Найди пару (ЛП)

— Что привело вас обратно в Лондон? — спросил Драко, когда стало ясно, что Гермиона не собирается ничего говорить.
— Сейчас у нас в клинике спокойный сезон, — Дэвид откусил кусочек бекона.
— Все уехали в отпуск, — пояснила Джин.
— Мы решили навестить нашу девочку, пока не началась вся эта суматоха с возвращением в школу, — продолжил Дэвид, поднимая руку, чтобы нежно погладить Гермиону по подбородку.
Драко наблюдал за их взаимодействием со странным выражением лица.
— Мне пора, — внезапно сказал он, поднимаясь на ноги. — Оставлю вас троих навёрстывать упущенное.
— Не говори глупостей, дорогой, — сказала Джин. — В конце концов, это мы вам помешали.
— Только ты не задерживайся здесь из-за нас, если тебе нужно куда-то идти, — вставил Дэвид. — Может, встретимся как-нибудь за ужином, пока мы в городе?
— Было бы чудесно, спасибо, — тепло улыбнулся Драко. — Было очень приятно с вами познакомиться. Пожалуйста, извините меня.
Гермиона смотрела, как поспешно Драко уходит, а затем встала сама.
— Я пойду провожу, — тихо сказала она.
Она застала его, когда он одевался в её комнате.
— Прости, — тут же начала Гермиона, закрывая за собой дверь. — Я понятия не имела, что они придут.
— Всё в порядке, — ответил Драко, застёгивая рубашку. — Они удивительно любезно встретили меня в трусах.
Гермиона опустилась на кровать, обхватив голову руками.
— Мне так жаль, что он попросил тебя показать магию как… какой-то фокус на празднике.
— Ты же знаешь, я не против покрасоваться.
— Всё равно… — она почувствовала ком в горле. — Раньше они не вели себя так.
На мгновение воцарилась тишина, и Гермиона подняла глаза, когда Драко опустился перед ней на колени.
— Раньше?
Она резко заморгала.
— До войны.
Он начал внимательно рассматривать её лицо.
— Ты их отослала, — сказал Драко после долгой паузы. — Вот почему они живут в Австралии.
Гермиона кивнула.
— Я… я стёрла себя из их воспоминаний. Придумала им новые личности.
Она точно знала, что Драко был в шоке, и слёзы потекли по её щекам.
— Я восстановила всё, что смогла, но бóльшая часть просто исчезла. Сговорчивость — это побочный эффект Обливиэйта. Человек становится спокойным и добродушным.
Он кивнул, нахмурив брови, и она больше не смогла сдерживать рыдания.
— Они, конечно, по-прежнему мои родители, и я люблю их, но… так много от тех, кем они были, ушло. Я н-никогда не думала, что так с-сильно из-зменю их л-личности.
Драко наклонился и обнял Гермиону, пока она плакала.
— Прости, — выдохнула она. — Я просто не была готова.
— Тебе не нужно извиняться передо мной, — мягко сказал он. — Я понимаю, почему ты расстроена.
Она кивнула, уткнувшись в его плечо.
— Тебе стоит побыть с ними, — Драко присел на корточки, чтобы посмотреть на неё. — Увидимся через пару дней за ужином?
— Было бы здорово. Спасибо.
Он поднёс руки к мокрым щекам и поцеловал её.
— Пожалуйста, не кори себя, Гермиона. Им повезло, что ты их защитила.
Она снова кивнула, и новый поток слёз хлынул из глаз.
Драко на секунду замолчал, будто хотел добавить что-то ещё. Она ждала, но он просто встал, оставив короткий поцелуй на её лбу.
И слабо улыбнулся, повернувшись на месте.
***
— Как ты с этим живешь? — спросил Драко, подперев голову рукой.
— Боюсь, тебе придётся добавить немного конкретики, — проворчал Люциус.
— Со всем, что ты сделал.
— Тебе нужно определение слова «конкретика», сын мой?
Драко стиснул зубы, начиная жалеть об этом разговоре ещё до того, как он начался.
— Ты думаешь о людях, которых убил?
Отец долго молчал.
— Нет. Их жизнь закончена. О чём тут думать?
Драко тяжело вздохнул и прикрыл глаза.
— Я думаю об их семьях, — тихо продолжил Люциус. — О людях, которых они оставили позади.
Глаза Драко снова открылись.
