Мой (не)желанный дракон (СИ)

— А что будет, если я вообще не расскажу ему правду? Если он ее не заслужит?
— Он умрет от тоски по своей истиной. Но это хотя бы заставит задуматься остальной род драконов и, возможно, спасет ситуацию, — жестко объяснила Венера, — так что это точно не самый худший вариант. Все, больше никаких вопросов! Я и так сказала достаточно.
После этих слов в руках божества появился шар черной дымчатой субстанции.
Богиня с видимым усилием втиснула этот комок мне в тело, куда-то в район солнечного сплетения.
Но я уже этого не видела, ведь, стоило Тьме коснуться моего тела, я испытала нестерпимую боль и рухнула в спасительный обморок.
  
Глава 7
 
Пришла в себя я резко. Будто кто-то включил выключатель.
Я лежала на каком-то камне (как оказалось впоследствии — это был алтарь, используемый для подношений даров богине), а вокруг меня столпилось несколько монахов, благоговейно меня разглядывающих.
Увидев, что я пришла в себя, мужчины вокруг засуетились.
Вперед вышел какой-то старец, который и объяснил мне, что вообще происходит.
Как оказалось, я появилась на алтаре, будто соткавшись прямо из божественного свечения.
Но богиня не просто бросила меня на попечение своих служителей, а таки соизволила дать пояснения о моей дальнейшей судьбе.
В подробности меня никто не посвящал, но коротко старший монах рассказал мне о дальнейших планах.
Я должна была провести в этом месте почти три месяца, ровно до того момента, как откроется приемная комиссия в местной Академии Магии. До этого момента я должна была старательно учиться, изучая местные нравы, быт и готовясь к поступлению в это высшее магическое учебное заведение. А дальше, как сказал старец: «Судьба покажет».
Так я стала жить при храме. Не то в роли послушницы, не то приживалки.
Меня никто ни в чем не ограничивал. Я могла передвигаться где захочу, исключая личные кельи монахов. Но туда я и сама бы не пошла, ибо неприлично.
Даже в город мне спустя некоторое время разрешили выходить, правда, исключительно, чтобы я могла посещать местную библиотеку. Ведь в храме были в основном теологические труды, мало способные помочь подготовиться мне не только к экзаменам, но и вообще к окружающей реальности.
Именно в первые дни, проведенные в храме, я сначала окончательно убедилась в своем «попадании», а потом и смирилась с ним.
Ведь, несмотря ни на что, до этого момента я, наверное, до конца не верила в то, что оказалась в другом мире. Думала, что, возможно, я все же сплю, но теперь никаких сомнений у меня не осталось.
Мое сознание после того, как богиня одарила меня даром Тьмы, было кристально чистым, меня почти не отвлекали посторонние мысли и эмоции. Я буквально почувствовала, что очистилась от всего наведенного. В основном этим наведенным оказались, конечно, эмоции.
Теперь, вспоминая все произошедшее, я понимала, что в здравом уме никогда бы не смогла проникнуться столь сильным восхищением, да что уж лукавить перед самой собой, скорее даже преклонением перед каким-то пусть красивым, но незнакомцем.
С другой стороны, очистившись от обид, я смогла понять и бедного дракона. Конечно, он поступил некрасиво. И обидел меня словом. Но, с другой стороны, крепких выражений он не использовал, не матерился. Да, обозвал меня чучелом. Но, если бы меня увидел практически любой современный земной человек, в том виде, в котором я прибыла в этот мир, мог бы использовать намного более обидные слова.
В общем, я опрометчиво решила, что с драконом можно будет попробовать нормально поговорить, объяснить ситуацию и прийти к какому-то консенсусу.
Мы ведь оба интеллигентные образованные люди, по крайней мере, я на это очень надеюсь. А значит, сможем договориться о нормальных совместных условиях существования.
Конечно, я ни в коем случае не собиралась прыгать к ящеру в постель, да и вообще спешить с замужеством.
Но дракона, который, по словам богини, мог умереть от тоски, было жалко. Поэтому мы могли бы как минимум просто пообщаться, чтобы лучше узнать друг друга.
 
