Жизнь напрокат (СИ)

Двое из ларца (два дебила — это сила): Дэн и Дюша — были помечены в книжке, как производственный брак, и на том я откинула всякие мысли о них, а вот Алекс и Егор заслужили знаки вопроса. Первый за то, что утратил мое практически безоговорочное доверие, второй за то, что сумел заинтриговать. Надеюсь, не разочарует.
— Лина, тут к тебе мальчик пришел, — позвала с веранды бабуля.
— Иду!
Вот и шанс познакомиться с Егором поближе.
  
~ 56 ~
 
Оригинальностью Егор не страдал и предложил погулять вокруг озера. Полный круг обычно занимал часа два, но поскольку "до пятницы я абсолютно свободен", а до обеда-то, как минимум, то спорить с ним не стала. Как раз успеем поболтать. Обычно пары часов оказывается достаточно, чтобы определиться, нравится тебе человек в общении или нет.
На выходе из двора, как назло, нам попались сестренки-змейки, проводившие нашу парочку недоуменными взглядами. Разнообразие моих кавалеров явно ввело девочек в ступор, а судя по раздавшемуся за спиной шушуканью, новые сплетни и дурная слава нам обеспечены. Мне-то все равно, а вот Егор…
— Обсуждать будут, — обронила я, невзначай покосившись на парня.
Малыш даже не покраснел, лишь безразлично пожал плечами и спросил:
— Тебя это смущает?
Я лишь ухмыльнулась в ответ, на чем инцидент был исчерпан.
До горок мы дошли в молчании, общих тем для разговора пока еще не было, а начинать его с глупых вопросов про "какую музыку слушаешь" никто не хотел. Когда последние по нашей улице дома, скрылись за лесочком, Егор нарушил ставшее немного тягостным молчание, но сказал совсем не то, что я ожидала услышать.
— Спрашивай. Я же вижу, что тебе интересно, — слегка улыбаясь, произнес мальчик.
И тут он тоже был прав. Любопытство гложило меня давно, а сегодня Егор вел себя совсем не так, как обычно с друзьями. По дороге я потихоньку бросала на него заинтересованные взгляды, но первой начинать разговор не спешила: мне хотелось посмотреть на его настоящее поведение, а не выяснить какие-то особенности биографии, пристрастий или вкусов. А теперь, раз он сам решил сбить меня с толку и смутить, получай!
— У тебя раздвоение личности?
Егор в удивлении вскинул брови.
— В смысле? С чего ты взяла?
— Да с того, что в компании ты один, сейчас совсем другой, то ты бегаешь парням за выпивкой, а то сидишь и с видом философа созерцаешь часами виды природы. На тебе толстовка "Ария", но при этом ты читаешь Шекспира и любишь Пушкина. Если не приглядываться, то тебя в компании и не заметишь, а если все же и заметишь, то ты скачешь на побегушках и ни с кем не споришь, но при этом вполне способен скрутить и успокоить буйную девицу, которая старше и больше тебя. Сейчас же ты ведешь себя, как взрослый, адекватный и уверенный в себе человек. Немного не вяжутся твой внешний вид и поведение с содержанием, не находишь?
— Да, против фактов не попрешь, — улыбнулся Егор и, хитро прищурившись, взглянул на меня. — А если раздвоение, что ты будешь делать?
— Не переживай с воплями не убегу, — заверила парня. — Если только у тебя не растроение личности, и третья — это латентный маньяк, ибо первые две вполне безопасны.
— По тебе тоже не скажешь, что тебе четырнадцать, — заметил Егор. — Еще в начале лета ты ничем не отличалась от подружек, а потом, как подменили.
— Есть немного, — решила отчасти признаться я. — Но речь не обо мне.
— А если мне интересно?
— Любопытство кошку сгубило, — но, поймав на себе испытующий взгляд, пошла на некоторые уступки: — Расскажу потом. Может быть.
— От чего зависит?
— От степени надежности реципиента.
— Что ж. У тебя есть два часа, чтобы в ней убедиться, — Егорка развел руками, всем своим видом показывая, что он открыт, как книга Донцовой.
— Так что у нас с диагнозом? — вернула я разговор в нужную мне колею.
— Диагноз… — задумчиво протянул парнишка, почесав длинный носик. — Тут не диагноз, тут все печальнее.
 
