом, поступательно восстанавливал все его воспоминания. На мысль об этом натолкнулся, вспоминая как во время визита на арену в Инферно посмотрел на окружающий мир через призму памяти лорда-повелителя и Чумбы, заглядывая сквозь глубь лет, веков и даже тысячелетий. И еще припомнив разговор с мечом — который по одной капле моей крови создал мою же психофизическую матрицу. И по итогу подумал — а почему бы мне, имея на руках созданный Драго артефакт — причем несколько, не попробовать заглянуть в эхо его памяти? Тем более что засело у меня где-то глубоко внутри предчувствие, что это может быть для меня важно.
Ну и заглянул, в общем.
Все получилось — с помощью Саманты, Эльвиры, Николетты и Валеры я час за часом, шаг за шагом переживал значимые моменты из жизни Драго. Будучи уже обессиленным столь долгим марафоном, и по идее сам понимал, что настала пора заканчивать очередной сеанс. Но уже собираясь закончить и отдохнуть, в памяти Драго я наткнулся на примечательную беседу — с герцогом Медичи. Во время которой, в момент появления поверх герцога Медичи вклинившегося в беседу Астерота, меня из воспоминаний Драго довольно жестко выкинуло. Как раз только что.
И, по ощущению, это было то самое оно. Именно то самое нечто «то не знаю что», что я искал. То самое, что заставило меня сломать абсолютно все планы подготовки к корпоративной войне, покинуть Занзибар и прибыть вместе с Валерой в Родезию к Саманте, гостящей у нее Николетте и Эльвире. Которая, по моей же опять просьбе, даже не выполнила предписание от Министерства Иностранных дел, не прибыв в назначенное ей посольство. Осталась для того, чтобы помочь мне искать что-то неизведанное в памяти Драго.
А вот прямо сейчас вместо того, чтобы помочь мне попасть обратно в беседу Драго и Медичи, Валера решил попрекнуть меня внешним видом. Ну да, утомленно выгляжу. Но всему есть своя цена — погружаться в чужую жизнь, пусть и через свою кровь, оказалось нелегко.
Закрыв глаза и сосредоточившись, я вновь погрузился в то утро, когда Драго устанавливал себе протокол имплантов 13-1-1. И продолжил «слушать» беседу Драго и герцога Медичи, которого недавно заменил в беседе сам Астерот.
Картинки и мыслеобразы в памяти Драго вычленить из памяти Крови мне было непросто, на это уходило немало сил. Но из-за того, что создавшая артефакт из ножа кровь — и моя тоже, связь была настолько сильна, что при погружении в воспоминания я наблюдал происходящее безмолвным зрителем, ощущая себя в теле Драго. И я сейчас как будто наяву восседал за столом в пространственно-временном кармане, который для беседы создал герцог Алессандро Медичи. И который совсем недавно передал Драго глазной имплант одного из людей Маши Легран — через которую он и организовал нашу с ним встречу. Сейчас же, едва я осознал себя в воспоминаниях, герцог продолжал рассказ о переданном мне трофее:
— …Из полученной из импланта информации хотел бы выделить одну важную деталь. Совсем неподалеку от этого места, в предместьях Момбасы на северном берегу Мтвапа-Крик, находится конспиративная база Карателей Легран. Да-да, созданная прямо под носом службы безопасности Британской Южно-Африканской Компании. И на этой базе содержатся важный пленник Карателей, работающий на корпорацию Nkr.com. Небезызвестный для вас, между прочим, пленник.
Флорентийский герцог сделал паузу, а Драго — и я в его воспоминаниях, молча ждал продолжения.
— Это Степан Мотов, — произнес герцог Медичи, не дождавшись от Драго вопроса.
Вновь Драго промолчал. Правда, кивнул благодарно — он (я) давно хотел со Степаном встретиться.
— Обладатель импланта знает об этой базе и об этом пленнике, потому что именно он и занимался его захватом и транспортировкой. Вам, наверное, будет интересно знать, что Степан Мотов весьма ценен для корпорации Некромикон. Своими, так скажем, специфическими знаниями.
«Какими же?» — безмолвно спросил Драго, вопросительно подняв бровь в предназначенной для вопроса паузе.
— Степан — это вербовщик, один из, который занимался поиском жертв для открытия врат и порталов в иные миры. Конкретно — порталов в Инферно, открываемых с помощью крови. Жертв для открытия стационарных порталов, коих, кстати открыто уже три. И местонахождение одного стационарного портала вы, молодой человек, предполагаю уже знаете.
— Замок сэра Джона Холдена? — спросил Драго.
— Именно так.
— Остальные два?
Именно в этот момент не так давно меня выкинуло из воспоминания Драго. Сейчас же я был готов, и усилием концентрации смог удержаться, оставшись наблюдателем в его памяти.
— Мне не жалко для тебя этого знания, но в критический момент оно может оказаться гибельным. Причем не только для тебя. Всему свое время, — произнес герцог Медичи, который вдруг обратился к Драго на «ты». И во время этих его слов в восприятии — в восприятии Драго, которое сейчас было и мои восприятием, проявилась уже знакомая аура. Сейчас прозвучали слова не флорентийского герцога, а непосредственно архидемона Астерота, который приостановил время, и проявился через личину герцога Медичи.
«Время этого знания еще не пришло для тебя», — эхом прозвучали похожие слова архидемона, однажды сказанные им мне в его замке в междумирье. Реальность для меня в этот момент вдруг закружилась, и появилось пугающее ощущение падения — как бывает, когда летишь вниз на границе сна и яви.
— Артур! Артур! — сквозь слова архидемона прорвались громкие крики.
Очнулся я на полу, весь в крови — а рядом со мной хлопотали взволнованные Эльвира и Саманта. Николетта, забрызганная кровью, стояла поодаль, закрыв лицо руками. Ну да, в отличие от Саманты и Эльвиры она в заведении для одаренных не обучалась, к таким вещам непривычная.
Саманта, кстати, увидев, что я пришел в себя, весьма емко выразилась на английском — используя слова, явно неподобающие принцессе.
«Хватит, тебе нужно отдохнуть», — вот таким примерно был смысл ее слов.
— Уже не надо, — помотал головой я. Чувствуя при этом, как трескаются иссушенные губы.
Все же рожденный ползать летает с трудом — пока не пнешь, не полетит: повторное погружение в картинку воспоминания с явлением архидемона так просто для меня не прошло. Выжало как лимон, и перекрутило как простынь в барабане стиральной машинки.