Двойное небо (СИ)
Она тяжело вздохнула, а я мотнула головой, поставив сумку обратно на полку.
— Так она потом целую неделю ходила и орала, пока я этот поводок с её глаз не убрала! — обиженное от подруги, — она вообще терпеть такое не может, — хмык, — когда какие-то вещи не на своём месте и… хм… мне пойдёт этот цвет? — она посмотрела на меня с ожиданием, поднеся к лицу ткань пиджака.
Я скривилась и мотнула головой. Девушка поджала губы.
— А я всё равно куплю! — пробурчала она.
— Ты его даже не мерила, — покосилась на нее я.
— И что? Мне нравится цвет, а в шкафу он будет далеко от моего лица, которому он не идет. Пусть висит и радует глаза! — она рассмеялась, — так вот — мама так сильно злится, когда её идеальный ремонт что-то ломает… она его называет гармоничным, поэтому даже вещи нельзя было раскладывать не по местам, — она бросила пиджак проходящему мимо консультанту, — отнеси на кассу, — и дальше нам, — а теперь всё по-другому, — едко усмехнулась, — я ей вчера сказала, чтобы она возвращалась в свою квартиру и решала всё там, потому что в этой — главная я, — довольное, — кто вообще сказал, что она будет управлять всем и здесь? — гордое, — отец, конечно, тот ещё говнюк, но если он сказал, что всё там моё, то с чего она будет главной? Я совершеннолетняя. А она там не хозяйка!
Нет, ну тут всё было логично. Если не считать того, что они с её мамой друг друга стоили.
— Так что я понятия не имею, что ей здесь надо, но… — она закатила глаза и скисла, — я вчера купила эту собаку. И всё, что там наплел этот, который продавал мне её. И мы с ней так классно играли, но потом пришла эта… знаете, она меня последнее время бесит так сильно, — выплюнула, — и я ей всё это сказала, а она мне как по лицу… — странно скривилась, — пришлось тоналкой с консилером замазывать утром, чтобы не было видно этого пятнища! И ещё такая: «Я тебя обеспечиваю… что-то там… даю тебе деньги, оплачиваю учёбу… а ты такая-не такая…». А мне что-то так смешно стало. Я стою и смеюсь, пока она с такими глазами круглыми в свою комнату идет! Представляете? А ещё она теперь к отцу так отчетливо клеится, — она хмыкнула, — ещё два месяца назад орала на него, что он бабник и извращенец, — смешок, — потом через неделю привела какого-то придурка, который ко мне полвечера клинья подбивал, как будто я должна была его принять, типо: «М-мм… у отца любовница была давно, а мать нашла себе мальчика за неделю. Ну ок. Мне нравится, молодцы». А потом она стала ещё психованней, что-то про деньги орала. Может, он её обокрал? Рожа у него была такая себе, я сразу подумала, что с ним что-то не так, — закатила глаза, — но, короче, он её бросил, вроде как. Она даже по отцу так не ревела, а тут в комнате закрылась и молчит, даже когда спрашивать у неё что-то. И всё, — усмешка, — сразу к отцу побежала, плевать, что они тут до этого устраивали. Ха! Она, кстати, говорила, что пыталась выследить его куклу на работе. Вроде как ей волосы повыдергивала, но потом там что-то не так пошло… может не она была, а может отец вступился. Он если раньше молчал под её крики и там… я не знаю, телик смотрел, то сейчас так смотрит на неё и сразу уходит, даже не слушает, — девушка рассмеялась, поджав губы на кожаные сапоги на витрине, — прикиньте — а она за ним бежит и продолжает, — скривилась, — терпеть их двоих не могу. Мог бы он уже отстать от нас и уйти к своей этой дуре, так нет — он делает вид, что ему не плевать. Пытается мне деньги давать, но мы с мамой уже всё сами решили — она рассказывала, что, когда нам надо было, он вообще куда-то пропадал. А сейчас появился и пытается выглядеть хорошим папочкой. Ага, пять раз я его простила! Мама, в отличие от него не спала, с секретаршей несколько лет! Может даже больше, пока она его не спалила!
Я протянула ей юбку и забрала ту, что выбрала она:
— Тут карманы не такие стрёмные и замок железный. Принты вообще редко бывают сносными, — рассказала ей.
Она несколько раз посмотрела на юбку и на меня.
