Проклятье старинного кольца (СИ)

Генка помогал в театре в качестве рабочего сцены. За это тоже платили, но до смешного мало. К счастью, спектакли бывали всего два раза в неделю. Да и сложные декорации требовались не всегда. В свободное время удавалось подработать разгрузкой в супермаркете, но товар туда завозили в основном по ночам. Проработав ночь, он редко выбирался на лекции. Кроме того, иногда что-то подворачивалось и в дневные часы. Генка с умилением вспоминал то время, когда их соседка со второго этажа уезжала отдыхать на Мальдивы и поручила ему ухаживать за тремя ее собачками. Во-первых, это не занимало много времени. Во-вторых, в его распоряжении была пустая квартира, которую он использовал для занятий. Отдых Калерии Станиславовны помог ему сдать осеннюю сессию. Дома был проходной двор. К маме все время приходили сослуживцы. Молодые актрисы бывали у них каждый раз, когда у них в жизни случались денежные трудности или любовные разочарования. Приходили бывшие работницы театра, тетки все пожилые. Они вспоминали с мамой прежние времена, часами пили чай на кухне. Иногда приходила костюмерша тетя Люба. Мама помогала ей шить костюмы. Театр держался на энтузиазме своих сотрудников и редких пожертвованиях благотворителей, увидевших свое чадо в спектакле в одной из главных ролей.
Кроме того, была еще соседка Лиля. Она приходила к Копейниковым через день заниматься математикой. Он знал ее еще в детсадовские времена. Он сам вызвался ей помогать, когда встретил на детской площадке худющую трогательную соседку в слезах и с размазанной по щекам тушью. Это случилось два года назад. Она получила двойку за четвертную контрольную и не хотела идти домой. Кто тянул его за язык, когда Генка пожалел дуреху и пообещал заниматься с ней, когда она захочет? Наверное, это гены. Иногда Генке казалось, что Лиля все сама прекрасно умеет и просто издевается над ним. Но со временем он привык и теперь ждал ее прихода.
Лиля — Лилей, но лекций не было, а коллоквиум на носу. Факультет, по маминым словам, стал уже не тот. Когда — то она работала там в учебной части и считала себя вправе судить об этом. За посещаемостью никто не следил, хвосты можно теперь пересдавать хоть сто раз, если платно. В крайнем случае, можно перевестись вообще на платное отделение. Но доводить до такого крайнего случая Генка не хотел, просто не смел и подумать. Ведь платить за это некому. Отец, тоже один из благотворительных проектов матери, как подозревал Генка, давно растворился в дымке прошлого. Последняя весточка от него — поздравительная открытка, которую он прислал матери по поводу Генкиного рождения.
Надо было добывать где-то лекции. Первым делом, конечно, девчонки. Но и тут существовали некоторые проблемы. Галка уже снабдила его тетрадью по математике, Соне он обещал принести редкий кактус, который рос у мамы на окне и как раз дал отросток, но мама носилась с ним, как курица с цыпленком.
В общем, идти было некуда. Еще раз окинув тоскливым взглядом комнату, Генка плюхнулся на диван и включил телевизор.
— Гена, не трепи мне нервы, садись заниматься.
— Мам, десять минут. Наши выигрывают.
— Вот и отлично. Ты собираешься вылететь из института?
— Нет, — Генка нехотя выключил телевизор.
Галина Степановна в принципе была довольна жизнью. Слава богу, сын вырос. Когда он учился в школе, проблемы одолевали ее со всех сторон. Приходилось трудно. Олег совсем им не помогал, да и не мог он. Он же — творческая натура, художник. Денег у него никогда не было, и раньше Галя помогала отцу своего ребенка, а не он ей.
А деньги ох как нужны! Генка любил прогуливать уроки. Из класса в класс его переводили со скрипом. Его бы и выгнали, если бы не одноклассник Галины Федя. Он работал деканом в осетровском Политехе. Попросил своих аспирантов, и с Генкой начали заниматься по физике, химии и математике. Им Галина хоть и немного, но должна была платить.
С гуманитарными предметами сына выручила Любочка Новожилова. Ей Копейникова помогала обновить гардероб — шила праздничные платья, стильные блузки и брюки. В Заливном Осетре импортные вещи купить невозможно, а Любочка — певица. Ей на сцену нужно выходить каждый раз в новом, не то засмеют. Любочка музыкальных институтов не заканчивала, но голос ее — чуть хриплый и глубокий — полюбился осетровским зрителям.
 
