Двойное небо (СИ)

Мой взгляд исподлобья он выдержал с улыбкой. А после… я резко развернулась и свалила его на спину, целуя больше с яростью, чем с любовью. Однако, именно эта самая ярость легко перерастала в страсть.
  
Глава 4. Пожилой вечер в Подмосковье
 
Машина остановилась напротив двухэтажного кирпичного дома. Высокие ворота делали его крепостью, из которой меня не выпустят и будут прилюдно пытать.
— Друзья, — повторила ужасающее слово я, — сколько из них тех, кто младше тебя?
Лёва вынул ключи из зажигания и снисходительно меня оглядел.
— Можем сейчас развернуться, а завтра отправиться знакомиться с моими детьми, — предложил он мне эту… как её называют?
Альтернативу. Может сразу в ад, м?
— Друзья, — согласилась я, отстегнув ремень и открыв дверь, — мм-м это шансон? На всю улицу? — бурчание, — я прямо окунулась в детство.
Когда пьяные мамины подруги расспрашивали о женихах и говорили, какая я красавица выросла.
— Тебе помочь? — Лев смотрел, как я неторопливо прохожу мимо ряда высоких машин у забора, — Камила, они, так же как и я взрослые люди.
Я кивнула, поправив в последний раз косуху и расправив подол платья, чтобы оно выглядело сносно. А после приняла его руку и дотянулась до теплой щеки, встав на носочки.
— Лев Саныч, вот я так и думал, что ты последний приедешь! — распахнулись ворота ещё до того, как Лёва успел к ним подойти, — а всё молодая жена! — меня оглядели с ног до головы, попутно обмениваясь рукопожатиями, — они, эти молодые жены такие.
— Перестань, — хмыкнул тот, от руки кого я не хотела отходить.
А его друг был явным представителем своего возраста: толстый, но только там, где живот, со странной улыбкой и легкой сединой в волосах. Без сальности во взгляде, но с явным вниманием именно в мою сторону.
— Да ладно, — хлопнул по плечу Лёву мужчина, — мы же без смешков, — мужчина ухмыльнулся, — не боись, Камила, мы тут все свои, — смешно повёл глазами и слегка подался в мою сторону, — и в тайне завидуем твоему мужу, а тебя ещё никто не видел!
Он как-то по-доброму рассмеялся, положив руки на трясущийся живот.
— Ты уже успел нажраться? — спросил, не требуя ответа, Лев, — сегодня в саду?
Он потянул меня вперёд, пройдя мимо мужчины.
— Пётр Андреич, — протянул мне широкую ладонь для знакомства «друг».
И тем самым останавливая нас. Лёва тяжело вздохнул.
— Заканчивай приставать, — внимательно следил за мужчиной он.
— Камила, — в этот момент я жала руку в ответ.
Приветливо улыбаться при этом было не так сложно, как я думала.
— Вот, видел! — обрадовался дядя Петя, которого в голове было легче называть так, — знакомимся мы, а ты нахохлился сразу! Сколько лет я тебе там морду не бил, а? — под улыбку Лёвы, — ты если что, — опять ко мне, только уже схватив меня под локоть, — будет надоедать со своим ворчанием, так ты мне жалуйся, я его знаешь как!
Это заставило меня рассмеяться.
— Уже начинать жаловаться? — моя рука сжала ладонь Льва.
Басистый смех разнёсся над домом.
— Не забывай кто одержал победу в тот последний раз с мордобитием, — уверенно направился в нужную нам сторону «муж», как назвал его друг.
Папа Лёву иногда называл моим женихом в разговорах о нём. Что-то вроде «Как там твой жених-то?». Вот и сейчас было что-то подобное. Только теперь совсем как-то преувеличено.
— Это ты так запомнил, — продолжал смеяться дядя Петя, — хотя ты тот ещё гад, я тогда неделю буквой Зю ходил, пока ребра синеть перестали! Давайте уже быстрее, — поторопил нас, — там Людка от нетерпения помрёт, пока вы тут ковыляете! Хотя я только рад, она же не… — взгляд со смешком мне в глаза.
— Иди уже сам, — закатил глаза Лев, — всё нормально? — вопрос ко мне.
Я хмыкнула.
— Все отлично, — ответила честно, — взрослые дяди со мной ещё себя так не вели.
Ага, только сватали к сыновьям пару раз, а ещё шутили что-то совсем баянистое и по-детски глупое.
Пётр Андреевич закатился, придерживаясь за дерево на его пути, а после завернул за угол за нами, когда слегка успокоился.
 
