Путеводная звезда. Том III (СИ)

— Сегодня — судный день, — медленно, с трудом произнося слова на человеческом, произнес Чумба. 
И широко улыбнулся, показывая длинные клыки. Глаза его, неожиданно, полыхнули красным отсветом. 
— Сегодня — судный день. Время пришло, я это чувствую, хозяин, — снова сказал Чумба, и глаза его вновь на краткий миг озарились алым отсветом магии Крови. 
Оскалившись еще шире, вновь показав устрашающий ряд длинных и острых клыков, Чумба еще более встопорщил гребни. Бросив несколько фраз на грубом, нечеловеческом языке, он вдруг полоснул себе когтем наискось по груди. При этом глубоко взрезая кожу, которую не всякая пуля возьмет. Впрочем, порез почти сразу затянулся — движение когтя бурбона сопровождалось алым сиянием Магии Крови. 
Поднятую вверх кисть бурбона объяло ярким сиянием, которое постепенно… нет, не затухало, а собиралось и концентрировалось на длинном когте указательного пальца. 
— Время пришло, хозяин, — еще раз повторил шипящим шепотом Чумба. 
И вдруг сделал нечто, чему удивились все присутствующие: он резким жестом вырвал себе налившийся силой сияния коготь — вырвал с мясом, и с брызнувшим из пальца шлейфом крови. 
— Тебе, хозяин, — прошипел бурбон, передавая мне мокрый от темной крови коготь.
Коготь, который только что был мокрым от крови. Сейчас же кровь на ладони и когте высохла, алое сияние погасло. Но не потухло — оно осталось в вырванном когте, который сейчас, трансформировавшись в артефакт, больше напоминал блестящий, будто обсидиановый, небольшой ритуальный нож.
— Зачем? — поинтересовался я.
— Голос Крови, — прошипел бурбон. — Ты принимаешь мой дар, хозяин?
— Да. Я принимаю твой дар, Чумба. 
Ничего в происходящем пока не понял, но сколько не думай, все равно ведь дар приму. Не отказываться же? Ну и голос крови, так голос крови — забрал я коготь. В первый раз что ли мне безоглядно дичь творить? — задал я сам себе риторический вопрос, на который даже отвечать не стал. 
И едва сам себя спросил, принимая коготь, сразу замер. От удивления: вокруг меня словно закружились едва видимые тени, а в голове раздался шепот сонма голосом. Все, как и во время моего общения с кровавым мечом, очень похожие ощущения. 
Вот только коготь пока молчал. Чумба тоже молчал. Поклонившись, он опустился на прежнее место и вновь закрыл глаза. 
Так. Похоже, пока меня не было, я и о Чумбе некоторые моменты упустил. 
Коротко, с вопросом посмотрев на Валеру, в ответ увидел его недоуменный «да я сам не врубаюсь что происходит!» взгляд. 
Так. Похоже, вечер сюрпризов только начинается. 
Оставшиеся минуты до места провели в молчании. 
— Ну, погнали, помолясь, — буркнул я себе под нос, в командирском меню дополненной реальности видя, что конвертоплан выходит на посадочную глиссаду, отмеченную зеленой разрешительной зоной. 
Файнзильберт не удивил — приземлился он, выдержав разрешенные границы, но… В общем, камнем упав из-под облаков, конвертоплан под вой гравикомпенсаторов замедлил скорость падения перед самой землей. «Да я все время так делаю!» — как говорит в оправдании поручик, который сейчас за штурвалом. 
— Вася, — посмотрел я на взволнованного гангстера. 
— Босс?
— Вася, босс сегодня — это ты, — напомнил я. 
— Ах да, босс, прошу прощения, босс, — вскочил Василий, засуетившись. 
Ему предстояло идти первым — все же Чумба выступал как боец группировки Полигон, главой которой был Вася. 
Пока Вася суетился, расправлял перья и плечи, Валера смотрел на меня с сомнением. Ознакомившись с самоубийственным планом, он просто не мог поверить, что я сейчас заберу с собой Василия на смерть. 
Зато сам Василий, которому жажда подвига ударила в голову, воодушевился по максимуму — глаза горят, на лице маска мужественности и готовности умереть во славу собственных амбиций. И максимально широко расправив плечи — что с его не очень внушительной комплекцией выглядело несколько комично, Василий двинулся к уже опускающемуся трапу. 
Дипломатия — это путь компромиссов. И компромисс я уже нашел — свой подвиг Василий получит. 
 
