Ботаник 2 (СИ)

К стыду своему, тут я можно сказать слегка обосрамился: оказался самым настоящим «скорострелом», что впрочем ничуть вседержательницу не смогло расстроить. Она лишь облизала и вытерла губы, встала, сообщив что я ей понравился на вкус (СлаааденькиЙ! Как орех с медом!), а потом лишила меня остатков одежды и пихнула на кровать, стоявшую возле высокого витражного окна. Сбросила с себя платье (как и думалось — под ним ничего из белья не было), и бросилась ко мне, едва не выбив мне глаз здоровенным кулоном с бриллиантом, размером чуть не с половинку большого пальца. Кстати, оказалось, и я это разглядел в подробностях и в первые секунды. Она даже предложила мне посмотреть — как это классно выглядит — бриллианты у нее были вставлены и в пупок, и даже туда (голубой бриллиант на фоне розовой плоти).
Потом императрица сделала все, чтобы я как можно быстрее пришел в боевую готовность, и…я в нее пришел — в пятнадцать лет ты можешь делать ЭТО каждые пятнадцать минут — пока не сдохнешь отпереутомления. Или не заездишь свою партнершу. И тогда она меня оседлала.
В общем — это все заняло часа два, не меньше, и напоминало тяжелую работу, хотя и очень даже приятную (если так бывает). Давно меня так крепко не доили. Что меня вобщем-то совершенно не расстроило. Великолепная, красивая, ухоженная и сильная молодая женщина, которая знает толк в сексе и не гнушается никакими ласками, лишь бы доставить удовольствие партнеру — это ли не мечта любого мужчины? Особенно если ему всего пятнадцать лет.
Кстати — я сам себе удивился. Даже зная возможности тела Альгиса, я не предполагал, что он, то есть я, может так интенсивно заниматься сексом практически без отдыха. Раньше такого за собой не замечал. Впрочем — у меня и партнерш подобных императрице в этом мире и не было.
Она тоже осталась довольна. Когда мы в последний раз кончили и отвалились друг от друга, задыхаясь и вздрагивая в последних судорогах оргазма, женщина сообщила, что у нее никогда не было такого замечательного партнера, как я. А еще предупредила, что я могу кувыркаться с любыми женщинами из тех, что прислали мне свои пахучие письма, но если я не буду соблюдать правила гигиены и притащу в ее постель какую-нибудь смешную болезнь — она сама, лично меня кастрирует, и только потом пойдет позориться к дворцовому лекарю. Она-то скандал переживет, а вот я его не переживу — точно.
Следит, мерзавка! Везде соглядатаи — уже доложили о внимании ко мне местных дам. Но я не в претензии — ее дом, ее правила.
Когда мы оделись и направились в бальный зал — перед тем, как покинуть комнату, императрица поцеловала меня долгим поцелуем, а потом сняла с груди тот самый бриллиантовый кулон, который во время секса болтался перед моими глазами и надела его мне на шею:
— Это тебе на память. Давно меня так не удовлетворяли! Спасибо! Ты настоящий жеребец!
Я не стал ей рассказывать, что воспользовался советом моего учителя и пропустил через партнершу приличный поток магической силы, что и заставило ее кончать, как из пулемета. Пусть она думает, что это я такой сладкий да желанный — без всякой там любовной магии. Кроме того — я ведь не знаю, можно ли применять магию к императрице — вдруг приравнивается к государственной измене?
Да и не хочется разочаровывать женщину. Пусть вспоминает обо мне, как о жеребце. И сравнивает со своими тупыми солдафонами-гвардейцами. Никогда и никто не сможет ТАК ее удовлетворить. И это моя месть чертовой феминистке. Ну надо же — дожить до того, чтобы меня, мужчину, хватали, как какую-то секс-игрушку, и тащили в постель, не спрашивая на то моего согласия! И никакого раскаяния у меня сейчас нет, как и не бывало
Бал закончился ближе к ночи, а я постарался ускользнуть пораньше. Нашел Барби, которая была предупреждена и стояла не очень далеко от входа, и когда народ повалил из дворца, показал ей и Главу Клана Союти, и девочку, которая очень нам всем мешает, и всех братьев и сестер этого Клана предателей.
А потом мы шли «домой» — довольные проведенным временем братья хохотали, подогретые вином и танцами, и рассказывали о своих победах на ристалище бога любви. В общем — с подробностями рассказывали о том, как имели ту, или иную девицу или замужнюю даму. Кстати, Корд похвастался тем, что лишил девственности одну из девушек какого-то провинциального Клана, и что она была чудо, как хороша. Только слишком уж громко визжала и потом потребовала назначить время помолвки — ведь после такого он обязан на ней жениться! Дурочки имеются во всех мирах вселенной…
 
