Шакалы пустыни (СИ)
Катрин онемела. Конечно, археологи не ангелы, но применение взрывчатых веществ в одном из самых сакральных мест мировой археологической науки, это даже не кощунство, а вообще…
— Молчите? – шеф вытянулся поудобнее и блаженно закрыл глаза. – Правильно молчите. Я тоже несколько удивился. Но профессор именно за этим сюда и шла. У нее давние и страстные разногласия с египетским Министерством по делам древностей. Полагаю, она бы и их с удовольствием взорвала, но пока случай не представился. Рекомендую отдохнуть. Нам с вами еще и лезть в этот погребальный погреб.
Катрин шепотом дала неукротимой профессорше крайне нелестную характеристику.
— Как-как? – слегка удивился шеф. – Гм, а у вас получается много сочнее, чем у ученой дамы. Впрочем, можете высказать профессору и в лицо – сегодня она вряд ли что-то способна воспринимать.
Катрин посмотрела в сторону возящихся среди камней археологов – действительно, дорвались и абсолютно неадекватны. Теперь их разве что пулей остановишь. А это будет уже чересчур. Уважение к истории и погребениям это все верно, но необходимость поскорее вернуться домой – важнее. Тьфу, звучит цинично, а куда деваться.
К временному лагерю возвратился глубоко расстроенный доктор – в ближайшем склепе его встретила безнадежное запустенье: копоть, хорошо обглоданные бараньи кости, к тому же на исследователя набросилась уйма блох. Вейль предложил доктору взять аэрозоль от насекомых и занять сторожевой пост. «Крест», почесываясь, неохотно двинулся сторожить.
Катрин направилась проведать лошадей – те понуро стояли в узкой полосе тени. Сверху пекло все сильнее, долина, окруженная не слишком высокими, но обрывистыми стенами-скалами, хранила недобрую тишину. Было слышно, как сидящий в сотне метров доктор пытается реанимировать клапан анти-блошиного баллона. Катрин бессмысленно смотрела на дремлющих лошадей. Древних покойников, блох, жары и тишины архе-шпионка никогда не боялась, но сейчас отчего-то было не по себе.
К тенту, размахивая руками, спешил младший научный помощник. Катрин подумала, что истинно увлеченные люди – большая редкость. Конечно, и ей самой иной раз приходилось бегать по жаре, но там-то выбор был простой: не бегаешь – дохлой валяешься. А здесь тяга к научным открытиям и первооткрывательская корысть истинные чудеса творят – вон, скачет как муфлон на первое свидание, копытами рискует.
— Все готово! Сейчас откроем! Господа, пригнитесь, возможны осколки камней, — еще издали завопил «Латино».
Из-под тента высунул круглую потную голову шеф, раздраженно принялся поправлять-проверять растяжки укрытия.
— Слушай, Алекс, не собираетесь же вы… – начала уточнять обстановку архе-зэка, но тут громыхнуло…
Летели осколки камней или не летели, Катрин так и не узнала, поскольку перепуганные лошади рванули, пришлось изображать родео, удерживать и укрощать, уворачиваясь от лягающихся копыт. Инструктор по конно-собачьему животноводству уже посчитала, что не справится – лошади чужие, по-европейски ничего не понимающие, да и привязала их отвыкшая от конюшенных забот специалистка не совсем верно, но на помощь прирысил учуявший возможные неприятности шеф, а Дикси залезла на камень и принялась вертеться и с чувством завывать. Все эти мероприятия (подкрепленные интуитивно понятными всем животным матерными уговорами) слегка запутали, отвлекли и успокоили лошадей.
— Как скверно вы ругаетесь, – отметил Вейль. – Это ведь по-русски?
— По-казачьи. Незаменимый язык при общении с дикими лошадьми и ослами. Вообще-то, напрасно мы не взяли переводчицу, Анис хотя бы приблизительно знает, как обращаться к этим нильским мустангам. Кстати, я сейчас пойду и напинаю под хвост нашей безмозглой профессорше. Что это за привычка проводить взрывные работы без всякой подготовки?! – злобно поинтересовалась Катрин.
— Нет смысла пинать профессора – она нечувствительна, ибо в полном блаженстве, – вяло махнул рукой Вейль.
Профессор де Монтозан стояла на скальном уступе и торжествующе размахивала шляпой. За спиной безумной дамы неспешно рассеивалось облако дыма и пыли.
— Совсем сбрендила тетка, – пробормотала Катрин. – Слушайте, а что это так нехорошо шипит?
