Сидеть, Альфа! (СИ)

– Твоя подруга, Мэдисон, не смогла. Не помог даже факт наличия сил без ограничительного артефакта. Да, я знаю, что она его никогда не носила.
Мир дрогнул. Недосып решил сработать сильнее, чем я предполагала, и преподнес предобморочное состояние.
– Говоришь о мотивации, после чего бьешь ниже пояса, – онемевшими губами вымолвила, перехватив оружие поудобнее. – Хочешь, чтобы я вместо манекена целилась в тебя?
– Ее дело лежит на столе в моем кабинете. Я могу предоставить тебе его раньше срока. Если ты, конечно, научишься стрелять, – сжалился надо мною Дилан, заметив, как меня пошатнуло.
Ободренная этими словами, я резко сорвалась с места, снова подошла к метке и…
Вновь три выстрела. Точное попадание.
– Так что там о деле Мэдисон Симпсон? – сама не до конца веря своей удаче, сдула легкий дымочек с дула пистолета.
– Ты блефовала, колючка! Так дело не пойдет, – укор звучал в каждом сказанном слове мужчины.
– Лишь случайность, – я пожала плечами, снимая с себя осторчертевший жилет, наушники и откладывая оружие на стол.
Двуликий бросил на меня тяжелый оценивающий взгляд и кивнул в сторону двери.
Унюхал применение чар и промолчал? Вот, спасибо. 
И пусть этой ночью мне удалось поспать всего пару часов, все это совершенно перестало меня заботить. Предвкушая долгожданное событие, я почувствовала невероятный прилив энергии. Дело Мэди… А впереди еще и настоящая полицейская операция...
– О ее смерти известно не так много, – как только дверь кабинета Дилана плотно прикрылась, начал он. – Мы просматривали видеокамеры: на складе, куда она прибыла в канун своей кончины, кроме неё, не было никого. Но наши эксперты смогли вычислить, что выстрел был совершен с дальнего расстояния. Ярдов восемь, не меньше.
– Разве такое возможно? – я нахмурилась, садясь в кресло и разворачивая к себе бумаги.
– Мистер Х — профессионал своего дела, – ровным тоном донес простую истину Дилан.
– Но... Я не понимаю, она же даже… не рыжая, – каждая прочитанная строчка вызывала во мне волну негодования. – Да и последующие убийства были не похожи на это. Зачем ему…
Перед глазами встала пелена. Этот маньяк, он… просто сумасшедший. Никакой логики, последовательности, просто беспорядочное бесчинство. Существа, люди — ему абсолютно плевать. 
– Мы выясним это, как только поймаем ублюдка. Он многим испортил жизнь. Поэтому важно, поймать его живым. Он должен за все ответить, – с каждым сказанным Диланом словом, его голос становился более жестким. А мне просто искренне хотелось подписаться под каждым.
– Я сделаю все, что от меня необходимо, – кивнула, закрывая папку с делом подруги. – А теперь мне можно к бабушке?
– Можно, – возвел глаза к потолку мужчина и махнул в сторону двери.
Мне повторного приглашения не нужно. Сорвалась с места, прихватив злополучную папку с собой.
  
26.2
 
Бледное лицо бабушки напоминало восковую фигуру. Лишь еле заметное размеренное дыхание и писк отслеживающего ритм сердца аппарат доказывали то, что она еще жива. Я сжала ее чуть прохладную ладонь и прижала к щеке.
– Мир слишком жесток к таким, как мы. Но мы же прорвемся, правда, ба?
Писк неожиданно участился. Я неверяще замерла, но бабушка лишь глубоко вздохнула и снова погрузилась в сон.
Оставаться в больнице дальше не было смысла. Быстро попрощалась с двумя копами, приставленными к ней в качестве охраны, и покинула здание.
Нащупав в кармане смартфон, повертела его в руках и набрала Блисс.
– Мы должны встретиться, – только и сказала в трубку, тут же нажав на отбой.
Уже спустя полчаса сидела за углом магазина, в котором несколько дней назад обновляла гардероб, в кафе с той, кого почему-то посчитала подругой.
– Как ты? – попивая лимонад через трубочку, спросила.
Блисс выглядела уставшей. Её чёрные волосы были собраны в неаккуратный пучок, а на лице — ни грамма макияжа. Глаза, в которых будто бы поселилась вселенская грусть, смотрели немного удивленно. Девушка явно не ожидала моего звонка.
 
