Клан Когтей (СИ)

Допив чай, я уставился в окно.
— Я составил план тренировок, — прервал мои невеселые размышления учитель. — Хочешь взглянуть?
  
Глава 6
 
За окном простираются облака. Это не иллюминатор, а слегка изогнутая стена, прозрачная от потолка до пола. Сверхпрочная, насколько мне известно. Облачный покров тянется до самого горизонта, но кое-где уже наметились прорехи.
Мы летим к острову.
На полу разложено серое полотенце, а на нем — детали пистолета. Рамка, затвор, возвратная пружина, магазин и чудом сохранившиеся патроны. Плюс глушитель и вставка артефакторного усиления.
— Я слышал о таких, — тихо произнес Такеши, рассматривая фрагменты оружия. — Очень дорогие игрушки. Заточены под одаренных.
— Такого оружия много, — я пожал плечами. — Все спецподразделения пользуются магическим огнестрелом.
— Тут иное, — возразил наставник. — Ты знаешь принцип действия огнестрельных стволов с усилением?
— Ну, — я замялся, — кажется, там стоят артефакты, трансформирующие стихию в пули.
— Не совсем так, — поморщился Харада. — Пуля несет дополнительный урон от выбранной стихии. Предположим, огненный. Или водный. При этом тебе нужно развивать специфические стрелковые техники.
— Грубо говоря, пуля заряжается в момент нажатия на спуск, — догадался я.
— Упрощенное, но верное объяснение.
— Так ведь скорость сумасшедшая.
— Для этого и предусмотрен артефакт. Накачка энергией происходит чуть раньше, чем кажется.
— А если стреляешь очередями?
— Потребуется более сложная вставка.
— Ладно, — согласился я. — Пусть так. Но патроны должны казаться обычными, да? А здесь что-то странное.
Пистолет и боеприпасы к нему я раздобыл в Барнауле после схватки с наемниками Белозерских. Своеобразный боевой трофей. Так вот, девятимиллиметровые патроны, если меня глаза не обманывают, уже чем-то заряжены. Голубоватый узор на поверхности снаряда плюс рубиново-красная канавка недвусмысленно намекают, что в обойму закладывается из ряда вон выходящая хрень.
— Я же сказал — игрушка редкая и дорогая. Видишь кольцевую энергетическую линию в канавке? Это запечатанный огонь. А вот эти узоры обеспечивают вставке стабильность на долгие годы. Скажу больше. Пуля сделана так, чтобы пробивать щиты и ауры среднеранговых бойцов. Добавь сюда оружейный артефакт.
— Убойно, — оценил я.
— Не то слово, — кивнул учитель. — Двойное усиление. Вот только для тебя этот ствол совершенно бесполезен. Его проектировали для адептов огня.
— Почему же бесполезен, — задумчиво протянул я. — Пули сами по себе могут нанести серьезный урон.
— Ты умеешь стрелять?
— Могу научиться.
— Пока не распыляйся, — в голосе сенсея послышались нотки недовольства. — Времени мало.
Каюта, в которой мы разобрали пистолет, располагалась на борту дирижабля, курсирующего между материком и островом Ольхон. Как вы уже догадались, два дня назад было принято решение покинуть Монашинск и перебраться на турбазу. Слишком много социальных связей, заявил Такеши-сан. Знакомства, слухи, любопытные горожане. Если уж решил осесть в провинции, меняй города почаще. Выпадай из поля зрения окружающих.
С нескрываемым сожалением и взялся за сборку ствола.
— «Танатос», — улыбнувшись, сообщил Харада. — Вот как они называются. Куча модификаций. Думаю, перед нами «Танатос-П».
— «П»? — я изогнул бровь.
— Что означает «пламя».
Я так и думал.
Сборку завершаю в гробовом молчании. Такеши внимательно следит за моими действиями и довольно покачивает головой.
— Ты уверен, что не умеешь стрелять, Рю? Если честно, в тебе куча талантов, о которых я и не подозревал в начале нашего знакомства.
— Спасибо.
— Не за что. И как у нас с огнестрелом?
— Умею, — признал я.
— Насколько хорошо?
— Приемлемо.
В действительности, я умею обращаться с оружием на весьма приличном уровне. Дворянских детей учат этому, поскольку каждый защитник рода должен быть подготовлен к дуэли на условиях противника или к службе в императорских войсках. Что касается волхвов в моем прежнем мире, то изначально мы, как и государевы люди, пытались отстреливать тварей из дробовиков, автоматического и полуавтоматического оружия. Даже заговаривали патроны, проводили хитроумные ритуалы. Ничего не помогало — пришельцы казались неуязвимыми.
 
