Танцы с волками (СИ)

— Правила. Ты же знаешь... даже в интернате они были. Не слоняться по коридору после отбоя, не обзывать директрису жабой. — Девушка озорно улыбнулась. — Пусть от той и вечно пахло какой-то тиной, а не духами и вид у нее был такой, словно вот-вот громко скажет “ква-ааа”.
Однако Вив ее веселья не оценила, место и обстоятельства для шуток ей казались совершенно неподходящими.
Дэбби же со вздохом продолжила мысль.
— В общем, всегда и везде есть правила, которым мы должны следовать, хотим мы того или нет. Сестры каждый раз рождались в семьях просвещенных, поклонников Самаэнских ведьм. Непосвященным о тайнах культа рассказывать нельзя. Это считается особой благодатью, знаком расположения, если одна из бессмертных душ выберет родиться в семье кого-то из них. Каждая девочка получала в таком случае особое воспитание. Но ты — исключение. Твой отец сбежал из культа ещё подростком, из-за чего так и не стал посвященным. Но сестры следили за его судьбой и не зря. Когда мы узнали, что тебя, мою ровесницу, твой дядя отправил в интернат, меня отправили туда вслед за тобой. Чтобы аккуратно наставляла... Чтобы не дала сбиться с пути
Многозначительно добавила Дэбби и Вивьен тут же вспомнила, как в ту ночь Хэллоуина именно Дэбби застукала их с Люком, и не позволила случиться непоправимому.
"Хотя... Может быть то и было бы к лучшему? Нет... переспать с Люком точно было бы ошибкой, о которой я бы жалела до конца жизни." — подумала Вив смущенно.
Да, Люк был красивым парнем и по его светлым локонам и голубым глазам сходили с ума не только ее одноклассницы, но даже пара молодых преподавательниц. И именно поэтому ночь с ним совершенно точно стала бы ошибкой. Люк был бабником и к тому же плохо держал язык за зубами.
Позже Вивьен не раз и не два слышала, как он хвастался своими любовными похождениями и ее мимолетная слабость перед его нежными поцелуями тоже не стала бы исключением, если бы Дэбби их не остановила.
— В начале я злилась. Ещё бы! Взять и ни за какие проступки оказаться в месте для неугодных детишек богатых горе-родителей. Но потом поняла, что все не зря! Я бы ни за что не променяла это время с тобой на жизнь в привычной обстановке.
Наверно эти слова должны были ее обрадовать, но над головой Вивьен от слов подруги словно сгустились тучи. Девушка подумала:
“Отец из семьи прислужников ведьм, мать из семьи поклоняющихся оборотням... Что это? Чудовищная случайность или какой-то жестокий план судьбы?
А если и так, какое место я занимаю в ее игре? Я жертва для заклания или все куда сложнее?”
Когда девушки приблизились к деревьям, за которыми поблескивал костер, Вивьен услышала негромкое девичье пение и Дэбби сразу же побежала вперед.
Ещё несколько шагов и взору Вив открылась какая-то совершенно сюрреалистичная картина.
Пятеро девушек танцевали вокруг костра.
Четверо в таких же скромных платьях, в каких были Дэби и Вивьен и одна в длинных полупрозрачных одеждах из черного шифона, с украшением в виде бычьих рогов в длинных темных волосах. Завидев новеньких на своем празднике жизни, танцующие замерли, разглядывая их кто с интересом, кто даже с тревогой.
Одна из девушек осторожно подошла к Вивьен и вдруг, радостно рассмеявшись, тепло обняла ее.
— Иоланда! Иоланда с нами!
— Слава мать-озеру! Слава нам! — Наперебой заверещали девушки, улыбаясь радостно, а некоторые и с явным облегчением.
Все, кроме одной.
Той, голову которой венчали рога. Она стояла спиной к костру неподвижно и пристально смотрела на Вивьен. Без злости или радости, а словно в ожидании. Но чего она ждала от нее?
Девушка смущённо отвернулась от рогатой брюнетки. От того как пристально она разглядывала ее, волосы дыбом встали у Вив на затылке.
“Да что она так пялится? Аж жутко…”
— Вив, тут кое-кто очень давно хотел с тобой познакомиться. Я так много рассказывала ей о тебе! — сладко проворковала Дэбби, потянув подругу за руку к костру.
Вивьен обернулась и увидела ее. Рогатую девушку прямо рядом с собой.