Удивительно, но похоже что никто из них не заметил, как я исчезал с бала, уединившись с императрицей. Никто не задал по этому поводу ни одного вопроса. Впрочем — возможно, что все-таки заметили, но решили тему не поднимать — нечего болтать лишнего, так можно и языка лишиться, и скорее всего — вместе с головой.
До свадьбы остается неделя. И за эту неделю я должен все порешать. Или…всех порешать. Если свадьба состоится — мы ее точно не переживем. Именно потому свадьба должна произойти за городом в поместье Союти.
«Мы» не переживем — потому что только сейчас понял, что не брошу своих братьев в беде. Буду драться рядом с ними. И будь что будет…ведь не один раз живем! Я в этом уже убедился.
  
Глава 12
 
Красивое поместье. Жить в нем — праздник, не то что в старом мрачном замке. Ну…наверное. Зато в замке старая библиотека, и тайные ходы… Впрочем — может и здесь есть библиотека и подземные тоннели?
Максим спешивается, и держа лошадь за узду громко стучит в здоровенные ворота, окованные сталью. Стены поместья высоченные, как у настоящей крепости — метров десять высотой, не меньше. А может и больше. Но сад у них красивый. Откуда знаю? А видно из города, когда спускаешься по дороге. Город так-то стоит на холме, и только порт внизу, возле океана, так что рассмотреть, что там делается в поместье Союти — запросто. Но издалека. Рядом с поместьем нет ни одного холма, с которого можно было бы метать стрелы, камни, и всякие такие нехорошие снаряды. Взять поместье приступом — нужно хорошо постараться. У них на территории кроме колодцев есть еще и пруд, а кроме того — прямо возле стены протекает небольшая речушка, быстрая и чистая — берет начало с гор, что видны на горизонте. То есть — от жажды в случсае осады Союти точно не умрут, а продуктов небось запасено на несколько лет.
«Кормушка» в калитке рядом с воротами открывается, оттуда выглядывает недовольная физиономия охранника, на голове которого красуется начищенный до сияния стальной шлем. Предполагаю, что на этого охранника надета полная броня — и это в такую-то жару, когда выступивший на лбу пот испаряется, не успев скатиться по щеке до подбородка. Жарко, очень жарко! Вот когда начинаешь завидовать женщинам, на которых надеты только легкие сарафаны и короткие юбочки — все продувается, ничего не потеет! А тут сидишь в черных штанах и черной рубахе, и чувствуешь, как в сапоги стекает твой вскипяченный пот. Хоть бы ветерок подул, черт подери!
Барбаре пофиг. Во-первых, она зомби, а зомби все пофиг.
Во-вторых, на ней легкий светлый брючной костюм и легкие сандалии. Костюм настолько тонкий, что просвечивают трусики — я потребовал, чтобы она их надела. Ехать верхом, и тут не разделяют седла на женские и мужские — все сидят одинаково. И попробуй потом, слезь с лошади, покажи народу темное пятно на штанах! Ей-то пофиг, она ведь зомбачка, а мне будет неприятно. Эстет-с!
Наконец, ворота стали медленно приподниматься чтобы нас пропустить. Сделаны они по аналогии с крепостными воротами — барабаны с цепями и охранники, которые эти самые ворота поднимают и опускают. Вот небось нас сейчас костерят! Приехали, черти драповые, и крути теперь барабаны, поднимай и опускай! В полной броне и в полном вооружении, на солнцепеке.
 
С собой я взял Максима и Барби. Скарлу оставил в городе, дав ей задание пройтись по лавкам и найти то, что мне нужно. Смысла нет тащить ее с собой. Максим нужен для охраны, Барби — должна увидеть территорию поместья и сам дом, в котором находятся наши неприятели. Зачем увидеть? А…затем.