Выкупи меня (СИ)

И все от… Маши!
  
Глава 3. Старые враги и новые друзья
 
Ника
Пока слушаю гудки в трубке — успеваю многое передумать. Пытаюсь найти причину для её звонка. Элина Сергеевна говорила, что Маша звонила ей — ябедничала, что я ушла с Ресовским. Думала, расстроить. Ога, как же! Моя маман только этого и ждала.
Так чего же тебе надо, подруга?
И Маша удивляет меня:
— Ника, выручай! — сходу начинает она, как только принимает вызов.
— Вот так сразу? — удивляюсь я. — Даже не взгреешь меня за то, что олигарха из-под носа увела?
— Да чёрт с ним! — продолжает шокировать меня Машка. — Не до него сейчас!
— Это что же должно было стрястись, чтобы ты мне такой эпик фейл простила?
— Макс, сволочь! Подставил меня! — Машка натурально всхлипывает и быстро рассказывает. — Представляешь, он позвонил моему отцу и сказал, что я вместо учёбы по клубам и дискотекам зависаю. Для убедительности ещё и мою зачётку отфоткал и сбросил папе. Мой старик рассвирепел и заблочил все мои карты, представляешь!
Она заходится в рыданиях.
Видимо, действительно, в отчаянии, раз звонит мне по поводу денег. Знает же, что я на мели.
Так и говорю честно:
— Извини, у меня самой голяк.
— Ты о чём вообще? — с недоумением произносит Машка.
— О деньгах. Тебе же нужны деньги, — решаю сразу расставить точки над «i». — И у Ресовского занимать не буду. Не проси даже.
Марья пфыкает на той стороне трубки.
— Мать, да ты кукухой поехала! — ржёт она. — Ты последняя, кому бы я звонила по поводу денег. Нет, с деньгами мне как раз-таки Макс поможет — моральная компенсация, так сказать. Мне нужна твоя голова.
— Голова? — я туго соображаю, после всего, что уже случилось за день.
— Да, твои мозги, Ника, — продолжает веселиться Машка. — Чтобы их съесть! — переходит она на загробный тон, а меня резко отпускает: одногруппница стебётся. Ну, конечно. Нужна помощь с учёбой! Как я сразу не догадалась. И Машка подтверждает мою догадку: — Представляешь, папан не только карты заблокировал, он ещё деканат позвонил и подкинул им деньжат, чтобы с меня спрашивали побольше. Короче, Ник, я тут по уши в рефератах и контрольных. И половину этого дерьма надо к завтра. Если ты не поможешь — мне капец. Выручи, ну, пожалуйста.
Машка даже не злится и столько раз мне помогала раньше. Будет неправильно кинуть её сейчас.
— Окей, — говорю, — жди. Переоденусь только.
Ну да, не тащится же к Машке в таком виде!
Спешно переодеваюсь, швыряю в сумку кое-какие вещи и бегу к двери. К счастью, родители слишком заняты спором «кто царь, а кто царица», что не замечают моего променада.
Я спокойно выхожу из дома и устремляюсь в сторону трамвайной остановки. Мы живём на конечной двадцатого маршрута. Но и то идти прилично, полкилометра мимо рощи и новостроек.
И когда я уже добираюсь до остановки, снова разрывается телефон. Беру гаджет, смотрю на экран. Вадим? А ему что нужно?
— Привет, милый.
— Виделись, малыш, — без привычного тепла отзывается он. — Лучше скажи, куда ты собралась на ночь глядя?
Ну, конечно. Он же может отслеживать мои передвижения. Я сама позволила ему поставить всякие программы в мой смартфон.
— К Машке еду.
— Вы же поссорились. Из-за Ресовского. Ты сама рассказывала, — напоминает Вадим.
— Уже помирились.
— Как-то быстро, — в голосе любимого явное недовольство. — Насколько я знаю девиц, подобных твоей Машке, так просто уведенный из-под носа ходячий кошелёк они не прощают.
Конечно, он знает таких, как Машка. Он работает с богачами. Невольно следит за их жизнью. Но сейчас паниковать ни к чему.
— Не переживай, — успокаиваю я, потому что замечаю красную морду трамвая, спешащего к остановке, — её учёбой завалили. Отец узнал, что она творит — карточки заблокировал и попросил преподов заданий ей надавать. Машке сейчас не до олигархов.
— Малыш, мне всё равно не нравится, что ты едешь чёрте куда в ночь.
Я злюсь и выпаливаю:
 