– В порядке, – тихо ответила она. – Приходится брать несколько смен в магазине, чтобы хоть как-то компенсировать вынужденные выходные в баре. Сэму все хуже, по ночам спать не может, приходится с ним сидеть. Ставлю рекорды по бессонным ночам, так сказать, – мрачно пошутила она.
– Как ты со всем справляешься? Нет, ну вот серьезно. Люди-то в обычное время в депрессии впадают, а ты держишься, – я прищурилась. – На позитиве даже.
– Я не считаю свою жизнь трудной. Это просто жизнь, она такая, какая есть. И если я могу сделать хоть что-то для своих родных, чтобы облегчить ее, то почему бы и не поработать лишнее время...
Пока Блисс высказывала мне свою точку зрения на тот ужас, что происходил в её жизни, я пришла к выводу, что она совсем забывает о том, что и сама тоже является человеком. Как можно в здравом уме можно так собой пренебрегать?
– Пообещай мне, – начала я серьезно, отставив уже пустой стакан. Блисс вообще ничего себе не заказывала, продолжая сидеть, понуро опустив плечи.
– Что?
– Обещай, что если я найду обещанную сумму для тебя, ты больше никогда не станешь пренебрегать собственным благополучием.
– Ты не понимаешь. Мое главное счастье — видеть улыбку на лицах родных мне людей. Большего мне и не надо, – покачала она головой. Но я успела заметить блеснувший в её глазах огонек жажды вырваться из этого адового круга. Значит, еще не все потеряно.
– Тем не менее, это то самое условие, при котором я помогу тебе. Но я так же хочу, чтобы ты в первую очередь помогла самой себе, – я снова взяла в руки стакан и принялась грызть трубочку. 
Разговор давался мне с трудом. Раньше я никогда не пыталась помочь людям в чем-либо, больше стараясь воспользоваться ими в свою угоду, чем вот так, безвозмездно... И что это со мной в последнее время творилось?
– Ладно, – вдруг согласилась Блисс. – Все равно это просто фантазии. Майя, та сумма слишком заоблачная, чтобы ты смогла ее мне просто так «одолжить». Откуда бы у тебя появились такие деньги? – девушка нервно усмехнулась.
Мой телефон, словно в насмешку, просигналил о входящем сообщении:
«Ты слишком аппетитно жуешь эту трубочку, Майя. Прекращай»
– Иногда не знаешь, на каком пути улыбнется удача, – задумчиво выдала я, поднимая взгляд. Оказывается, мы сидели ровно напротив видеокамеры, установленной в кафе. – Помаши ручкой в камеру.
– Куда? – Блисс встревоженно обернулась, не понимая, о чем я. – Майя, ты странно себя ведешь.
Я же уже была увлечена тем, что набирала ответное смс:
«Прекращу, когда ты покажешь себя во всей красе».
– Ладно, мне пора, – отвлекшись от телефона, засобиралась я. – Ты ничего заказывать не собираешься? – и дождавшись отрицательного жеста, продолжила: – У тебя же обеденный перерыв! Официант, бургер и большую колу за этот столик, пожалуйста.
– У нас самообслуживание, – пробубнила женщина в годах, что сидела за кассой.
Я закатила глаза. Ну, вот что стоит ей поднять свою задницу и хоть кому-нибудь не испортить настроение?
– Держи, – я положила перед Блисс несколько купюр. – Закажешь себе что-нибудь. Даже не смей травить себя голодом! Смерть от голода, говорят, вредна для здоровья.
  
27.1
 
Где-то в тайном логове Призрака 
Джек встал из-за компьютера Ника, с которого можно было получить доступ к любой камере в городе, и размял плечи. Наблюдение за отважной смешной рыжеволосой девчонкой входило у него уже в привычку. Он уже даже не помнил, когда столько времени уделял кому-либо. Обычно его мысли были разрозненны и сумбурны.
Но сегодня был особенный день. Он собирался выйти на дело, будучи самим собой. Ник был против, Мартин сомневался в этой затее, но сам Джек считал иначе. Неужели он не сможет просто быть собой?