— Тогда оставь его себе, — разрешил учитель. — Патроны рекомендую попусту не расходовать. Достать их очень сложно. А стоимость… ну, ты меня понимаешь.
Я убрал оружие в кобуру.
На Ольхоне разбросано около дюжины турбаз, но лишь пять из них заточены под круглогодичное проживание. Мы решили менять локации раз в три-четыре недели, чтобы хозяева не успели привыкнуть к странным гостям. К слову, выбраться с острова можно разными способами. Помимо дирижабля на материк ходит паром, который швартуется в поселке Сахюрта. Оттуда на такси можно доехать до Еланцов, пересесть на скоростной поезд и меньше чем через час оказаться в Иркутске.
Турбаза, на которой мы разместились, носила поэтичное название «Иволга». С одной стороны к комплексу примыкал берег Байкала, с другой тянулась гряда невысоких холмов. Еще дальше виднелись возвышенности, поросшие лесом. Там и притаился полигон.
«Иволга» состояла из главного здания, в котором жили хозяева, и нескольких деревянных коттеджей с печным отоплением. Дирижабль причаливал к специальной вышке. Отдельно стоял гараж с квадроциклами, дровяной сарай и здание, в которое стаскивали на зиму лодки с катамаранами.
Коттеджи были двухэтажными и смахивали на городские таунхаусы. Внутри — четыре спальни, общая гостиная, кухня и санузел. На уровне второго этажа тянулась общая терраса. Две комнаты из четырех оказались мансардными. В гостиной обнаружилась русская печь, которую нам и предстояло топить в ближайшие три недели. Дрова были аккуратно сложены в шестиугольные соты, напоминающие книжные системы хранения. Популярный скандинавский стиль.
Начались изнурительные тренировки.
Такеши включил в свой план техники, которые я уже частично освоил, а также пять-шесть новых умений. Выяснилось, что Пыль из меня весьма посредственная. Так, я не умею исчезать, подобно своему наставнику, плоховато владею «цифрокором», близок к плинтусу в «мёрфологии». И ключевая проблема для меня заключается не в объеме взвеси, вкачиваемой в технику, а в умении визуализировать то, чего я хочу достичь. Все техники так или иначе увязаны с «телезрением». Исключение составляют навыки, необходимые для схватки в ограниченном пространстве, редактирования внешности и маскировки.
Мы просыпались рано утром, бегали, медитировали, принимали контрастный душ, после чего приступали к занятиям. Полтора-два часа тренировок на полигоне, затем — плотный завтрак, теоретическая часть и продолжение программы. Вторая серия не связана с полигоном — я прокачиваю «жуть», «отвод глаз» и «ускользание». Обедаем, гуляем по окрестностям. И — снова за работу. Освоение свежих техник — «пластики», «купола тишины», «подхвата».
«Пластика» — это способность, позволяющая корректировщику свободно менять внешность. Работать с лицом, формой и цветом глаз, волосами, ростом, комплекцией, мышечной массой и костной структурой, даже голосом и отпечатками пальцев. «Купол тишины» вы помните. Это хрень, которой учитель накрыл апартаменты в начале нашего знакомства. Наиболее эффективная защита от удаленной слежки, позволяет скрыть любые телодвижения в ментальной и астральной плоскостях. К сожалению, требует значительных усилий и огромного количества взвеси, поэтому не применяется регулярно. А вот «подхват» — это аналог кругов у стихийников. Мы, оказывается, можем работать в связке, перебрасываясь образными слепками и общаясь в режиме «телезрения».
 
Идем дальше.
Перекусив в четыре пополудни, обсуждаем образ жизни корректировщиков, всевозможные уловки и хитрости, позволяющие обходить системы мониторинга, артефакторные датчики, стихийные ловушки. Я узнаю о поддельных паспортах, связях Гильдии, пересечении границ, уклонении от госструктур.