Двойное небо (СИ)

Дверь мне открыли первой, только после — себе.
— Надеюсь Чарлик не доел моё печенье на кровати, — хихикнул мальчик.
— Так вот откуда крошки, — поняла я.
Лев сел в машину, пристегнулся, оглядел нас и:
— Все живы и здоровы, поэтому могу взять на себя решение подвести положительный итог.
Я улыбнулась, поцеловала его в щеку, заметив при этом прошедшую мимо и заметившую всё бабку, и села поудобнее.
— Она же не будет приезжать в гости? — спросила с надеждой.
— У неё аллергия на собак, — вспомнил Давид, — поэтому Полине нельзя было никого заводить.
Мы тронулись с места.
— Давайте заведем ещё парочку? — улыбнулась мальчику я, — и переедем на всякий случай.
Идею все молча восприняли как отличную.
  
Глава 17. Слухи — зло
 
Мы сидели напротив дирекции, зависая в очереди за зачетками и болтая о справедливости в жизни.
— Я уже нашла себе работу, — созналась Марина, — без неё просто никак. Отец сказал — либо я ухожу на заочку, либо остаюсь, но работаю в свободное время, — она улыбнулась, — брат тоже поступает — они нас двоих не вытянут.
Все понуро замолчали. Мы заканчивали второй год, а уходили уже двое. Вчера в общем чате округлившаяся Вера сказала нашей компании то, о чём сейчас решила рассказать группе:
— А я на заочку из-за малыша, — она покраснела, — мне на этой сессии тяжело, а следующие я посещать вряд ли смогу, — кивок, — к тому же муж против.
— Вы чего все нас кидаете? — возмутилась Юля, — нам ещё учиться и учиться!
Я улыбнулась.
— Было бы круто, живи я где-нибудь не в общаге, — пояснила ей Марина, — за неё нужно платить, причем не так уж и мало, — она усмехнулась, — тебе повезло, что твоя мама догадалась купить дом в городе, а не в деревне, как почти у всех нас.
— Ой, а мне в своём селе легче, — Саша, — этот ваш город бесит ужасно! Два года не могу привыкнуть, что здесь нельзя просто пройти по дороге. Нет, это прям тупо. Дорога предназначена для меня, а не для машин, ясно?
В ответ ей раздался хохот. Иногда она была настолько прямой, что говорила подобные глупости. Никогда не жила в деревне, но отсутствие тротуаров точно мне не нравилось.
— Очень смешно, — фыркнула Саша, — вот у нас в деревне иди себе куда хочешь! Хоть по полю, хоть по дороге, хоть где! Свобода, блин!
— Только под ноги лучше смотреть, — хихикнула Марина.
— Иначе придется отстирывать твои дизайнерские туфли за сто миллиардов, Камила, — снова Саша, — поехали ко мне, я тебя навоз кидать научу, — смеялась она.
Я помотала головой.
— Нет, спасибо, — ответила ей, — мои туфли точно этого не выдержат.
На меня махнули рукой.
— И нужна ты своему мужику, — издевалась Юля, — ни корову подоить, ни курицу ощипать!
Моё сквашенное лицо стало для них поводом для хохота.
— Знаете, а я теперь не знаю, как её представлять кому-нибудь новому, — вспомнила Марина, — ты теперь не содержанка, мы это поняли. Но кто ты тогда?
Я задумалась.
— Чудо природы, — важно кивала Юлька, — ей двадцать один, а её сыну десять. Ну чисто волшебство.
На этот раз все только улыбались.
— Полина, кстати, тоже может уйти, — вспомнила я, — только насовсем.
— Спасибо за это, — хмыкнула Саша, — нафиг она нам не сдалась.
Я скривила брови.
— Да ладно, Камил, ты же ей не мамка, чтобы защищать, ну! — ворчливо заметила она, — там чисто её проблемы.
Остальные почему-то молчали.
— К тому же… — выдохнула Юля, — мне Егор сказал, а кто ему — не знаю. Но она про тебя такое всем вокруг говорит…
Я взглянула на неё удивленно.
— Пускает слухи, что ты конченная проститутка, которая увела её отца, — Саша, — и что он тебя использует и скоро бросит.
Лицо свело. Тяжёлый вздох вырвался сам.
— Ты им ещё приглашения не раздавала? — решила спасти меня Юля, — а Полина дура. Все это и так знают. Она, считай, все слухи против себя обратила. Так что не переживай.
— Ещё нет, — про приглашения, — и мне все равно, что и кто говорит, просто… я же реально хотела подружиться. И чтобы всё было спокойно, а не…
 
