Трофей для Рейдера (СИ)
- Добрый день, - злить его своим молчанием было чревато. - Значит, это вы... зачем вы меня похитили? Деньги? Вы же прекрасно знаете, что я их не брала...
- Знаю, не тупой, - смачно отрыгнул Шакуров. - Я сам их взял. Мне эти копейки не уперлись, цыпочка. Мне от тебя нужно другое.
- Если вы думаете, что для Барсова я так много значу, это не так... он просто как вы... не смог пройти мимо, не воспользовавшись своим правом...
- Продолжай, - почесал второй подбородок босс. - Воспользовался? Тебе понравилось? Или тоже визжала, вырываясь, как блаженная целка?
- Он сам говорил, что я ничего для него не значу. А на мне висит долг, которого нет.
- Стало быть, он не прилетит тебя спасать, твой гребаный Бэтмен? Ты это мне хочешь сказать?
- Не прилетит, - покачала голой я. - Вам стоило не верить Кристине Олеговне, а поискать, кто действительно ему дорог. И это не я...
Шакуров, кряхтя, поднялся с кресла и пошел ко мне. Я сжала зубы, приготовившись к удару.
- Да не сцы, Влада. Пей.
- Я не...
- Пей, твою мать! - горлышко бутылки стукнуло о мои зубы, задевая ссадину на губе, и чтобы не злить этого психа еще сильнее, я открыла рот и проглотила обжигающую жидкость.
Шакуров резко отнял бутылку. Я вовремя зажмурилась, иначе вплеснувшийся виски попал бы мне в глаза.
- Так, хватит. А теперь давай. Еще раз подумай и скажи, как ты безразлична Барсову. Хорошо подумай.
- Но это правда! Я всего лишь... одна из многих... и...
- Одна из многих, сука? - он вдруг резко схватил меня за волосы, припечатав затылком к батарее. - Ты, падла, за кого меня держишь? Одна из многих? Как будто это не из-за твоей п...ды твой хахаль отнял у меня бизнес и пустил по миру? Я похож на лошару, который будет слушать твои сказки?
Удерживая сознание, я в упор уставилась в его выпученные глаза.
- Я не... что вы говорите? Из-за меня? Я его тогда впервые увидела! Я знать не знала этого человека!
- Вот как? Это не ты трясла год жопой в его богадельне? Это не там у него яйца вскипели до такой степени, что твой урод отжал компанию, которая ему на хрен не упала?
«Он же псих! Он безумный псих! Такое даже под наркотой не придет никому в голову!» - с ужасом поняла я, пытаясь въехать в смысл сказанных слов.
- Вы... вы что-то путаете... у клуба другой владелец, и я никогда не видела там Барсова!
- В несознанку пошла? - несильно припечатал кулаком в щеку Шакуров. - Что ж, это хрен тебе поможет. Зато, когда я с тобой закончу, все так и будет, ты станешь для этого урода пустым местом. Он не тот, кто будет лизать объедки!
- Он знает, где я?
- Он не узнает, - самодовольно изрек мой бывший босс. - А когда узнает, будет уже поздно. Я прикопаю тебя в лесу. А перед этим наиграюсь.
- Да за что? Что я вам сделала? Если вы говорите правду, пусть он отдаст вам компанию. Взамен на меня, и мы забудем обо всем...
- Ты такая простая. Или больная на голову, - отхлебнул из бутылки А.Н. - А ведь реально, что этот сладкий урод в тебе нашел? Все дырки устроены одинаково. Так хорошо трясла жопой?
- Я говорю правду... я знать не знаю о том, что вы говорите.
- Ой, надо же, - Шакуров сжал мое запястье поверх браслета, заставив зашипеть от боли. - Больно, да? И не попросишь, чтобы снял?
Я не ответила. Понимала, что стоит хотя бы кивнуть, и он накинется на меня.
- А я сниму, - ударив меня по щеке, прогнусавил А.Н. - А ты мне покажешь, как же надо трясти задницей, чтобы ради тебя отжимали бизнес. Прямо здесь.
Руки уже начали опухать от застоя крови. И я прекрасно понимала, что играть в героиню нет никакого смысла. А вот если кровообращение придет в норму, это будет уже плюс.
Наручники с глухим звоном упали на пол. Я растерла руки и застонала от адской боли.
- Сейчас разомнешься, - Шакуров сжал пятерней мое лицо и поцеловал.
От отвращения я перестала дышать. Ничего омерзительнее, чем его язык, я ранее не испытывала. Едва не разревелась, понимая, что последует дальше.
