Не с тобой-2 (СИ)

— Все, — громким шепотом сказала Алиса, — тебя спалили! Странно, что только сейчас.
— Пошли уже! — пробормотал он, настойчиво подталкивая ее к выходу.
Ночной Линдос жил своей незатейливой жизнью курортного городка. Музыка, голоса, смех, огни на крышах зданий, превращенных в площадки ресторанчиков. В разгар сезона здесь, вероятно, яблоку негде упасть, ну а сейчас, когда основной поток туристов схлынул, найти какой-нибудь уединенный дворик в бесконечном лабиринте закованных в белый камень улочек представлялось ему вполне реальным. В отель возвращаться не хотелось.
Джей оглянулся на Алису. Та что-то с любопытством рассматривала на только что закрывшейся за ними двери таверны. Розовый румянец играл на слегка округлившихся за последнюю неделю щеках, глаза под длинными ресницами влажно поблескивали, увлекшись, она беспрестанно покусывала вдруг ставшие очень яркими губы. Выглядела она невероятно оживленной. Все-таки местный «Сентенару», или что они там дегустировали сегодня целый вечер, способен творить чудеса. И почему мысль о подобном релаксе не пришла ему в голову раньше? Джейден сокрушенно вздохнул и снова поправил скользкую бутылку.
— Что ты там высматриваешь? — спросил он, подходя ближе.
— Смотри, Джей, какая здесь забавная дверная ручка! — Алиса поймала его за руку и подтянула поближе. — И как мы ее раньше не заметили?
Медная ручка, располагавшаяся почему-то посреди двери, представляла собой огромный грушевидный нос человека давно и безнадежно страдающего хроническим насморком.
— Сейчас дверь откроется, и получишь ты носом по носу! — напророчил Джей.
— Она внутрь открывается! — засмеялась Алиса, но на всякий случай отступила, слегка покачнувшись.
У девушки ощутимо заплетался язык и ноги, и это обстоятельство привело его в подростковый восторг. И хотя у него самого немного шумело в голове, Джей чувствовал себя коварным и неотразимым обольстителем. И твердо был намерен использовать ситуацию с максимальной выгодой для себя.
— Хватит здесь стоять, идем! — он непринужденно обнял ее за плечи.
— Идем! — безмятежно согласилась она, совершенно не интересуясь дальнейшим маршрутом.
Линдос был расположен таким образом, что если подниматься по улицам вверх, неизменно попадаешь в Акрополь, главную местную достопримечательность, двигаясь же в противоположную сторону, рано или поздно оказываешься на пляже одной из трех окружавших город бухт. В Акрополе они уже были, да и делать ночью там было нечего. Поэтому они неторопливо побрели вниз по мозаичному тротуару, выложенному светлой и темной галькой, мимо колоритных белых домиков, сросшихся друг с другом стенами и глядящими на улицу узкими бойницами окон, на подоконниках которых целыми семействами устраивались на ночлег ленивые греческие кошки. Временами тротуар переходил в плоские ступеньки, на которых были заботливо расставлены кованые фонарики — этакая средневековая подсветка.
— Апельсины! — вдруг сказала Алиса, останавливаясь и задирая голову вверх.
Над массивным белокаменным забором распластало свои ветки апельсиновое дерево, отягощенное оранжевыми шариками плодов. Алиса имела восторженный вид ребенка, впервые видящего подобное великолепие. В душе у Джейдена шевельнулись нехорошие подозрения.
— Эли, это частные владения! — попытался он воззвать к голосу рассудка.
Не тут-то было. Приблизившись к стене и что-то прикинув про себя, Алиса решительным жестом поддернула узкую юбку вверх. Ох, ты ж, Боже мой! Джей зажмурился.
— Здесь стой! — он оттянул ее от забора. — Скалолазка!
Всунув ей злополучную бутылку, он легко подтянулся на руках и вскарабкался на стену, на которой вполне могли разминуться два человека.
— Держи свои померанцы! — проговорил он, протягивая ей сорванные апельсины.
Алиса принялась азартно запихивать их в карманы ветровки. Неизвестно сколько бы еще продолжался наглый грабеж, если бы сонную тишину улицы вдруг не прорезал отчетливый скрип открываемой калитки.
— Джей! — испуганно взвизгнула Алиса.
