Двойное небо (СИ)

Вот она же была права — делать сейчас что-то было не умно. Как и ехать в гости к Полине — тоже. Но если Юля одобрила и планирует делать это со мной, то…
«Как зовут твою секретаршу из Москвы?» — написала Лёве.
И зачем только я это сделала?
«Камила, я уже сообщил тебе, что шанс того, что ты займешь это место после учёбы крайне мал. Однако, если ты настаиваешь, сразу после твоего выпуска я порекомендую тебя на несколько свободных вакансий. Без работы ты не останешься, можешь не переживать» — и скобка-улыбка в конце.
У меня ею научился. Я так всегда делала.
«Имя, пожалуйста», — наглостью, как говорится…
Дальше я не помнила.
«Железнёв Иван. Когда поедешь его свергать?» — тут он явно смеялся.
Мужчина! Это был мужчина! Не женщина! Секретарь — мужчина!
Я даже подпрыгнула от радости пару раз, понимая, что изменять мне с секретаршей он вообще никак не мог. Однако…
«А эйчар?» — нахмурилась пока писала.
От трели звонка чуть не выронила телефон.
— Через полчаса будь готова, спускайся к подъезду, — его мурчащий голос, — я уже выезжаю.
— Как дела? — расплылась в улыбке я.
— Камила, я за рулем, — у него сегодня был мягкий тон, — обсудим всё за едой. Хм… ты хочешь пойти работать уже сейчас?
Я растерялась.
— Нет, почему ты это спрашиваешь?
— Зачем тебе нужен эйчар? — прямой вопрос.
Слов для объяснений не было. Поэтому:
— Ты же за рулем, давай потом обсудим! — его же фразой, — не отвлекайся. Люблю тебя.
И сбросила вызов.
Мне было смешно. А ещё немного стыдно и волнительно. Но очень радостно. Словно все глупости в мыслях сбежали только от того, что бывшая жена сказала глупость про него.
Почти танцуя, я пробежала до шкафа, думая какое платье надеть. Или… я замерла.
А какую девушку тогда успела побить или… что она там сделала с ней мать Полины? Ведь кого-то она успела… за волосы.
Собранная я сидела на лавочке у нашего подъезда уже через пятнадцать минут, нервно стукая мелким клатчем по деревянным перекладинам и хмуро думая о том, что снова ничего не сходится. А он же опять отшутится! Скажет, что это глупость и…
Машина остановилась у самого входа. Я рванула на переднее сидение, пристегнулась, поцеловала протянутую мне щеку и:
— Кого успела побить твоя бывшая недели две назад⁈ — выпалила, с ожиданием и вниманием сверля его.
У Лёвы сегодня было отличное настроение. Поэтому его улыбка растеклась ещё сильнее, а взгляд стал насмешливым.
— Насколько мне известно — была попытка наладить диалог как раз с эйчаром, — смешок, — однако та успела вызвать охрану и… ты купила новое платье? Оно так красиво сидит на… — его взгляд упал в вырез.
Мы переглянулись.
— Поднимемся в квартиру? — потянулась к ремню безопасности я.
Он думал несколько секунд, а после широко улыбнулся.
— Оставим это на вечер, — хмыкнул, пока выворачивал руль, — вопросы относительно сотрудников были связаны с тем, о чём ты поинтересовалась?
Я медленно кивнула.
— Откуда тебе известно о произошедшем? — стал серьёзным он.
Вот как у него могла родиться настолько не похожая на него дочь? Умом они точно очень сильно отличались — с Лёвой схитрить было сложно.
— Почему она напала именно на неё? — посмотрела на него так же, как и он на меня.
— Я отвечаю на твой вопрос — ты на мой, — и не дожидаясь моего согласия, — потому, что в офисе на тот момент она была одна. Как вариант. Или по той причине, что в офисе здесь за всё время появлялись только я, водитель-курьер, бухгалтер и соискатели на должности, помимо той, кто их, собственно говоря, ищёт. Твоя очередь.
Мы выехали из закрытой территории. Я надула губы.
— Полина сказала, — созналась я.
— Ты её отыскала? — удивился он, внимательно следя за дорогой.
Мне пришлось кивнуть.
— И вы смогли найти общий язык? — ещё больше удивился мужчина.
— Да, но она не знает кто я, — ответила ему.
