Кольцо мертвой ведьмы (СИ)

— Слушай, Илья, — шагнул к нему парень. — Ты чего это?
Вместо ответа тот приложил палец к губам. Приблизившись, он тихо и быстро сказал:
— Анфим! Ты просто молодчина, что пришел! Я уж тут… Короче! У меня большие неприятности. Не хочу тебя втягивать, но кроме тебя мне никто не поможет.
Внутри парня словно пламя вспыхнуло. Никто и никогда не обращался к нему с подобной просьбой. Еще пять минут назад он чувствовал разочарование в Илье, но сейчас был готов за него идти в огонь и в воду!
" — Я докажу ему! — думал Анфим. — Докажу, что я не абы кто, а могу быть надежным другом!"
— Так я… Я же… — пробормотал он, собираясь с мыслями.
— Ты поможешь мне?
— Конечно! Я же…
— Тогда слушай. Тут на дороге, дом твоего отца. Так вот — за ним, в саду стоит сарай из больших кирпичей, с деревянной дверью. Знаешь его?
Парень кивнул.
— Посиди тут немного, а потом уходи, якобы домой. Иди в этот сарай и жди меня. И смотри, чтобы никто не видел, как ты туда идешь! Жди меня там. Я может, задержусь, но обязательно приду! Иди!
Илья многозначительно посмотрел парню в глаза.
— Давай, а то накроют нас тут!
Ноги почему-то отяжелели, но Анфим быстрым шагом вышел из туалета и направился по коридорчику назад, в главный зал.
"— Ну и дела, — подумал он, снова забираясь на свой табурет. — Что это Илья выдумал?".
С одной стороны, глупость какая-то. Но с другой… У Ильи репутация в высшей степени разумного человека. Все знали, что он иногда строг, но к мужикам, работающим под его началом, справедлив. Анфим не помнил никаких сомнительных историй, в которых был бы замешан бригадир, не говоря уж о том, что никто ни разу не видел того пьяным.
Но, если все это серьезно, то значит и правда у Ильи неприятности.
"— А если так, то я просто должен ему помочь!" — решил парень. — Пойду туда и всё выясню!".
Он заказал еще кружку пива, надеясь выпить ее и пойти прочь. Получая пиво, он попросил счет.
— Уже уходите? — спросил трактирщик. — А как же ужин?
— Да, что-то не хочется. Я хорошо пообедал. Пойду потихоньку. Завтра много работы.
— Все так говорят, — печально ухмыльнулся трактирщик. — Работа, работа и работа. Да, работать надо. Но когда же тогда жить, если всё время работать?
Милх начал молоть разную чепуху, но тут к стойке подошел Илья. Он присел на табурет в стороне, и поманил к тебе трактирщика. Тот подошел и они стали о чем-то говорить приглушенными голосами. Илья беседовал с Милхом, облокотившись на стойку и лениво поглядывая в зал. Анфим склонился над своей кружкой, заставил себя допить пиво, после чего слез со стула и направился к выходу.
— До свидания, — кивнул он трактирщику.
— Всего хорошего, — расплылся тот в искусственной улыбке.
— Пока, Анфим, — равнодушно отозвался Илья.
— Пока, — кивнул ему парень.
На улице уже смеркалось. Оранжевое солнце почти скрылось за горизонтом. Рядом, на площади, никого. Мост через реку также стоял пустым — при въезде на него топтались несколько людей. Через дорогу, у дверей полицейского участка, стояли двое стражников, которые без интереса посмотрели на вышедшего из трактира парня.
Не задерживаясь, Анфим повернулся и двинулся по дороге в сторону поселка. Вот и недостроенный коттедж его отца справа от дороги. Парень обернулся. Позади, на дороге никого. Впереди тоже. Он сошел с дороги, обошел несколько старых куч из строительного мусора, которые уже давным-давно поросли кустарниками и двинулся мимо дома. Выйдя на зады, он увидел, что пространство за домом давно уже поросло молодыми деревцами и кустарником.
Без особого труда он нашел сарай, выложенный кирпичом, толкнул рассохшуюся дверь и вошел внутрь. В полумраке виднелись две грубые лавки из дерева, прибитые к стенам.
Присев на одну из них, Анфим приготовился ждать.
Время тянулось очень медленно. По расчетам парня, он сидел уже полчаса, а Илья все не шел. На улице быстро стемнело.
Растянувшись на лавке, он решил подремать и сам не заметил, как уснул.
— Анфим! Вставай! — кто-то тряс его за локоть.
 