Видимо, шеф, несмотря на свое сонное спокойствие, встречу с коброй не забыл – рука Вейля дернулась к пистолету. Но если поблизости и были пресмыкающиеся, взрыв их закономерно распугал. Шипел нештатно сработавший (видимо, в результате детонации) анти-блошиный аэрозоль. Над камнями поднималось дрожащее облачко, доктор, зажимая нос, поспешно отбегал от места внезапной «газовой атаки».
Катрин стало совсем тошно: видят боги, это какой-то цирк с конями, собачками, спецэффектами и научными уродцами.
…— Безукоризненное вскрытие слоя! Именно «боковой шурф L», взгляните – словно бригада землекопов грунт снимала. Какой точный профессиональный расчет! – восхищался младший научный работник.
Профессор скромно, но торжествующе улыбалась. Члены экспедиции сгрудились у входа к вожделенному нетронутому погребению.
— Но это же не вход в камеру? – не скрыла удивления Катрин, заглядывая в узкую щель, пованивающую взрывчаткой. На грубых краях были видны древние сколы от небрежной работы примитивными инструментами.
— Господи, Катарина, как и где вы учились?! – ахнула профессор. — Это же KV-70, один из знаменитейших объектов Долины! Естественно, это не центральный вход, а шурф грабителей могил, пытавшихся расхитить погребение еще в смутные времена одиннадцатого века до нашей эры. Наглецам удалось попасть в погребальную камеру, но они ничего не осмелились взять, завалили вход и в панике бежали. На наше счастье, в ту эпоху суеверия оставались все еще достаточно сильны. Настоящий вход в KV-70 вот в той впадине, но там нам путь преграждают десятки тонн камней. Это достаточно известный объект, официально открытый лишь в 1909 году этим ничтожным выскочкой Аутоном. К величайшему сожалению, и описания захоронения, и сами артефакты исчезли бесследно, остались лишь противоречивые воспоминания случайных свидетелей открытия. Толстозадый британец был еще тем мерзавцем. Но у нас есть замечательный шанс вернуть утраченное науке! Черт возьми, Катарина, ведь об объекте KV-70 все знают, это же период XVIII династии. Мне за вас стыдно! Вы же наверняка проходили эту знаменитую историю еще на первом курсе.
— Я тогда грипповала птичьим гриппом и пропустила, – оправдалась Катрин, сдерживая желание приложить профессора по лохматому затылку рукоятью пистолета. – А можно уточнить – откуда известно, что первые грабители ничего не захапали и удалились в этой самой панике? Они, в отличие от Аутона, оставили воспоминания?
— Они оставили нечто более весомое, чем плоские шуточки. Полностью гробницу изучили уже в 50-х годах, тогда и нашли тайный шурф. В нем сохранился скелет одного из незадачливых грабителей. Воришку бросили испуганные подельники. Где-то здесь… — профессор огляделась. – Кажется, я видела осколки ребер… Дикси, брось сейчас же! Это тебе не игрушка!
Крысо-собака выронила осколок нижней челюсти смутных времен 11 в. до н.э – желтый и обслюнявленный – и поспешила к темному провалу, справедливо надеясь, что там найдутся костяшки поинтереснее. Профессор изловила редкопородную питомицу и сунула в сумку – уступать право первооткрывателя де Монтозан никому не собиралась. Вот с остальными членами экспедиции вышла некоторая неразбериха. Доктор «Крест», которому вроде бы отводилась роль часового и «верхне-надзирающего», намеревался непременно спуститься в склеп. Прислушиваться к каким-либо доводам эскулап категорически не желал и вообще выглядел откровенно неадекватно: речь отрывистая, взгляд возбужденный, от шурфа не отходит. Просто показательный случай кладоискательской лихорадки. «Латино» выглядел немногим лучше, но с ним понятно – профессиональный психоз, до триумфа остался один шаг (вернее, один «вползок») в тесное подземелье. Катрин, напротив, была не прочь составить компанию лошадям и присмотреть за ценным экспедиционным имуществом, но тут Вейль повторил однозначное: «можете понадобиться внизу». В итоге лошадей оставили без присмотра. Шеф заверил, что в случае чего и пешком до города можно добраться, «не в пустыне». Профессор отмела любую вероятность утери транспорта как «невозможную и глупую», поскольку лошади будут нужны для перевозки самых ценных находок – у научной руководительницы экспедиции был проработан подробнейший план действий по расхищению гробницы. Но сейчас Камилла так жаждала наконец-то войти в нетронутое захоронение, что о дальнейшем и думать не могла.