— А мы всё ждем, — встала одна из женщин, направившись к нам навстречу, — Камила, добрый день, — мило для меня, — надеюсь тебе у нас понравится. Ничего, что я так сразу на ты? — дождалась моего мотания головой, — я Люда, — она замялась, — и я рада, наконец, познакомиться.
Она трясла мою руку своими двумя всё это время. А ещё она выглядела адекватной, хоть и была возраста моей мамы. Никогда не думала, что смогу «подружиться» с такой как она.
— Мне тоже очень приятно, — улыбнулась ей.
За столом сидело ещё несколько похожих семей, каждый из их членов внимательно следил за представлениеи. Именно к ним подошёл поздороваться Лев, пока меня трясли за руку.
— Не обращай внимания на Марину, — шепнула мне женщина, пока мы медленно продвигались к столу, — она…
— Ещё бы он красивую не выбрал! — почти заорал на фоне дядя Петя, — да тут даже я… — поймал на себе взгляд жены, — ой, Люд, давай без этого, а.
И продолжил рассказывать всем, как я пошутила ему в ответ. Я пересеклась взглядами с улыбающимся Лёвой. Нас посадили по разные стороны стола, но друг напротив друга.
— Такая тонкая курточка, — смотрела на меня еще одна женщина, — тебе не холодно? Давай я Машке… Маш! — крик поверх моей головы, — притащи что-нибудь тёплое из своего! — и снова мне, — уже вечер скоро, а что толку от твоей этой кожи?
— Мам, не лезь к ней со своей заботой, а, — голос девушки заставил меня обернуться и посмотреть на неё, — думаешь она, когда сюда одевалась, думала только о том, чтобы ты её одела теплее?
Светловолосая Маша подмигнула мне, озарив улыбкой и ту, с кем она разговаривала. Ей было лет семнадцать, как и ещё одной справа от неё. Обе они сидели в беседке смотря на меня, но только Маша делала это с улыбкой. Чьи-то дочки? Не думаю, что в компании, где дядя Петя так радуется тому, что увидел меня, есть ещё кто-нибудь на меня похожий.
— Какая ты вредная, — беззлобно ответила ей женщина, — сейчас схожу сама, Камилочка.
Я мотнула головой, останавливая её порыв:
— Не надо, мне и так тепло. Правда.
От её жалостливого взгляда было крайне некомфортно. И это и есть та Марина, которую не нужно слушать?
— За меня! — объявил Пётр Андреевич, поднимая тост.
Передо мной оказалась полная до краёв стопка водки. Я перевела ошарашенный взгляд на Лёву. Тот уже поджимал глаза от выпитого.
— А как мы домой поедем? — спросила у него.
Сквозь неровный строй низких голосов мой казался даже звонким.
— Мы до утра, — на секунду повернулся ко мне мужчина.
После его утянул в разговор кто-то из мужчин.
А с какого фига мне никто ничего не сказал? Я достала телефон, проверяя связь и интернет. Я надеюсь, что смогу вызвать такси. Приедет ли оно сюда вообще?
—…вот такая рыбина, а этот мне такой с берега: «Держи её, падлу!», а у меня дырища в лодке! — громовое над столом от дяди Пети, — да этот дубина спиннингом машет до сих пор, — под хохот почти всех, — я ему говорю: «Да уймись ты!»… о, как раз про него, а вот он! Лёнька, иди я тебе стопку налью!
— Воздержусь, пап, — прошел мимо него парень, — девчонки, я думал вы…
Он сел рядом с Машей, начавшей бурчать уже для него, а не только для второй девушки.
—…а Лида теперь как? — женские разговоры были приглушённее, — с двумя детьми! А он с этой…
Я подняла взгляд от телефона на говорившую. Она тут же отвела глаза.
— Он ей квартиру и дом оставил, — поджала губы Люда, — ты видела цены на жилье в Москве? Не зря же вы с Серёжей перебрались сюда, когда вам за учебу Зои платить надо было.
Все промолчали, но не первая женщина:
— Что толку с квартиры ей? — с красным от выпитого лицом, — она ей деньги детей кормить не тащит!
Я хмыкнула. Все обратили внимание на меня.
— Он своих детей сдержит сам, — ответила, глядя на то, как она смущенно опускает взгляд, — у вас других тем нет? Тем более обсуждать это при мне, — я откинулась на спинку стула.