— В жопу её, — громко произнесла Саша, — и то, что она говорит. Думаешь, ей кто-то поверил вообще? Хотя, понятно, что неприятно, но… слушай, а может я ей в глаз дам? Чтобы она точно всё поняла?
Я мотнула головой. А вот вышедшая из кабинета дирекции Поля застыла в ужасе напротив нас.
— Освободилось? — встала наша общая одногруппница, — ну? Алё? С тобой всё нормально?
Говорила она так потому, что Полина только хлопала на неё ресницами.
— Заходить то можно? — указала на дверь девушка напротив Поли.
— Отвали от меня, — прошептала последняя, — о… отстань!
Все уже привычно закатили глаза.
— Ты же понимаешь, что это ты поступаешь как сука? — ухмыльнулась Саша, — Полин, нормальные люди так не делают. Понимаешь? Будь ты в моей деревне, то точно осталась бы без зубов за такое…
— Перебор, — остановила её я, — но Поль, зачем ты это сделала? Я понимаю ненавидеть меня, но говорить такое всем… это неприятно.
— Что говорить? — прикрыл за собой дверь дирекции Лев, — насколько мне известно, — к очереди, — вас вызовут, — он достаточно неласково взял под руку дочь, — Камила, что неприятно?
Я дёрнула ногой, пока девчонки вокруг внимательно разглядывали его и меня.
— Мы обсуждали, будешь ли ты любить меня больше, если я научусь к-хм… доить коров, да, — с серьёзным выражением лица, — что думаешь?
На меня посмотрели со снисхождением.
— Маловероятно, — хмыкнул мужчина.
— Её исключили? — спросила быстрее, чтобы уходящий по коридору он успел осудить меня и ответить.
Полина надулась и зло на меня посмотрела.
— Нет, я договорился, — очень строго и глядя почему-то только на Полину.
Я хмыкнула.
— Понятно, — пробурчала я, — но у нас экзамен начнется через двадцать минут. Разве Поля сдавать не будет?
Вот теперь девушка обещала мне отомстить одним только выражением лица.
— И в самом деле, — холодно хмыкнул он и отпустил ее локоть, — садись рядом, — указал на меня он, — с тебя сдача экзамена, с меня — отсутствие ограничений относительно жилья.
Я удивилась.
— Камила, проконтролируй, — бросил он мне.
— А мне что за это будет? — хихикнула ему вслед я.
Он обернулся. И посмотрел на меня, поджав губы.
— Папа, я больше не буду, — протянула Полина, — правда. Но только… я же ничего не знаю, что они там… что говорить нужно… можно я не буду сдавать ничего? Ну папа…
Тяжёлый вздох Лёвы был отчетливо слышен.
— С какого момента в твоей голове появилась мысль, что подобные… просьбы помогут тебе чего-либо добиться? — недовольно спросил он, — в любом случае решение я не изменю. Полина, отправляйся на экзамен, — упрямый взгляд на меня, — Камила…
Я ждала чего-то такого же приказного.
— Забрать тебя сегодня? — спокойное от мужчины.
Я улыбнулась.
— Заедем купить бейсболку Давиду? — вспомнила я, — щенок вчера погрыз старую.
— Корешки книг, — вспомнил он утренние сборы, на которых Дава посмеялся над покусанными стеллажами Лёвы.
— У Чарлика просто много эмоций, вот он их и выплескивает, — широко улыбалась ему я, — я бы тоже твои книги грызла, если бы ты ворчал на меня за то, что я бегаю по коридору и мешаю тебе идти.
— Обговорим это дома, — поджал губы Лев, — напиши, я заеду.
Он снова развернулся, поймав спиной сиротливый взгляд дочери, мнущейся у той же стены и боящейся подходить к нам.
— П-папа! О-они меня хотят побить! — почти плакала она.
Поворачивался Лёва с закрытыми от злости глазами.
— Ты позволишь мне уйти сегодня? — совершенно спокойно спросил он у неё, после повернувшись ко мне, — Камила?
— А нечего слухи распускать! — не сдержалась Саша, — тебя вообще за такое убить надо!
— Ч-ш-ш! — закрыла её рот рукой я, — вот зачем ты…
— Хватит, — успокоил всех враз Лев, — что происходит?