— Слушай, ты где-то училась или… — начала она, — я тебя теперь каждый раз с собой брать буду. Ты такая умная!
Я почти подавилась.
— Нет, спасибо, — хмыкнула.
Я больше по сумкам, да и их в миллион раз легче заказывать, а не ходить самой.
— Да, ладно, — схватила меня под локоть и повела на кассу она, — хочешь, я тебе буду платить за это? Ты лучше, чем я думала, и не такая тупая, как все. Типо… если ты думаешь, что это как-то по-дебильному, то я платила двум своим подругам раньше. Они, правда, отказались приезжать сюда, но ты-то живёшь здесь.
Я не знала — жалеть её или продолжать хмуриться.
— Короче, ты поняла меня, — положила юбку на стойку она, — всё теперь тупо, но лучше — у меня есть собака, мать пытается вернуть отца, хотя сама его выгоняла больше, даже бабушки, а отец строит из себя хорошего папу. Хм… знаешь, я даже думала начать с ним «общаться», как было раньше. Ну, ты понимаешь, он будет давать мне деньги, я терпеть его разговоры. Хотя, — она вдруг стала грустной, — до того, как всё это произошло, мы часто ездили всей семьей или… да, без мамы чаще всего. Мы ездили куда-нибудь поужинать. Как-то даже лазили по горам, типо… поход, понимаешь? Огонь там… комары эти мерзкие, — она рассмеялась, — было классно. Хотя я сначала идти никуда совсем не хотела, поэтому нам прошлось взять машину, чтобы не тащиться как тупые через весь лес.
Если кто-то и хотел из нас с Верой что-то сказать, то шансов у нас не было.
Хотя мы с родителями тоже как-то ходили на пикник. Ездили на карьеры летом. Шашлыки в тёплые вечера, застолья на день рождения. Это было частью моего детства.
— На море каждые полгода, — продолжала она, — тут уже с мамой. Но, если честно, я знала, что она чаще летает куда-то, потому что я видела в её сумке билеты в заграннике, — мы двинулись к следующему магазину, — не знаю, полетим ли мы куда-нибудь этим летом, но… отец вроде сказал, что хочет познакомить нас со своей новой… ну вы поняли. Я ещё подумала, не хочет же он собрать нас всех в один отель? Это же будет… жесть. Мама от ревности потащит её топить прямо на пляже!
Ей было смешно. Я уже хотела домой.
— Давайте поедим, — потянула обеих на фудкорт, — а после уже посмотрим, что делать.
Ага, сбежим быстрее.
— Здесь? — скривилась Полина, — может доедем до…
— Сходить тебе за пиццей? — предпочтения подруг мне помнились ещё с первого года обучения.
А у Веры они были простыми. А ещё она явно устала.
— И сока, — добавила, пока она смущенно качала головой, — не страшно, что мы тебя оставим одну посидеть?
Тут она обрадованно кивала — не одной мне надоело вечное бурчание. Но сама же согласилась.
— Странная она, да? — бежала за мной вслед Полина, — она вообще за собой ухаживает? У неё на голове…
— И ты откажешься ехать с… отцом на курорт только потому, что поедет его девушка? — сменила её обсуждение я.
Долго просить новенькую не нужно было:
— Конечно поеду! — громкое, — хотя, если честно, смотря куда именно. Дубай — ещё да, а вот как в позапрошлый раз этот… Египет, то точно нет. Мне вообще там не понравилось. Но в тот раз выбирала не я, так что… м-мм… это реальная цена? Серьёзно?
— Две пипперони, молочный коктейль, колу и яблочный сок, — протянула карточку я, — напитки можно сразу.
Полина внимательно за мной наблюдала.
— Ты похожа на моего отца, — хмыкнула она, — он тоже такой серьезный, как ты сейчас. Но только он такой всегда.
Я хмыкнула:
— Может, я какая-нибудь внебрачная дочь, а ты и не знаешь, — усмехнулась.
Эту шутку она поняла:
— Скорее ещё одна секретарша с его работы, — цокнула, — зачем нужно подходить сюда, если всё должны принести?
— Заказ здесь забираешь сам, — я пошла обратно к столику.
— Да? Какая тупость, — закатила глаза Полина, — точно надо было поехать куда-нибудь в нормальное место.
Я тяжело вздохнула. Она этого даже не заметила.
— Я не буду здесь есть, можете даже не уговаривать, — сообщила нам, когда села, девушка.