О каретах и тыквах (СИ)

Мы помолчали. 
- Учитель, - начал я осторожно. - Могли бы вы объяснить подробнее? Ведь, как я понимаю, на эту часть истории ваша клятва не распространяется...
- Полагаю, это необходимо, - кивнул он. - И, возможно, мне следовало сделать это раньше. В оправдание своё могу сказать только, что никогда не считал политические вопросы подходящей пищей для ума неофитов. Да и, признаться честно, сам я считаю, что политика и настоящая вера... скажем так, крайне слабо совместимы. Хотя бы потому, что игра во власть при любых обстоятельствах постоянно сопровождается неизбежными компромиссами с совестью. Потому-то по мере возможности я стараюсь этих вопросов избегать. Но, коль скоро я являюсь заметной в магической среде фигурой, получается не всегда.
Он помедлил, а после вновь заговорил:
- Чтобы ты понял, о чём идёт речь, мне придётся углубиться во времена давней истории, когда всё начиналось, когда радикальное деление на тёмных и светлых только зарождалось. Как тебе наверняка известно, тогда земли Светлой Империи были раздроблены на множество различных кланов; так же, собственно, обстояли дела и в будущей Тёмной Империи. При этом почти каждое племя, а порою и каждая семья поклонялись своему божеству, или, если хочешь, Духу-покровителю. Древние Боги, зачастую они были порождениями стихий, овеществлёнными человеческой волей. Впрочем, некоторые существовали независимо от чьих-то представлений о них... и были, по правде сказать, куда старше, чем наш мир. 
По спине моей пробежал холодок при этих словах. 
- Сейчас всех богов принято поголовно демонизировать, однако не могу не отметить - это были совершенно разные по сути своей сущности, многих из которых можно счесть дружелюбными... настолько, насколько это понятие в принципе применимо в данном контексте. Да... таким был этот мир, когда в него пришли Безымянный Пророк и так называемый Великий Безумный Колдун. Оба они оставили за собой учения, которые в итоге и определили будущее империй. В случае с тёмными это вылилось в многолетний культ поклонения Императорской семье. В случае же с нами, как ты можешь догадаться, инструментом объединения стала религия. Множество умных мужей собрались тогда вместе, чтобы определить, какой именно культ выбрать. Выбор на стихию огня, воплощённую в солнечном диске, пал почти сразу: как ты сам понимаешь, для наших жарких земель этот вариант очевиден. Духи воды и лесов, которым преимущественно отдают предпочтение тёмные, на нашем континенте слабы. Говоря же о ветрах, то они одинаково могущественны везде, но не годятся на роль единого Бога. Опять же, Тьма Предвечная, прямо скажем, является холодной энергией. Она не вполне подходит для разжигания идеологического рвения - это всегда было прерогативой Огня Изначального. Таким образом, был избран путь Света.
Я медленно покачал головой.
- Вы хотите сказать, что мы верим в Свет только потому, что это на тот момент было политически выгодно? - мне было тошно от такой мысли.
- Ты не дитя, Дайнор, - сказал он с неожиданной резкостью. - И должен понимать, что в нашем случае вера неотделима от политических резонов. Это не умаляет её значимости, но и принимать эту сторону вопроса нужно. Разумеется... разумеется, то, что я тебе сейчас рассказываю, не принято объяснять светлым юношам. Мы учим иную историю - о подвигах Безымянного Пророка, который верою своей объединил континент. Но неужели ты сам никогда не задумывался о том, как именно - с практической и политической точки зрения - он это сделал?
Мне осталось только молча покачать головой.
- Мы приняли веру в Бога-Солнце, светлую веру, - продолжил учитель. - И на тот момент, как бы там ни было, это стало шагом в сторону прогресса. Империя была объединена, все научные, магические и философские знания сосредоточились в лоне Храмов; лучшие художники и архитекторы были взращены на светлой культуре. Много лет мы по развитию значительно опережали Тёмную Империю с её многоверием, культом личности, диктатурой колдунов, магическим загрязнением и прочими неоднозначными аспектами. Часто простые люди из тёмных земель пытались сбежать в нам. Однако... времена меняются, и теперь уже очередь из наших перебежчиков осаждает границу. 
 