— Думаю, вспоминают ли о них сегодня? И когда вспоминают, что они чувствуют? Может ли боль быть настолько свежей и яркой, что невозможно дышать? Могут ли они вспомнить что-то приятное и почувствовать счастье без боли? Просыпаются ли они утром и забывают ли хоть на мгновение, что их больше нет? Или прошло уже столько времени, что они не вспоминают о них каждый день?
 
Драко сжал руки под столом, пытаясь выровнять дыхание.
— И как ты с этим живешь?
Люциус оторвал глаза от стола.
— У меня нет выбора.
Драко кивнул.
— Я так понимаю, ты ещё встречаешься с мисс Грейнджер.
Он снова кивнул.
— Мы вместе. Я не собираюсь прекращать с ней отношения.
Люциус покачал головой.
— Даже представить не могу, что именно из того, что я сказал в прошлый раз, осталось тебе непонятным.
— Не хочу огорчать тебя, отец, но мне не нужно твоё одобрение, с кем мне встречаться.
— Я пытаюсь защитить тебя от самого себя. Я не понимаю, почему ты чувствуешь необходимость идти на такой риск…
— Это не риск.
— …девушка не из семьи волшебников…
— Магия есть магия, ей не нужна семья волшебников.
— …книжный ум, без истинного понимания силы…
— Не говори о ней так.
— …способность сотворять заклинания, несомненно, имеется, но по-настоящему чувствовать магию…
— Её магия прекрасна! Я видел!
Люциус замер.
Драко судорожно вздохнул, чувствуя, как сердце колотится о рёбра.
— Пожалуйста, скажи мне, что это не то, о чём я думаю.
Драко только смотрел на него.
К его удивлению, на лице отца появилась улыбка.
— Что ж, теперь я понимаю, что вмешиваться уже слишком поздно. Ты любишь эту девушку.
Это не было вопросом.
Драко прочистил горло:
— Как я уже сказал, я не нуждаюсь в твоём одобрении, отец. Не нужно одобрять ни Гермиону, ни что-либо ещё в моей жизни.
Улыбка Люциуса превратилась в ухмылку.
— Нет, конечно, не нуждаешься. Спасибо Мерлину за это.
Драко моргнул.
— Мне жаль это говорить, Драко, но ты потомок длинной череды разочаровывающих отцов. Я рад, что мне удалось избавить тебя хотя бы от необходимости в моём одобрении.
Драко почувствовал, как скривилось его лицо.
— Ты ничего не сделал, только заставил меня искать твоего одобрения. Я потратил на это всю свою жизнь.
— И, оглядываясь назад сейчас, не считаешь ли ты, что мои методы были разумными?
— Нет, — честно ответил Драко.
— А как насчёт моих методов поощрения? — Люциус взмахнул рукой в причудливом жесте. — Они тебя вдохновляли?
— Нет.
— Как насчёт моего подхода к повышению твоей самооценки? Тебе не кажется, что я привил тебе сильное чувство собственного достоинства?
Драко услышал эхо слов Грейнджер из их разговора о Хогвартсе на первом свидании.
— Ты унижал меня при любом удобном случае, — оцепенело сказал он. — Из-за тебя я чувствовал себя маленьким. Ты заставлял меня чувствовать себя никчёмным.
Драко снова посмотрел на отца.
— Ты травил меня.
Люциус кивнул.
— И тебе нужно моё одобрение?
— Я его жажду! — внезапно крикнул Драко. — Отчаянно!
Люциус наклонился вперёд.
— Ты хочешь этого, Драко, но оно тебе не нужно.
Драко открыл рот, чтобы ответить, но Люциус вопросительно поднял бровь.
— Мне… оно не нужно, — сказал Драко через мгновение.
— А почему нет?
— Потому что ты вёл себя со мной ужасно, и твоё мнение потеряло всякую ценность в моих глазах.
Люциус снова улыбнулся.
— Совершенно верно.
— Ты превратил меня в ужасного хулигана, чтобы Гермиона никогда не захотела моей защиты? — выпалил Драко.
Люциус издал один из своих редких искренних смешков.
— Поистине подлый план, Драко. Ты меня переоцениваешь.
Драко почувствовал, как улыбка тронула его собственные губы. Это было довольно нелепое предположение.
— Скажи мне, когда ты перестал нуждаться в моём одобрении?
Драко задумался.
— Лет пять назад, может быть, шесть.