"Фантастика 2023-155". Компиляция. Книги 1-20 (СИ)

— Вариант А: верхняя часть туловища не видоизменяется; существующая пара ног укорачивается вдвое.
— Я же все время падать буду, — выковыривая из аптечки бело-зеленые капсулки на ладонь, заметил Порнов.
— У вас отрастет вторая пара ног, — успокоил его компьютер. — Будут продублированы некоторые внутренние и внешние органы; в том числе половые.
— Восьминогий многочлен; всю жизнь мечтал, — сказал Порнов, катая капсулки на ладони. — Другие варианты, я так понимаю, еще веселее?
Компьютер высветил на экране восемь различных картинок; Порнов с живым интересом переводил взгляд с одной на другую.
— Мне вот эта нравится, — он ткнул пальцем в один из рисунков; на нем был изображен приземистый коренастый мужчина, крепко стоящий на мускулистых, более похожих на дорожные столбики, коротких ногах; сложен был мужчина пропорционально; единственным его отличием от человека были две огромные клешни вместо рук; то есть, предплечья еще были человеческие, а вот уже дальше торчали вперед массивные метровые костяные дуги.
— В какой-то старой игре я такое чудо видел, — сказал Порнов. — Только у него вместо клешней, кажется, базуки были… В детстве меня часто тырили; помню, я все время о таких лапах мечтал.
— Выбор за вами, — меланхолично заметил компьютер.
— У меня тут только четыре капсулки, — сказал Порнов. Он еще хотел добавить, что остальные спеклись в корку; поднял разноцветную пластинку, чтобы получше разглядеть, но вместо нее — на сей раз уже без всяких судорог и головокружений — в руке у него оказался как бы маленький цветной дисплей; Порнов с любопытством заглянул в него и обнаружил там финальную сцену из сна; ту самую, что он столь тщетно пытался вспомнить; но радости увиденное принесло ему мало.
…Резиновые зажимы ослабли, и нагое женское тело шевельнулось в воде; черными змеями вытекающие из вскрытого черепа шланги нисколько не стесняли его движений; в течение следующей секунды женщина подняла голову из воды и коротко, через плечо, взглянула на Порнова; и Порнов наконец смог увидеть ее лицо; и, конечно, это было лицо Мич; искаженное смертной мукой печальное лицо Мич…
Возвращение из кошмара было сродни пробуждению от ужасного сна; на лбу Порнова аж испарина выступила; глубоко дыша, он глянул на пластинку в руке, на пилюли — и спрятал их обратно в коробочку; что ему конкретно привиделось, он сразу забыл; но ощущение было страшное и связанное напрямую с пилюлями.
— …рекомендую не уменьшать дозу, — закончил фразу компьютер; начало ее, по всей видимости, Порнов пропустил; однако переспрашивать не стал, лишь сипло уточнил:
— Я так думаю, за день-другой у меня и без блокады рога не вырастут…
— Нет, — подтвердил компьютер, — необратимые изменения начнутся примерно через неделю…
— Я тогда пилюли пока приберу; вдруг еще мерзавчик-другой нашей настойки принять захочется. Уж больно чудной эффект; как будто тыща глаз открывается.
Компьютер вновь тревожно запищал и принялся вкручивать Порнову про какие-то хитрые психотропные особенности настойки; тот слушал его в пол-уха — знал, что в случае серьезной опасности компьютер вел бы себя совсем по-другому.
В мисочке под булькающим чаном плескалось уже больше полулитра прозрачного кокосового первача; глядя на его притягательный блеск, Порнов с великим трудом пересилил себя. «Совсем алкоголиком становлюсь, — подумал он, не отводя глаз от дармовой выпивки. — Ну, выпью; а как потом пьяный кафтан свой латать буду; и так вон уже двоится-троится».
Аргумент возымел действие; тяга к алкоголю чуть поугасла.
— Могу же, если захочу, — возрадовался крепости своей воли Порнов; не мешкая, аккуратно разложил скафандр на песке животом кверху; ветоши у него не было; пришлось воспользоваться нескончаемыми стропами, связав из них пухлый пучок.
— Увидели бы меня ребята за этим делом, убили бы, — проговорил он, поливая выемки и ссадины на скафандре журчащим ручейком самогона и промокая их мягким тампоном.