Прямо сейчас. 
Оказавшись рядом, шагнув практически одновременно с ним и входя в скольжение, я мягко толкнул Васю в спину, постепенно придавая ускорения. Для меня все происходило в ускоренном времени и крайне медленно. В реальности же Василий даже мяукнуть не успел — его вынесло из салона, а по пути он въехал лбом в верхний край двери. 
С силой толчка я, похоже, сильно-сильно переборщил — потому что вышел Василий, не упав на трап, как я ожидал, а далеко из салона вышел. Причем из-за импульса толчка сам-то он уже вышел, почти весь, а вот голова, ударившаяся в верхний край проема прохода, задержалась. Так что из конвертоплана Василий появился, буквально вылетел, вперед ногами. Более того, ноги его по инерции вынесло далеко вперед, и он кульбитом назад, почти как гимнаст, только в положении «бревно», кувырнулся в воздухе, совершив полный оборот, и рухнул лицом вниз на брусчатку. 
Ой. 
Первыми отреагировали конфедераты. Даже я, с моей скоростью восприятия, находясь в скольжении, удивился насколько быстро четверо бойцов оказались полностью готовы кого-нибудь убивать. 
С опозданием — с громадным опозданием, почти в целую секунду, напрягся и присутствующий на посадочной площадке встречающий неасапиант из охраны. Только вот огнестрельного оружия в отличие от моих конфедератов у него не было, а вытащил неасапиант из-за спины меч. Против пули калибра 6,5×49 меч, конечно, не сильно помогает, зато выглядит атмосферно. Да и сам неасапиант красавец — в черных, отороченных мехом доспехах, прямо под стать окружающему пейзажу, — отметил мельком я. Антуражно в общем неасапиант выглядит. Гармонично вписываясь в окружающий туманный пейзаж.
— Тихо, тихо, все в порядке! — громко крикнул я, сбегая вниз по трапу, едва касаясь ступенек. — Вася просто споткнулся, все в порядке!
Быстро подбежав к Василию, я склонился над ним. Эманаций смерти, к счастью, не почувствовал — да и шею он себе вроде не сломал.
Черт, что-то я реально переборщил. Волнуюсь, наверное. 
— Вася, как же ты так неаккуратно, надо же под ноги смотреть, — бормотал я, пытаясь нащупать у него пульс. 
«А-а-а… ртур»
«Валер?»
«Это просто… это просто…» — не находил даже слов Валера.
«Согласен»
«Ты просто отморозок»
«Ой все»
«Ну можно же это было по другому сделать»
«Как?»
«Цивилизованно»
Да, довольно странный способ отправить Василия домой, признаю. Но другого у меня — так чтобы сохранить ему и жизнь, и честь, нет. А как говорится, если что-то выглядит глупо, но работает — значит это не глупо.
«Скажешь ему, что война началась сразу на трапе, и героем он стал», — посмотрел я на Валеру, отлепив с виска и бросив ему таблетку деактивированного визора. 
Никаких технических девайсов — как было указано в приложении к приглашению. 
«Если Вася выживет, конечно скажу», — поймал таблетку визора Валера. 
«Валера!»
«А что Валера? Он не одаренный, а ты его вообще в полный аллюр уработал…»
Вася действительно сейчас находился глубокой отключке. Но это и неудивительно — мало кто в такой ситуации, после такого удара (судьбы) встал бы и с улыбкой, как ни в чем не бывало, продолжил путь на вечеринку. Валера если бы только, у него ведь наверное даже мозга нет, а лобовая броня плавно переходит в затылочную кость…
«Слышь, ты, я вообще-то еще здесь»
«Вот именно, Валер. Вот именно»
«Правильно тебя Эльвира варваром называет»
«Кто из нас еще варвар»
«Ответ очевиден»
«Но я чужие письма не читаю»
«Что?»
 
«Это были мои мысли. Личные»
«Но…»
«То есть ты как настоящий джентльмен, интерпретируешь этику так, как тебе удобно?»
«Демагогия»
«Вот именно, Валер. Вот именно»
Пикируясь таким образом с Валерой (больше для того, чтобы не поддаться накатывающему мандражу), я между тем перевернул Василия на спину. Открыв его нагрудный карман, достал конверт с приглашением от Илоны Маевской и поднялся, оборачиваясь к встречающему нас неасапианту.