Никто кроме тебя

– Скажи мне, чего ты боишься? За Торнтона?
– Нет. Я вообще не думаю сейчас о нем.
Она на ничтожных пару сантиметров придвинулась к нему. И он подумал, что нужно было сразу ее обнять, еще на пристани. Их близость странным образом действовала на обоих, усиливая притяжение все ощутимее с каждым разом.
– Я везу тебя в Дипвуд. Это их земля, понимаешь? Могу я быть уверен, что ты не бросишься к Торнтонам, стоит только мне снова тебя ненадолго оставить?
– К Торнтонам – нет, – не мешкая ответила она.
Джордан сразу поверил. И испытал невероятное облегчение. Его искренняя улыбка растопила тот ледяной щит, за которым Лив пряталась последние несколько часов.
– Можно? – он наклонился к ее лицу.
И вместо ответа она сама потянулась к его губам, встав на цыпочки и обхватив его за шею.
  
Глава 31
 
Оказавшись на пустынной дороге, посреди первобытного ночного леса, я в очередной раз убедилась – стоит Джордану Фрейзеру коснуться, и я становлюсь безвольной куклой в его руках. Но как же приятно чувствовать их на себе.
Хотя, еще пару минут назад меня испугала перспектива оказаться у него на коленях и всего того, что, наверняка, последует за этим. Не потому, что я недотрога или ханжа, вовсе нет. А потому, что на километры вокруг – ни души. И я сейчас в полной зависимости от его настроения, от его отношения ко мне.
Те несчастные студенты тоже, наверняка, не хотели, чтобы Фрейзер их калечил. Однако же, что вышло, то вышло. Они его спровоцировали, и его реакция была вынужденной.
А если я тоже его чем-то невольно спровоцирую?
Он безумно нравится мне. Я хочу, чтобы он касался меня, как тогда, на Покохе. Хочу быть с ним. И в то же самое время, до жути теперь боюсь.
Еще на пристани, оставшись в машине с ним один на один, я решила быть незаметной, насколько это возможно. Сидела молча и пыталась думать о чем угодно, только не о том, что рассказала о Джордане Тея. И не думать о нем вообще. Не смотреть на эти длинные красивые пальцы, крепко обхватывающие руль, которые всего несколько часов назад будоражили мою пылающую в любовной горячке кожу.
Эта смесь желания и страха выбивала меня из колеи. Я не понимала, как теперь себя вести с Джорданом наедине. Наверное, поэтому, стоило ему погладить мой живот, мгновенно выпустила колючки:
– Ты мог бы спрашивать, перед тем как это делать?
– Хорошо. А перед тем, как тебя поцеловать, мне тоже спрашивать разрешения?
О боги. Зачем он говорит о поцелуях? Я и без того борюсь с этим невыносимым притяжением из последних сил. Лучше буду смотреть в окно и помалкивать.
– Я попросил пристегнуться не потому, что не удержусь и наброшусь на тебя прямо в машине. Можешь быть уверена – никакой ремень безопасности не помешает мне оторвать тебя от этого кресла.
Мои пальцы непроизвольно сжали край тонкого свитера.
– И не потому, что неосторожно вожу. В этих местах дорога пересекает оленьи тропы. Животные нередко выскакивают на проезжую часть, и приходится очень резко тормозить. Запомни на случай, если будешь здесь ехать ночью одна.
Вот, пусть лучше рассказывает про всяких зверей.
Чтобы отвлечься от нежеланных мыслей, я стала представлять, как на дорогу в свет фар один за другим выскакивают олени. Не знаю, сколько я их успела мысленно передавить до того, как Джордан резко вывернул руль и съехал на обочину.
– Выходи. Мне надоело разговаривать с самим собой.
Ну вот и всё. Прощай безопасная дистанция. И моё самообладание тоже.
Послушавшись, я приняла его руку и выбралась из уютного салона в ночной холодный мрак. Ветер сразу же пробрался под одежду, заставив в ознобе обхватить себя руками.
– Скажи мне, чего ты боишься? За Торнтона?
Я неслышно хмыкнула. Вот, значит, что его тревожит. Гадает, могу ли я переметнуться в стан врага? Точно.
Подойдя вплотную ко мне, он прижал ладонь к спине и стал плавными движениями поглаживать сквозь ткань.
Я заверила его, что и в мыслях не держу такого. И в ответ получила такую искреннюю, обворожительную улыбку, что чуть не тронулась умом от переполнивших меня внезапно чувств. Джордан поверил мне.
 