Парень проснулся и резко сел, ничего не видя в темноте.
— Илья, ты?
— Я. А ты чего, уснул что ли?
— Да…. Разомлел что-то… — Анфим взлохматил волосы. — Слушай, Илья. Что тут такое у тебя?..
— Сейчас все расскажу! Слушай внимательно. Ты же знаешь, что я с караваном ходил? Подменял Ромика.
— Ну да. Конечно, — пробормотал парень, не понимая, куда клонит товарищ.
— Так вот. Всё это началось в "Треугольнике". Ты ведь знаешь про этот трактир? Так вот. Сижу я там, у барной стойки, и подходят ко мне два типа…
Илья довольно подробно рассказал, что с ним произошло за последние дни.
— Ну и ну, — только и сказал Анфим, когда тот закончил. — Что же ты теперь делать будешь-то?
— А что тут делать? Выбираться из этого дерьма. Что же еще? Но не об этом речь. Мне нужна твоя помощь! Поможешь?
— Да я же сказал: помогу!
— Подумай хорошенько! Дело очень серьезное. У меня и так уже жизнь на нитке висит, и я не хочу тебя впутывать, но выбора нет. А ты еще можешь отказаться, уйти и спокойно жить себе дальше. Но если решишь помочь, то в прямом смысле можешь голову потерять.
— Да я же сказал…
— Ну, тогда слушай. Есть у меня подозрение, что я знаю, где спрятаны сокровища этого Саввы.
— Где? — выдохнул Анфим.
— Когда я, перед уходом, сидел с ними в номере, там два его племянника к нам вошли. Один из них говорил, что он нашел место, где никто искать не будет. И вот я подумал, что это место — "Ведьмин пустырь".
Илья многозначительно посмотрел на парня, еле видимого в темноте.
— Сам суди — местные это место стороной обходят. Всем остальным там тоже делать нечего. Этим парням в ту ночь достаточно было незаметно выйти из трактира и отнести туда, за забор, этот мешок и там его оставить. Какой дурак на этом пустыре будет его искать? И вот я думаю, что мешочек с золотом именно там и остался!
— Интересно, — хмыкнул парень. — А ты уверен, что он там?
— Ну, как, уверен?.. Всё может быть… Но я думаю — девять шансов из десяти, что он именно там!
— А если сыскари уже нашли эти сокровища у Саввы? Тут ведь болтают, что его арестовали.
— Нет! Во-первых, Савва знал, что его будут обыскивать и вряд ли он такой дурак, чтобы брать сокровища с собой и попадаться с ними. А во-вторых, этот Волчара. Чего он тут по тракту шарился? Я просто уверен, что он меня не стал убивать, а оставил в живых, чтобы понаблюдать за мной, в надежде, что я его как-то и выведу на это золото. Ну, или на меня кто-то выйдет, кто знает об этом золоте.
— Так и что ты будешь делать? Поедешь в "Треугольник"?
Тот хмыкнул.
— Нет, конечно! Я здесь сыскарей еще не видел, но уверен, что они где-то рядом — следят за мной! Если я туда рвану — поймают меня только так. Я думаю, они крепко тут меня обложили. И с караваном я пойти не могу — меня завтра не посылают. Ромик ведь в себя пришел.
— Так что же делать?
— Вот и нужна твоя помощь! Ты должен поехать туда и найти клад.
— Я? — чуть не воскликнул Анфим. — Но как? Кто меня отпустит-то?
— Скоро народ начнет расходиться из трактира. Ролан пойдет одним из последних. Я им займусь, а ты завтра вместо него с караваном поедешь!
— Ты убьешь его? — изумился парень.
— Вот еще! О такое дерьмо руки марать! Просто поколочу немного, чтобы он завтра отдохнул, а тебя вместо него отправят.
— А может и не отправят.
— Всё может быть. Но просто так нас никто туда не отпустит. Если я дернусь, то меня тут же сыскари скрутят, а если ты рванешь туда один, то это тем более странно будет. Об этом болтать начнут, а ты отъехать от реки не успеешь, как тебя повяжут. Поэтому самое лучшее — это то, что я предлагаю.
 
— Хорошо, — сказал Анфим, почувствовав, как у него от возбуждения начинают дрожать руки. — Что мне надо делать?