Я ошеломлённо моргал. Если о подобном и говорили, то таким шёпотом, что до меня он не долетал. 
- Как тебе известно, около пятисот лет назад власть у Тёмных сменилась. Последние потомки Беалонов, наследников Великого Безумного Колдуна, были навсегда свергнуты. Становление новой династии заняло без малого четыреста лет. Тёмную Империю сотрясали конфликты, но в конечном итоге всё улеглось, и в стране настала эпоха перемен и культурной революции. Был учреждён большой и малый Сенат, переписаны законы, реформировано образование, получили свободу и финансирование искусство и купечество. Говоря же о магии... Тёмные всегда были склонны к науке больше, но, при этом, куда менее осторожны, излишне торопливы. Разумное управление сгладило этот недостаток. Факты таковы, что сейчас уровень развития Тёмной Империи куда выше нашего. Мы кричим о том, сколь они презренны - но пользуемся их магическими наработками, перекупая их втридорога. Светлая Империя застыла во времени, как бабочка в янтаре. И те, у кого есть глаза, это видят.
- Глаза есть у Ордена Священной Чаши, верно? - уточнил я тихо. 
Обрывки разговоров, которые доносились до меня раньше, начали в тот миг обретать смысл. 
- Верно, - отозвался Учитель коротко. - Разлад меж Орденами Чаши и Лилии начался давно, но в последнее время он особенно обострился. Как ты знаешь, братство Чаши ратует за перемены, за разделение магической науки и веры, за сотрудничество с тёмными, за изучение островных верований, за пересмотр системы образования... Это многим не нравится - и в кругу знатных донов, и в окружении Первосвященника. Император, в свою очередь, явно находится на стороне Чаши и даже планирует женить старшего сына на сестре Главы Ордена. Однако, есть проблема: очень похоже, что права на наследование будет иметь также один из бастардов - имя его недавно загорелось на Венценосном Древе. Полагаю, Его Святейшество захочет поставить на эту фигуру. 
- Да уж, - сказал я тихо. - Кем бы ни был этот несчастный незаконнорожденный наследник, ему не повезло.
- Верно, - отозвался Учитель ровно. - Ему в этой ситуации можно только посочувствовать.
Мне тогда почудилось нечто странное в его тоне, но я проигнорировал тревожный колокольчик. Если бы я только знал...       
*
- Так, - сказала Элин с ледяным спокойствием. - Давай просуммируем: сначала ты переоделся в женщину, потом подрался со спятившим колдуном-убийцей, потом чуть не умер, а потом мой отец пригласил тебя к нам в гости, поскольку тебя ему представили моим женихом. Я всё точно излагаю? 
- Да, в целом всё верно, - сказал я ровным, успокаивающим тоном, каким обычно советуют разговаривать с дикими животными.  
- Потрясающе, - бросила она. - Поразительно! Я даже не знаю, что с тобой делать.
- Поцеловать? - нет, ну а вдруг повезёт?
Она бросила на меня грозный взгляд, и я смирился с мыслью, что мне сейчас ударят в челюсть. 
Даже заранее решил, что уклоняться не стану - всё же, понимаю только теперь, в какое неловкое положение поставил её своими заявлениями о том, что она - моя невеста. Не так-то просто избавиться от привитых взглядов. Даже если мнишь себя жуть каким либералом. 
Мне вот казалось, что я защищаю её в глазах остальных, называя своей невестой. Мне хотелось подчеркнуть, что мы не просто иногда занимаемся любовью, между нами всё серьёзно... Но это я так думаю. Вопрос в том, что, вполне вероятно, тут наши взгляды не совпадают.
 
- Что, думаешь, ударю? - спросила она вдруг устало, и эта нотка разочарования в её голосе, если честно, была болезненнее всяких кулаков.  
- Элин, мне жаль. Я не собирался...
- Понятное дело, что нет, - отозвалась она, отведя глаза. - Ты на каждом углу называл меня невестой, и рано или поздно это должно было случиться. И вот скажи, что нам теперь делать? Я не готова знакомить тебя с родителями.