Склонился к моему лицу и прошептал:
– Можно?
Я сама потянулась к нему и, буквально повиснув на широкой груди, поцеловала в мягкие, такие манящие губы. Которые тут же раскрылись в ответной ласке. Несколько лёгких, осторожных касаний мгновенно разожгли пламя внутри нас.
Властно сжав ладонью мой затылок, Джордан буквально сминал мои губы яростными, глубокими атаками. Я уже не открывала глаз, пребывая в каком-то волшебном мире будоражащих вздохов и стонов, обжигающих прикосновений и невероятной близости с самым желанным мужчиной на свете.
Но чем дольше длилось это безумие, тем большего мне хотелось.
Отпустив его плечи, за которые до этого держалась, я повела ладонями вниз, к пряжке его ремня.
– Лив, – прошептал он, сжав меня обеими руками. – Нам сейчас нельзя.
Но словами меня было уже не остановить. Кому там что нельзя? Ничего не хочу знать.
Дёрнув край его тёмно-синего пуловера, я стала лихорадочно гладить его обнаженную кожу. Сперва на животе, проводя пальчиками по жёстким кубикам мышц, потом вдоль спины, вверх и вниз.
– Ммм, – простонал он. – Детка, мне нужно быть осторожным и не торопиться, чтобы тебе не было больно. Но так я сейчас точно не смогу.
Снова предательски вспыхнули щёки. Чёрт бы побрал всё на свете!
Неужели, это происходит на самом деле? Я соблазняю Джордана Фрейзера, а он объясняет мне, почему для этого не время.
– Кроме того, мне стоит поберечь силы, – добавил Джордан, продолжив меня целовать.
Я с трудом оторвалась от него. В почти полностью отключившемся мозгу сигнальной лампочкой загорелась тревожная мысль. Джордан Фрейзер, как и все мужчины его клана, всерьёз обеспокоены предстоящей передачей пленника Иннатам. И хоть вождь уверяет меня, что все решится на словах, сам он думает иначе.
Соскребя с самых заброшенных сусек жалкие остатки самообладания, я отстранилась и взглянула в его полыхающие страстью глаза:
– Что будет ночью? Скажи мне.
Джордан не без труда сфокусировал взгляд на моём лице.
– Я оставлю тебя дома, в особняке твоего дяди. Тереза, Чейтон и Калеб побудут с тобой. Не против?
– Не против, – буркнула я, прислушиваясь к его гулко бьющемуся сердцу.
Он стал гладить меня по волосам, крепко прижав к широкой груди. А я продолжала путешествовать под его пуловером, обнимая за талию.
– Мы передадим Торнтона Иннатам, и все разъедутся по домам. А я вернусь к тебе.
Я подняла затуманенный взгляд к его лицу, и пристально взглянула в его глаза. Вопрос, который крутился у меня в голове, видимо, несложно оказалось прочитать по выражению лица. Потому, что Джордан понимающе улыбнулся, легко коснулся моих губ и прошептал:
– И ты станешь моей.
Я ожидала этого обещания. Но когда оно прозвучало в тишине ночного леса, по моему телу словно пропустили электрический разряд. Внутри всё сжалось от напряжения, из груди вырвался шумный вздох.
– Ты почувствовала это? – Джордан встревоженно обхватил мои плечи.
– Будто между нами искрит? – я усмехнулась и снова прильнула к нему.
– Вот именно, – хмурился он. – Давай в машину.
Он снова открыл пассажирскую дверь и усадил меня в салон.
Теперь я села в полоборота к нему, стараясь быть как можно ближе. И он, оказавшись внутри, тут же сжал мою коленку свободной рукой.
– А что, если Иннаты не захотят решать всё миром? – поинтересовалась я, не переставая любоваться его мужественным профилем.
– Они не будут сразу нападать. Они знают – у меня есть свидетели и доказательства того, что Уаэтт Торнтон тебя ранил. Это на случай, если папаша-мэр решит, что мы выкрали его сынка ради забавы.
– Ты, кажется, всё предусмотрел.
– Кажется, всё, – подтвердил он, ведя ладонью вверх по моему бедру. – Кроме моей маленькой страстной фурии. – Улыбнулся мне и подмигнул. – Не представляю, как смогу тебя оставить хоть на несколько минут.