Знаю я имя твоё (СИ)

Если надо будет, я встану около дверей, чтобы охранять вход. Я защищу главу Яо. И понесу ответ перед братцем Хао, если понадобится.
Но никому не дам узнать о силе и слабости Верховного…
– Мы пришли, – выдыхает Ксин и тут же начинает делать пассы руками, – хорошо, что успели вовремя… если бы он вырвался наружу, то у нас бы появилось много проблем… всё, остался последний штрих…
В следующее мгновение дверь резко открывается, белоснежная ладонь хватает меня за запястье – и вот я уже внутри покоев, вход в которые запечатан могущественным заклятьем!
Стою, ощущая, как гулко бьётся сердце, и смотрю на свою руку, что в данный момент была обхвачена тонкими длинными пальцами – прямо поперёк пульса. Перевожу взгляд наверх и вижу, что глава Яо всё ещё стоит с опущенной головой, а вторая его ладонь всё так же закрывает его лицо… вот только мне не нужно прислушиваться, чтобы услышать тяжелое дыхание, доносящееся из приоткрытых губ…
Глава 22. Под действием заклятья, разрушены преграды
– Глава Яо?.. – негромко зову, напряженно глядя на склонённую голову.
– Молчи, – выдавливает из себя Верховный, но при этом не отпускает моей руки, и лишь сильнее сжимает запястье.
– Глава Яо, всё хорошо, Ксин запечатал ваши покои, а я… я помогу вам погрузиться в медитацию и справиться с заклятием, – вкладывая всю свою уверенность в слова, произношу медленно, почти по слогам.
– Как ты мне поможешь? – словно через боль произносит глава Яо, впиваясь побелевшими от напряжения пальцами в своё лицо.
Он всё ещё не смотрел на меня. И всё ещё продолжал держать.
– Вы ведь затянули меня внутрь покоев, потому что хотели, чтобы я помогла?.. – совсем тихо спрашиваю, ощущая гулкие удары собственного сердца.
А затем врезаюсь в тело мужчины, с вытянутой над головой рукой… той самой, которую он удерживал, и которую в данный момент прикладывал к своему лицу…
– Оттолкни меня… – тихо просит Верховный, кажется, получавший облегчение от моей ладони на своей щеке.
Завороженная зрелищем его полуприкрытых глаз и раскрытых губ, из которых вырывалось неровное дыхание, молчу… а затем забываю, как дышать, когда глава Яо разворачивается лицом к моей ладони и мягко целует чувствительную кожу на тыльной стороне запястья…
– Оттолкни меня… – повторяет верховный, спускаясь едва ощутимыми, легкими, как порхание бабочки, поцелуями по моей руке…
– Не могу, – честно признаюсь, следя за этим движением широко раскрытыми глазами.
– Оттолкни… – в третий раз просит глава Яо, притягивая моё лицо, стягивая маску и начиная терзать мои губы, выбивая дыхание и поглощая все стоны ещё до того, как они успевали раздаваться.
Чувствуя головокружение и дрожь в коленях, пытаюсь удерживать в голове мысль, что он под заклятьем, что он себя не контролирует, что я должна как-то остановить его… но когда глава Яо начинает прихватывать губами тонкую кожу на моей шее с всё той же единственной просьбой, моя оборона падает:
– Ну, как я могу оттолкнуть вас, когда вы делаете со мной всё это?.. – испытывая истинные страдания, спрашиваю его.
Затем обхватываю его лицо и запрокидываю твёрдый подбородок, желая раскрасить его кожу тем же узором, что сейчас, должно быть, красовался на моей истерзанной шее, – как застываю, уставившись на острый кадык, судорожно дернувшийся вверх-вниз… он сейчас такой податливый, такой беспомощный и такой беззащитный… Словно в трансе, смотрю на его адамово яблоко… затем медленно приближаюсь… и провожу по нему языком. Слышу, как сбивается дыхание главы Яо, и чувствую, как его руки бессознательно притягивают меня, впиваясь в кожу пальцами…
Это я вызвала такую реакцию?..