В общем, я была полна решимости разрешить эту неловкую абсурдную ситуацию к обоюдному удовольствию.
По этому поводу я даже решилась разыскать уважаемого арлорда Тадорэринкитаке фон Драко и смогла выяснить у монахов места его обитания.
Выяснилось, что его дом в городе находился всего в нескольких кварталах от храма, поэтому я, недолго думая, решилась нанести личный визит.
Я надеялась, конечно, лично встретиться с мужчиной, но даже в случае неудачи планировала оставить ему записку, написанную мной заранее, где подробно разъяснялось все произошедшее.
В один из дней, сжимая в руках письмо, я уверенно вышла из храма и направилась по нужному адресу.
Но, видимо, сама судьба была сегодня не на моей стороне.
Я прошла чуть больше половины своего пути, как начался сильный ливень. Естественно, я промокла за несколько минут, но решила, что мне проще дойти все же до места назначения, попроситься там обсохнуть и переждать дождь, нежели поворачивать назад и еще большее время шлепать по лужам.
Вторая неожиданность ждала меня уже на месте. Забор, окружающий владения дракона был абсолютно однородный. Я не смогла в нем увидеть нечто похожее на ворота или калитку.
Мне пришлось еще несколько минут отираться у непонятного сооружения, и я даже хотела уже уходить, как неожиданно кусок каменной кладки просто испарился, а из-за него, чуть не сбив меня с ног, на вороном коне во всем своем великолепии выехал искомый ящер.
Холодные глаза осмотрели меня с легким презрением.
— Что за чучело перед въездом? — обратился он к кому-то невидимому за воротами. — Подай мелочь темной побродяжке и выпроводи из приличного квартала!
Сиятельный арлорд уехал, окатив меня брызгами из-под копыт свей лошади, а я стояла, как оплеванная, а в голове крутилась лишь одна нелогичная мысль:
«Почему опять чучело-то?»
  
Глава 8
 
На несколько секунд я впала в ступор.
Было обидно. Очень. А еще больно. В груди, в районе сердца. Все же не могла Тьма блокировать все мои чувства к истинной паре.
Но грустила я недолго. Мой мозг быстро очнулся, затолкав непрошенные чувства подальше в душу.
И я разозлилась.
Как он мог? Этот самоуверенный несносный эгоист опять смешал меня с грязью!
Я уж не говорю о том, чтобы предложить помощь явно замершей девушке. Я, конечно, промокла, но выглядела все еще прилично. Одета не в обноски, а в добротное, пусть и простое платье.
И я еще его жалела? Думала помочь, чуть ли не нарушив слово, данное богине!
Не дождется. Пусть теперь сам ищет свою пару.
А я себя не на помойке нашла. И вряд ли когда-нибудь у нас с ним получится взаимопонимание. Этот напыщенный индюк, наверное, никого не сможет уважать, кроме себя самого. А я от мужчины жду именно уважение в первую очередь. Любовь приходит и уходит, а нормальные человеческие отношения остаются навсегда.
Поэтому я не смогу провести всю жизнь с самовлюбленным нарциссом, ни во что не ставившим окружающих.
Последней каплей для меня стало то, что из проема ворот, брезгливо меня оглядывая, вышел аккуратно одетый мужчина, по-видимому, привратник, и кинул мне под ноги горсть мелочи:
— Собирай деньги и пошла прочь! — грозно прикрикнул он на меня.
Я ничего не ответила, просто развернулась и пошла в обратном направлении.
Я шла, глотая слезы, продолжая сжимать в руке злополучное письмо, которое теперь я точно не стану пытаться доставить адресату. Наоборот, даже на секунду остановившись, порвала его на мелкие кусочки.
Было мерзко и стыдно. В моей жизни меня еще никто так не унижал!
Я никогда не отличалась боевым характером, но я была незлобивой, доброй девушкой. Я никому в своей жизни не сделала ничего плохого. И меня за это любили окружающие, а также за мягкий покладистый характер. За это, и некоторую наивность, меня прозвали Цветочком, немного исказив мое настоящее имя — Роза.