А заканчивала певица Институт культуры, и в совершенстве знала русскую литературу и историю. Это очень пригодилось Галине Степановне. У Любочки был дар вколачивать в тупых подростков гуманитарные предметы. Ей бы в учителя податься… Генка не был тупым и прекрасно освоил историю с литературой, которые вряд ли ему когда-то пригодятся. Короче, за новый гардероб Новожилова занималась с Генкой и вывела его на твердые тройки по гуманитарным предметам.
Когда сын подрос и без проблем сдал экзамены в осетровский Политех, Галина вздохнула с облегчением. У нее появились новые занятия. Кругом было столько несчастных и обделенных, до которых раньше просто не доходили руки!
Генка первый курс окончил с легкостью. Ему хватало знаний, полученных от репетиторов. Вот потом пришлось труднее. В зимнюю сессию на втором курсе он завалил матанализ. Нужно было его пересдать, а у него времени не было. Он же стал кормильцем в семье — подрабатывал, где мог, и матери деньги давал. Галя очень волновалась, что ребенка выгонят и придется ему идти в армию.
А парень-то — хороший. По хозяйству ей помогает — мусор выносит, полы моет. Не хочется его в армию отдавать.
Вот что ей не нравится, так эта дружба с Лилей. Вечно Генка с ней носится. Она — как дитя малое, ничего без него сделать не может. Или только притворяется? Идут в поход, он ее рюкзак проверяет. В школе контрольная — он с ней занимается накануне. Такая непутевая! Конечно, глаза огромные, ресницы пушистые, какой парень не клюнет. А Генка — такой наивный! Только ему заниматься надо, в институте учиться, а не девочкам рюкзаки проверять.
С этими мыслями, тяжело вздохнув, Галина Степановна пошла готовить любимому сыну ужин.
В дверь позвонили.
— Мам, я открою.
***
Успешно миновав сквер и подойдя к автобусной остановке, Кирилл вспомнил, что ключ от квартиры остался в кармане ветровки.
«Вот тебе и хорошая погода! Мама, конечно, уже ушла. Придется применить план «Х».
Гена открыл дверь. На площадке стоял незнакомый человек лет на пять старше его.
— Здравствуйте. Как удачно, что мне открыли именно вы! Я ваш сосед, живу во втором подъезде. Вы не позволите на секунду выйти к вам на балкон?
— Гена, кто это?
— Соседи. Не волнуйся, мам. Проходите, пожалуйста.
Лицо молодого человека показалось Генке знакомым. Гость благодарно кивнул и стремительно вышел на балкон. В этот момент у него в кармане зазвонил телефон.
Вопреки уговорам Кати, Ольга испугалась. Нужно было срочно все выяснить у Кирилла. Она решительно набрала его номер. Кирилл снял трубку не сразу, телефон успел издать звонков восемь.
— Мам, что у тебя?
— Кирюша, нам надо поговорить.
— Мам, я сейчас не могу, — сдавленно произнес Кирилл.
— Почему не можешь? У тебя же занятия должны уже кончиться.
— Я тут на балконе. Я тебе перезвоню.
— На балконе?! Ты что, опять ключи забыл и лезешь домой через соседский балкон?
— Все, я уже перелез. Так что ты хотела?
— Кира, я сколько раз тебе говорила, чтобы ты не лазил через балкон домой. Я и запасные ключи у соседки оставила.
— Ой, я забыл.
— А что у тебя со здоровьем?
— Все-таки тетя Катя проболталась… Ничего у меня нет, просто усталость. Она сказала витамины пить и спать побольше, — Кирилл терпеть не мог, когда мать называла его «Кира».
 
— Еще она сказала анализы сдать. Кирилл, это не шутки, нужно хорошенько обследоваться.
— Мам, я анализы сдам, а по врачам ходить не буду.
— Кира!
— Мам, я уже большой мальчик. И потом, я же пошел к тете Кате без твоих указаний. Это о чем-то говорит.
— Смотри, я прослежу!
— Хорошо, — и Кирилл нажал кнопку отбоя.