 
Вскоре в глубине черных дыр на левой стороне груди заблестела серебряная паутина — электронное сердце скафандра; лезть ветошью туда Порнов побоялся и лишь щедро плеснул алкоголя, надеясь, что тот сам выполнит всю восстановительно-оздоровительную работу.
Жара и алкогольные испарения вновь стали дурманить его мозг; но на сей раз он четко знал, что не должен расслабляться. И не расслабился: оставил скафандр подсыхать, а сам сбегал на речку; сполоснулся и прополоскал горло.
Вода показалась ему странной на вкус; теплой уж чересчур; он зачерпнул пригоршню и направился к своей мини-лаборатории.
Истосковавшийся по работе компьютер встретил его новой порцией ужасов о коварной настойке; но Порнов довольно невежливо его перебил:
— Ты лучше мне расскажи, что об этом думаешь…
— Повышенное содержание серы, — промямлил компьютер, неохотно отвлекаясь от магистральной темы, — вулканическая деятельность и тэдэ… Что же касается психоделических аспектов выделенного соединения…
— Что значит «и тэдэ»? — вновь перебил его Порнов. — Ты давай полностью докладывай; а то получится, как с выпивкой: сначала полчаса думаешь, а уж потом, после драки, еще сутки руками машешь…
Компьютер углубился в какие-то свои расчеты; Порнов тем временем вновь возжелал «дерябнуть рюмочку», но вместо этого убедился, что скафандр еще не просох от обильно пролитого на него спирта, вздохнул и вернулся обратно; по дороге случайно раздавил пакетик с остатками масла.
— Что за день, — пожаловался он компьютеру. — Вот, как тарелку разбил, так все кувырком покатилось; водка эта левая… теперь еще вот и вода испортилась… саранча эта крабья… крабья саранча…
Он задумался на мгновение, попытался поймать ускользающую мысль, но не смог.
— О чем это я? Ах, да; живем, как на вулкане…
Вот здесь у него дела пошли лучше; да и промелькнувшая догадка не отличалась особой верткостью; уже через пару секунд Порнов распластался на земле, прижав к ней правое ухо.
— Она всегда так тряслась, или это только сегодня? — почему-то шепотом спросил он у компьютера. — Ну-ка, быстро прогноз погоды…
Компьютер беспрекословно располовинил экран еще для одной задачи и вывел в образовавшееся окошко результаты замера; зажег транспарант «аппроксимация результатов» и принялся им моргать; выбросил на экран короткую строчку; дождался, когда у Порнова волосы встанут дыбом, и уж тогда изо всех сил взревел той самой сиреной «смертельной опасности».
— Землетрясение — десять баллов; эпицентр — мы и есть эпицентр… Оставшееся время — двадцать минут…
Какое-то время Порнов заполошенно метался по берегу; спотыкаясь о расставленные кастрюли и каждый раз аккуратно переставляя их на новое место. Только разбив, наконец, очередную, успокоился; опустился на песок и, перебирая обломки, обращаясь к небу, возопил:
— Ну нельзя же так! Только человек жить начал; хозяйством, можно сказать, обзавелся; и опять за рыбу деньги, опять все по-новому; да сколько же это продолжаться может; что я, двужильный, что ли! Все, не могу, не хочу, не буду! Хватит, наработался, пора отдохнуть!
Он подтянул к себе техническую мисочку; несмотря на щедрый полив скафандра, на дне ее оставался еще добрый стакан алкоголя.
— Тем более, у нас и повод появился, — держа глиняный сосуд в одной руке, Порнов другой тыкал кнопки на пустом запястье скафандра; на экранчике одна за другой выскакивали надписи «исправен», «исправен», «исправен»; оживший кибернетический мозг скафандра быстро восстанавливал исправность электроцепей. — Сейчас тест прогоним, и можно будет Мич вызывать; через скафандр прямо на большой экран…
— Все-таки я клевый электроник, — с дрожью в голосе произнес Порнов. Компьютер вновь предупреждающе запищал и вывалил на экран целый список поджидающих Порнова неприятностей; уставившись на экран компьютера отрешенным взором, Порнов проигнорировал его хлопоты полностью и, механически поднеся ко рту чашку, опрокинул ее в рот.