— А мне не нравится, что мужчины в последнее время решают за меня, что я должна делать и как!
— Малыш, — в голосе Вадима прорезается металл и даже нежное прозвище он произносит грозно, — ты нарываешь!
— Ой, всё! — бешусь я и отбиваю вызов. И выключаю телефон — знаю, Вадим не успокоится.
Достали! Ей Богу!
Я сама могу решать, куда и когда мне ехать!
С такими мыслями сажусь в трамвай и совершенно без происшествий добираюсь до Машкиного дома. Квартира у неё — в элитном жилищном комплексе. Отец купил ещё на первом курсе, чтобы дочке было комфортно учиться. Ох, не знал Давид Александрович, что его любимая Машутка там комфортно делала!
Поднимаюсь на третий этаж, и чем ближе подхожу к Машкиной квартире — тем сильнее становится дурное предчувствие.
Потому что из квартиры доносятся звуки отнюдь неучебные — вовсю грохочет музыка, кто-то смеётся.
Дверь приоткрыта, поэтому я вхожу без стука, прохожу вперёд по полутёмной прихожей, когда слышу, как дверь за спиной закрывается и щёлкает замок.
Резко оборачиваюсь и закрываю рот рукой, глуша крик. Потому что передо мной, нахально лыбясь, стоит омерзительный призрак из моего прошлого…
Эдичка Милонов… Отброс, который мне ещё в школе жизни не давал. Хулиган, двоечник, отщепенец. Пить и курить начал ещё в начальной школе. Семья у него была такая же — мать-алкашка и всё время менявшиеся отцы — урки, наркоманы и прочая шваль. При этом Эдик ещё и внешне — мерзкий: маленькие, близко посаженные, мутные глаза, крупный нос, губы-пельмени. Фу!
Откуда он в Машкиной квартире?
В гостиной затихает музыка, и в прихожую вываливают ещё двое — видимо, кореша Эдички.
— О, а вот и сладость пришла! Не наебала Машуня!
Пячусь к стене, мотаю головой, будто это сможет прогнать кошмар, творящийся здесь.
— Кто? Что вы тут делаете?
— Тебя ждём, Зайцева, — напирает Эдик. Он немного выше меня, неплотный, от него разит немытым телом и дрянным пойлом. — Ты мне ещё с выпускного отсос должна.
Лезу в сумку, пока у меня есть такая возможность. Нащупываю телефон. И тут же — корю себя: дура! отключила! У моего аппарата кнопка включения сбоку, да и грузиться он будет секунд пятнадцать, а то и больше.
Блин.
Вадим, если узнает, меня убьёт. И ведь будет прав. Что за демон противоречия в меня вселился сегодня? Ведь мне нравилось раньше, что Вадька немного командует — никогда во зло, не унижая, а просто потому, что старше, мужчина и ответственность на нём.
Я позволяла ему быть сильным и главным в нашей паре. Это нормально для меня. Так почему взбеленилась? Не иначе, Ресовский, гад, со своими собственническими, а точнее — феодальными замашками. Навострилась с ним сопротивляться и противоречить.
Чёрт-чёрт-чёрт…
Грязные лапы Эдьки начинают шарить по моему телу. Хорошо, что я в ветровке и джинсах. Так просто не раздеть.
Его дружки тоже обступают, зажимая в тесном пространстве прихожей.
Их намерения откровенно написаны на гадких рожах.
Меня трясёт. Я никак не могу включить телефон. Почти ненавижу себя в этот момент.
Что делать? Надо же как-то потянуть время. Запудрить им мозги.
— И всё-таки, — начинаю, делая всё, чтобы голос не дрожал, — где Маша?
— А Маша с парнем своим… — говорит Эдик. — Тебе интересно, как я тебя нашёл? А через Машу и нашёл. У тебя ж в ВК страничка пустая, за то у неё — забитая. Там есть и твои фоточки. Дальше — дело техники. И вот я здесь. Сегодня Машенька мне сама написала. Сказала, что помнит мой интерес к тебе и дарит нам возможность побыть вместе. Просила друзей прихватить. И вот мы пришли. Все твои. — Он разводит руки, пытаясь меня обнять.
Но тут его, как котёнка, отшвыривают от меня прочь.
Ещё двое других, нервно оглядываясь, ковыляют к двери. Она сейчас просто нараспашку. Человек, который появился внезапно, видимо, ловко открыл отмычкой. Или чем там открывают.