Лев поджал губы.
— Твои предположения о перспективах? — завернул на другую улицу он.
Я долго подбирала слова.
— С ней тяжело, — разглядывала парк, мимо которого мы проезжали.
 
— В этом ты права, — хмыкнул как-то не улыбчиво совсем.
Но уже через несколько секунд его хорошее настроение вернулось назад:
— Сделаем всё постепенно, — кивнул он, смотря на дорогу, — думаю, если сперва тебя примет Давид, то, глядя на его реакцию, подтянется и Полина.
Не хотелось его расстраивать. Хотя бы тем, что милая Поля терпеть не может брата. Она его, блин, даже в члены семью не включает. И уж точно поведение мальчика не будет для неё примером — она нас двоих через колено и… к бабушке-фюреру.
Кстати, о ней.
— Ты как-то упоминал свою маму, — протянула, вспоминая, правильно ли я запомнила, — и то, что знакомить нас ты не станешь. Она… такой же сложный человек, как Полина?
Лев скривился.
— О, нет, — неожиданно усмехнулся он, — мама в какой-то мере… главарь их группировки.
Я ничего не поняла. Лёва хмыкнул и стал объяснять:
— Она самый сложный человек, которого я знал.
Я откинулась на кресло и потянулась. Перед глазами стояли кадры того, как меня с двух сторон тянут за волосы Полина и её мама. Теперь к этому дуэту присоединилась ещё одна женщина, которая стала подпинывать, помимо что бить сумкой.
— Хорошо, что она осталась в Москве, — тяжело вздохнула я.
Ну если сам Лёва так про неё говорит…
— Как за такой короткий промежуток времени ты смогла узнать столько всего? — будто и не спрашивал мужчина, — сегодняшний поход по магазинам был в присутствии моей дочери?
Мне стало некомфортно под его взглядом.
— Да, мы теперь подруги, — сглотнула я.
Лёвина бровь взлетела вверх в удивлении. Руль он поворачивал больше автоматически — не смотря вперед.
— Если мы сейчас куда-нибудь въедем — не вини меня, — попыталась улыбнуться для него.
— Подруги? — переспросил удивленно, — это она тебе сказала?
А я не сдержалась:
— Давай сделаем проще: у тебя дочь, у которой никогда не было подруг. Она не просто «сложная» в общении, а… тяжёлая. Она не знает и не умеет и половины того, что с лёгкостью делают все люди. Но! — под его открывшийся в возмущении рот, — с ней можно договориться. Она не дура, поэтому понимает, как ей сделать, чтобы хоть немного с кем-то… общаться, — я взглянула ему в глаза, — с ней можно подружиться, и я потерплю её… странности, если ты сейчас не придумаешь какую-нибудь защищающую её гадость и не выскажешь мне, — выдохнула и добавила, — и я как минимум её не обижу, как явно происходило не раз.
Рот он закрыл. Остановил машину и продолжил задумчиво сидеть, глядя перед собой.
— Ты продуманнее и хитрее, чем я предполагал, — нахмурил брови он, — Камила, от того, что ты сейчас делаешь, будут последствия, — строгий взгляд.
Я его реакции не поняла.
— Что я сделала? — отстегнула ремень я.
Мужчина сжал зубы.
— Ты её используешь, — удивил меня он.
И как только до меня полностью дошла вся суть, я открыла дверь, фыркнула и ответила:
— О чем я и говорила, — спрыгнула на асфальт, — не знаю, что с тобой, но каждый раз, когда мы говорим с тобой о твоих детях, ты сразу начинаешь… защищать их. Даже если я не нападала. А я не нападаю!
Закрыла дверь и пошла в сторону входа. Столик заняла, так же не дожидаясь его, и обиженно уткнулась в меню.
— Считаешь, что я перегнул палку? — через минуту он уже сидел напротив.
— Ты докопался до меня ни за что, — пробурчала.
Лев внимательно меня разглядывал. А через некоторое время улыбнулся и решил сделать вид, что ничего не произошло:
— Ты купила это платье сегодня?
Что он к нему прицепился?
— Ты меня обидел, так что я не буду обсуждать с тобой это, — скосила на него немного злой взгляд.
На самом деле я успела уже отойти, но…
— Я прошу прощения, — наклонил голову набок он, — Камила, представь себя на моем месте.