Он молниеносно скатился с забора, чудом не свернув себе при этом шею, и они, словно пара испуганных антилоп, помчались вниз по улице. Алису в ее скользких сандалиях заносило на поворотах, которыми изобиловала узкая, как кротовья нора, улочка, и Джею приходилось всякий раз ловить ее, удерживая от падения. Сзади мерещились тяжелые шаги возмездия, и живое воображение тут же подсовывало красочные картины расправы. Опомнились они только на крошечной площадке возле небольшой часовни, нависавшей прямо над бухтой. Тупик.
 
— Не могу больше! — едва дыша, проговорила Алиса, обнимая раскидистый платан.
Наклонившись и уперев руки в колени, Джейден пытался восстановить дыхание.
— Я думал, что из вас двоих только сумасшедшая подружка Тайлера способна на подобные выходки, — пробормотал он и резюмировал: — Я ошибался.
Они посмотрели друг на друга и неудержимо расхохотались.
— А какие были бы заголовки! — отсмеявшись, сказала Алиса. — Представляешь: «Джейден Росс пойман на воровстве апельсинов в саду добропорядочного греческого обывателя!»
— Это ты инициатор! — возмутился он, усаживаясь рядом с Алисой на широкую деревянную скамейку, с которой можно было любоваться бухтой.
— А это уже совершенно никого не интересовало бы, — пожала та плечами и протянула ему бутылку.
— Ты ее не выронила? — изумился Джей.
— Я и апельсины все дотащила, — Алиса принялась выуживать из карманов добычу.
Краденые фрукты были ароматными до умопомрачения и  кислыми как уксус, что имело вполне логичное объяснение, ведь до начала сбора урожая оставалось больше месяца. Воришек, впрочем, это мало смущало. Отпивая по очереди прямо из горлышка элитный коньяк — картина, способная довести до инфаркта истинного ценителя — они заедали его сочными дольками, отчего на языке еще долго оставался приятные нотки дуба, муската и апельсина.
Выветрившийся было за время марафона хмель быстро вернулся. В какой-то момент Джей вдруг ясно осознал, что это она сидит сейчас рядом, соприкасаясь с ним плечом и бедром. Его прошиб озноб, после которого моментально стало жарко. Лениво бродившие мысли вдруг шуганулись врассыпную, оставив его голову абсолютно пустой и звонкой. Так близко. Такая живая, теплая, настоящая…
— Какой длинный сегодня день, — вдруг проговорила Алиса, глядя на мерцающие огоньки внизу. — Просто не верится, что скала, подъем, спуск — все это было сегодня утром. Словно неделя прошла.
Она повернула к нему лицо:
— Это было волшебно, Джей, — прошептала она.
И тут его переклинило окончательно и бесповоротно. Не отдавая себе отчета в том, что делает, он положил ладонь на ее щеку. В ее широко раскрытых глазах что-то мелькнуло, страх или изумление, он не стал разбираться, потому что уже в следующую секунду накрыл губами ее пахнущие коньяком и апельсинами губы. Он торопливо пил этот поцелуй, утоляя застарелую жажду, потому что был уверен, что еще секунда — и она оттолкнет его.
Он ошибся. Она вдруг тихо вздохнула, ее губы едва ощутимо шевельнулись, и спустя вечность он понял, что она не только не отвергла его, она вернулась в его поцелуй и осталась там.
Он прижимал ее к себе все теснее и теснее, шаря руками по гибкой горячей спине, норовя расположить их там с максимальным удобством. Потом его озарило, что с удобством не получается, потому что спина слишком узка сразу для двух ладоней и вторую он переместил ей на бедро, забираясь под плотную ткань юбки и дурея от собственной смелости. А потом… Потом он уже и не помнил ничего. Только атласная непостижимо гладкая кожа под его пальцами, только пьяняще-покорные губы под его губами. И еще тонкий, влажный аромат морской свежести, исходящий от ее волос.
Рукой она поймала его ставшие слишком проворными пальцы.
— Остановись, — задыхаясь, проговорила она и добавила совсем тихо, — пожалуйста!
Высвободившись из его объятий, она встала и отошла к краю склона. Тут же навалилось чувство горестного одиночества и пустоты. Не в состоянии больше мириться с этим, он шагнул вслед за нею, обхватил обеими руками, прижимая спиной к себе.