Печальнее, говоришь… И тут меня как молния прошила мысль: а что, если Егор такой же, как я, суицидник, получивший второй шанс?! Это было бы просто великолепно! Тогда вопрос с судьбой решен раз и навсегда, ведь если нам обоим дали второй шанс, то это может означать только одно — мы созданы друг для друга.
И отчего эта мысль меня не порадовала? В сердце неприятно заворочалась грусть: все же Алекс сердцу был милее, хоть и утратил большую часть моего доверия. Ситуацию со спором, которая явилась камнем преткновения наших отношений, мы так и не успели прояснить, и неизвестно, успеем ли… Ох, Алекс, не опоздай!
— Попытка суицида? — осторожно поинтересовалась я у Егора.
— С чего ты взяла? — малыш вылупился на меня огромными серо-голубыми глазами, в данный момент сразу же напомнив искренне удивленного подростка.
Или я ошиблась?
— Давай, ты лучше сам расскажешь, а то я и не то могу предположить, — примирительно улыбнулась Егорке, и он согласно кивнул, ненадолго замолчав, словно с силами собираясь.
— Начнем с того, что я близнец, — после непродолжительной паузы начал свой рассказ с наименее безобидного факта парень.
— Вы с братом были близнецами?
Тогда становится понятным его порой странное задумчивое поведение. Если один из близнецов гибнет, особенно в детстве, когда связь крепка, второй может очень болезненно переживать утрату, но… я опять промахнулась! Вот не везет мне с предположениями относительно Егорки.
— Да нет, по зодиаку, — отмахнулся он. — И это значит, что самой природой мне положена двуликость, вот и получается, что в компании приятелей, с кем мне приходится в силу обстоятельств проводить или убивать время, я веду себя одним образом, а с друзьями другим…
И посмотрел на меня кристально честным взглядом, будто это могло все объяснить. Согласна, знак зодиака на многое влияет, да и знавала я некоторых близнецов. Особенно женщины — такие двуличные. Хотя парочка знакомых была и двуликой. В чем разница? В концентрации подлости в организме. Двуликие — они просто, как Егор, имеют два облика, а двуличные… Тут одно название само за себя говорит.
Это все, конечно хорошо, но…
— Ладно, со знаком зодиака все понятно, но объясни мне, почему твои "личности" настолько разительно отличаются? Что с ликом для друзей — понятно. Скорее всего, это маска, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Какой ты настоящий? И почему именно таким стал?
С замиранием сердца я ждала его ответа, возможно, даже признания, но Егор молчал. Молчал и просто смотрел перед собой, продолжая идти по тропинке вдоль лесочка, и увлекая меня все дальше в горки. Я не торопила его. Самой мне тоже, с одной стороны, очень хотелось признаться, хоть кому-то рассказать все от начала и до конца, скинуть с души этот груз и, возможно, получить совет, но с другой… С другой стороны, пугала ответная реакция. Что мне могли на подобное признание сказать дети тринадцати-пятнадцати лет? Девки бы поахали и позавидовали (кто поверил бы) или покрутили у виска и пустили новую сплетню. Парни бы сразу посмеялись и посоветовали обратиться в дурку, а порой простой дружеский совет может очень помочь. Иногда даже жизнь спасти.
Я старалась не допускать подобных мыслей, но, если бы Маруська повела себя в тот роковой вечер немного иначе, просто посочувствовала бы или оставила у себя ночевать, ничего этого могло бы и не быть… Хотя нет. Пусть лучше будет! Возможность заново взглянуть на свою жизнь и что-то изменить дорогого стоит. Иногда даже самой жизни.
Когда я уже отчаялась дождаться от Егора ответа, парень тихо заговорил. Мне пришлось напрячь весь свой слух, чтобы расслышать его слова:
— Мой брат старше меня на десять лет. Был… Сашка с самого рождения был проблемным. Сначала трудная беременность, потом мать очень тяжело его рожала — еле выжили оба. Затем он страдал от колик, которые переросли в какую-то патологию, потом от внутричерепного давления, глаза у него выпучивались, вода в голове была и много чего еще. Короче, огребли предки с ним по полной, но это полбеды. Еще у него был очень дурной характер: упрямый, злой, истеричный. Потом, лет в десять выяснили, что последствия родов отразились и на психике, и помимо обычных врачей тогда к списку добавился еще и психиатр. Учился Сашка отвратительно, оставался на второй год, менял школу за школой, и с каждым годом с ним становилось все труднее. И примерно в это время, когда все убегались по врачам и школам, мать выяснила, что беременна мной. Избавиться почему-то не получилось, пришлось рожать. Я был нежеланным ребенком, обузой. Все внимание они уделяли больному старшему, а мне постольку-поскольку, — Егор невесело усмехнулся. — Мое единственное самое яркое воспоминание о детстве — это то, что у меня постоянно болела жопа. Маме было не до меня, и пеленки меняли раз в два, а то и три-четыре часа…