— Это Лукреция. Старшая ведьма нашего ковена. Она была первой бессмертной душой, рождённой нашей благословенной матерью.
 
— О, ты уже успела все рассказать нашей малышке Ио?
Лукреция оказалась неожиданно старше всех остальных девушек. Должно быть ей было сильно за тридцать, а то и сорок лет, но стройная фигура и ухоженная внешность скрадывали прожитые годы.
Возраст выдавали только ее голос и несколько особо заметных морщинок в уголках глаз.
— Рада видеть тебя здесь. — достаточно холодно сказала старшая ведьма ковена. — Дэвон рассказала о твоих... затруднениях.
— Дэвон?
— Да, — смущенно отозвалась Дэбби, — это мое истинное имя. Так же, как твое не Вивьенн, а Иоланда.
Иоланда?
Вивьен прищурилась, смутно припоминая, что где-то уже слышала это имя. Но где?
— Наши истинные имена только для нас. — Все так же бесстрастно сказала Лукреция. — Мы не посвящаем в эту тайну смертных. Зная истинное имя ведьмы... можно забрать себе ее силы.
Вив посмотрела на верховную ведьму с недоумением, а та вдруг хрипло рассмеялась, словно девушка рассказала ей какую-то шутку.
Смущенная таким странным поведением незнакомки, Вивьен сложила руки на груди, словно закрываясь от нее, и хмуро сказала:
— Не скажу, что поверила всем словам Дэб... Дэвон. Мне бы хотелось узнать больше о ковене и силах, о которых вы обе говорите.
— И самое главное о том, почему тебе нельзя быть со своим диким неуемным зверем, да?
С насмешливой улыбкой раскусила ее ведьма, а девушка прикусила язык, чтобы не сказать лишнего.
"Пусть думает что хочет. Я все равно никому не позволю за себя решать!" — решила про себя Вивьен.
Лукреция устало вздохнула и вдруг коснулась длинными пальцами ее плеча. Подобрав с него рыжий локон, женщина задумчиво пропустила его меж пальцев.
— Все просто, Иоланда. Для вмещения сил, дарованных мать-озером, необходим чистый сосуд. Чистая и душа... И  физическая оболочка. Только девственница может быть одной из бессмертных ведьм леса Самаэн, дорогая. Если ты позволишь зверю или любому другому… самцу осквернить свое чистое тело, то потеряешь и силы и бессмертие души. Такова воля мать-озера. Наверняка Дэвон уже рассказала тебе, что пятеро наших сестер именно так покинули нас?
Взгляд верховной ведьмы стал жёстче, заставив Вивьен почувствовать, как холодок пробежал по ее спине, оставляя на своем пути неприятные колючие мурашки.
— Оказавшись слабыми... хм… волей, они ослабили и нас. Сила семи ничто в сравнении с силой двенадцати. Но разлитое зелье уже не собрать в котелок… И я сделаю все, чтобы сохранить то, что осталось от нашего наследия. Надеюсь ты понимаешь, как это важно?
Вивьен предпочла промолчать.
Кажется, это была угроза и девушка не собиралась с этим мириться. Ведь она и только она в праве решать свою судьбу. Кроме того, у тех девушек, которые предпочли любовь "силе ведьм", явно были веские причины, чтобы решиться на такую жертву.
Не дождавшись от Вивьен ответа, Лукреция недовольно фыркнула и, отвернувшись, пошла к огню и дальше. Мимо костра к озеру.
— К чему что-то объяснять и спорить. — Добродушно сказала Дэбби-Девон, пытаясь снизить возникшее напряжение. — Если можно все увидеть своими глазами. Ведь так?
Ведьмы-сестры у костра взволнованно зашептались и бросились вслед за верховной в сторону озера, кто вприпрыжку, кто быстрым шагом,  а Дэб улыбаясь счастливо, восторженно посмотрела на Лукрецию и в нетерпении сжала руку Вивьен.
— Пойдем скорее… Знаешь, было время, когда я сомневалась, что мне это нужно. Но не теперь!
Вивьен попыталась придержать ее, но какой там. В Дэбби словно демоны вселились!
— Куда ты меня тянешь? Куда они все?
— К мать-озеру, конечно! Разве не видишь? Из всех здесь, мы одни ещё не смыли его водами покровы памяти.
— Нет... Да постой же ты, я ещё не знаю хочу ли я вступать... В ваш клуб.