- Ну что, Влада? - оттолкнув меня, А.Н наполовину опорожнил бутылку. - Встала и пошла танцевать. Я жду. Дернешься, прострелю колено. Я всегда ношу с собой пистолет.
- Вы... ты думаешь, после того, как ты пообещал меня убить, я смогу танцевать?
- О как, мне нравится. Мы перешли на «ты». Считай, я выпил с тобой на брудершафт. Не кисни раньше времени. Если мне понравится, что ты исполняешь - проживешь долгую жизнь. Может, и детей заведешь. Ну?
Обувь с меня сняли еще до того, как я пришла в себя. Я посмотрела на свои голые ступни, затем - на усыпанный бетонной крошкой пол.
- А кто сказал, что жить легко? - загоготал Шакуров. - Профи должны танцевать в любых условиях. Пошла!
Я с трудом поднялась на ноги. А.Н ударил меня в спину, выталкивая на пятачок перед своим креслом. Острые камешки впивались в ступни, и мне не оставалось ничего другого, кроме как присесть на корточки и кое-как смести строительный сор ладонями в стороны.
А.Н развалился в кресле, которое только чудом не развалилось под его тушей, хлебая виски так, словно это была вода. Масляные глаза навыкате следили за каждым моим движением. Я помедлила, и тогда бывший босс решил продемонстрировать мне свои намерения более явно: достал из барсетки пистолет, направляя его в мою сторону.
- Пиф-Паф! Танцуй, иначе я прострелю тебе коленки, тварь!
Я выпрямилась. Подняла все еще пульсирующие руки над головой, слегка согнув колено. Качнулась в стороны, повернулась, ритмично дергая плечами.
- Твою мать, Влада, я что, в театре оперы и балета? - взревел Шакуров, рисуя восьмерку дулом пистолета. - Только рне звезди мне, что Барсов запал на эту херню! Танцуй, твою мать!
Я понимала, что он не шутит. И даже если нет намерения меня убивать или калечить - пока еще, с вполне определенной целью - то под синей пулей это бухое животное выстрелит случайно и не поймет, что именно сделал. Стараясь не злить его до того, как окончательно вырубится от воздействия алкоголя, я начала двигаться - так, как всегда танцевала в клубе, забывая обо всем и отдаваясь танцу.
- Шеста не хватает, - самодовольно комментировал Шакуров заплетающимся языком, водя пистолетом в такт моим движениям. - Давай, сучка. Зажги меня, как этого урода...
Я старалась не смотреть на А.Н, который засунул руку в штаны и теребил свое достоинство. Бутылка опустела, и он просто разбил ее об стену. Каждое мое движение отдавалось болью в босых ногах, но я продолжала танцевать, заметив, что большое количество алкоголя не прошло бесследно для Шакурова - он начал проваливаться в пьяный сон.
Если это произойдет и я заберу пистолет, то все. Буду спасена. Осталось совсем немного. Но увы, надолго в дремоту он так и не погружался. Иногда вскидывал голову, осыпая пошлыми комментариями. Я готова была вытерпеть все, что угодно ради спасения, поэтому даже не вслушивалась в слова.
Думать о том, через что мне предстоит пройти после танца, было мучительно. Я старалась даже не допускать таких мыслей, понимая, что сорвусь. Итак каким-то чудом еще держалась, но неизвестно, насколько меня хватит. Пусть напьется до беспамятства и забудет обо мне! Главное - выиграть время, а там, я уверена, Николай придет мне на помощь.
Если цель Шакурова - вернуть компанию, бабки, да хрен знает что еще, но только не стремление получить то, в чем его обломали в тот злополучный день в кабинете... Но увы, я понимала - этот урод захочет, выражаясь простым языком, «и рыбку съесть, и на х.. сесть». Время играло против меня. Оставалось надеяться.
Он уже почти задремал, но продолжал сжимать пистолет в руке. Я замерла и прислушалась. Сейчас - или никогда. Перспектива бежать босиком через заброшенную промзону и не понятно сколько еще километров, конечно, удручает. Но рано или поздно я выйду к дороге или поселению. Надо рискнуть.
Медленно, стараясь не шипеть от впивающихся в ступни камешков, я двинулась в сторону спящего А.Н. Шаг, другой. Главное - завладеть пистолетом. Вспомнить, где предохранитель, и палить без раздумий. Любой адвокат потом докажет самооборону, главное выжить!