…зачарованная этим откликом, вновь медленно повторяю действие…
– Киу… – выдыхает мужчина, а у меня от его низкого, чуть хриплого голоса немеет кожа на затылке…
Я хочу услышать это снова… хочу услышать, как он зовёт меня по имени!..
 
Приближаюсь к нему и мягко обхватываю острый кадык губами, едва успевая прикоснуться к нему кончиком языка, – как в следующее же мгновение оказываюсь подхваченной на руки!
Когда открываю глаза, уже лежу на кровати, а надо мной – глава Яо с абсолютно бесстрастным выражением на лице развязывает мой пояс, распахивая в стороны полы моего одеяния.
– Глава…
…мои губы не успевают завершить обращение, как оказываются в захвате и несколько минут страдают от настойчивых, иногда даже жестоких ласк, – но стоит лёгкому болезненному стону вырваться из моего рта, как поцелуй тут же углубляется и замедляется, выбивая из меня последние остатки разума…
…это слишком…всего этогослишком много…
…под весом горячего тела, изнемогая от желания, я только и могу, что подчиняться, поджимая пальцы ног и едва справляясь с дрожью… в какой-то момент глава Яо отстраняется от моих губ и прикладывает к ним два прохладных пальца, чуть надавливая и вынуждая принять их внутрь. Его отчужденный, подернутый дымкой, взгляд странно будоражит меня… словно завороженная, делаю так, как он хочет… Его глаза внимательно следят за движением моих губ, и от этого зрелища внизу моего живота начинает сладко тянуть, а голова пустеет, сдавая позиции и погружаясь вслед за телом в пучины порока…что он творит со мной?.. что я сама творю?..Когда, обильно увлажненные, пальцы медленно покидают мой рот, я невольно тянусь за поцелуем, ощутив потерю, – как внезапно застываю, почувствовав прохладное прикосновениевнизу… Ощущаю прилив крови к лицу… но в следующее мгновение я готова и вовсе провалиться под землю от стыда! Потому что, осторожно скользнувшие внутрь, длинные пальцы замирают, обнаружив то, что правдиво говорило о моих самых сокровенных желаниях…
Отстранённый взгляд на бесстрастном лице неожиданно оживает, и в глазах главы Яо появляется невысказанный вопрос, если не удивление.
Он думал, я не хочу его?.. Думал, всё, что здесь происходит, происходит без моей на то воли?..
– Оттолкни меня, – прошу, закрыв лицо руками, стыдясь взглянуть на него и мечтая скрыться от самой себя.... а затем ощущаю мягкий поцелуй в место прямо напротив моего бьющегося от страха и волнения, сердца, и вздрагиваю от такого же мягкого, но уверенного соединения наших тел.
Он брал меня слишком умело – так, словно знал о каждом моём желании, так, словно ведал о том, что мне самой ещё было не ведомо. Потерявшись в потоке ощущений, я уже не понимала, сколько времени прошло, – утро это было или всё ещё поздняя ночь, – когда моё тело в очередной раз содрогнулось, а около уха прозвучал тихий, чуть охрипший от нашей общей страсти, голос:
– …назови моё имя…
– …Шань-Яо, – шепчу и чувствую, как его семя изливается в меня… после чего, совершенно обессиленная, решаю, что с меня на сегодня достаточно, и уплываю в спасительную тьму.
Что я наделала?
Когда просыпаюсь на следующее утро, я понимаю одно – моему поступку нет оправдания.
Моя многотысячелетняя тоска по Богу Жизни затуманила мне разум.
Да, я слишком долго любила его… и теперь поддалась слабости и удовлетворила свою потребность с его потомком, причем самым низменным способом.
Но глава Яо – не Бог Жизни. Это два разных высших существа. И моё отношение к ним – разное. Так,кого же именноя хотела видеть в своей постели?..
Тихонько выдыхаю, не находя в себе сил простить себя: я запуталась и втянула в эту путаницу того, кого уважала больше всего!.. Я воспользовалась состоянием главы Яо, потакая своим желаниям; я опорочила его честь и осквернила его тело, – и за это я понесу любое наказание, какое ни выберет для меня верховный заклинатель.
…решив принять весь гнев мужчины безропотно, поворачиваю голову и встречаюсь взглядом с главой Яо…