Головная боль наследника клана Ясудо (СИ)
Первой же своей атакой дракон сбил статую Мары с ног и сейчас, судя по всему, добивал. В том месте, где над полом висело пятно, вода почернела, и сквозь эту муть лишь изредка прорывались вспышки оранжевого огня.
Слух вернулся минут через пять, когда битва уже закончилась. В какой-то момент вода начала отступать и, вскоре ушла вся, оставив на полу лишь отдельные лужи.
«Черт, да как вообще такое возможно? — думал я, глядя на обломки каменной статуи. — Вот так проломить скалу от входа до разработок и появиться во всей красе…». Нет, я и раньше полагал, что отец Тоётамы заявится вместе с водой, но только сейчас сообразил, как это произошло технически. Интересно, там от острова хоть что-то осталось? Хотя, за десять минут пальмы вряд ли утонут, а вот Тьма из земли вероятно ушла. И трещина в тоннеле заполнилась, но в озере воды, скорее всего, нет… Блин, да о чем я вообще думаю?! Какое мне дело до этого острова?
Я ещё раз обвёл взглядом слегка изменившийся пейзаж, вздохнул и, собравшись с духом, отправился вниз к ожидающему меня богу.
В своём человеческом облике Ватацуми был выше меня примерно на голову. В синем расшитом бежевым узором кимоно, с собранными в хвост чёрными, с проседью, волосами Хозяин Океана издали напоминал городского аристократа средней руки. Только напоминал… Вблизи картина менялась… И дело даже не в том, что заднюю часть шеи и запястья бога покрывала серебристая чешуя. Не будь её, я бы все равно не принял бы Ватацуми за человека. Скорее, персонаж аниме, как любят изображать их японцы. Холодный, рассудительный, правильный… Не знаю, но вблизи он вызывал у меня именно такие ассоциации.
Ватацуми стоял возле небольшого торчащего из пола куска скалы и, скрестив за спиной руки, задумчиво смотрел себе под ноги. За его спиной высились обломки статуи, и на их фоне Хозяин Океана смотрелся охренеть как эпично. Вылитый, блин, персонаж аниме. Великий воин, сразивший мировое чудовище. Ну, это если не вспоминать, в кого он превращается сам…
— Здравствуйте, Ватацуми-сама, — подойдя и поклонившись, осторожно произнес я. — Вы появились как нельзя вовремя…
Услышав приветствие, Хозяин Океана смерил меня оценивающим взглядом и, кивнув на обломки статуи, пояснил:
— Таких големов асуры ставили в каждую шахту. Для защиты от нас и для связи со своим поганым правителем. Голема легко обездвижить, но Такицу-тян не учла, что ты не сумеешь этого сделать. Мы сожалеем…
Ватацуми говорил низким приятным голосом, четко проговаривая слова. Тембр и интонация вполне соответствовали его человеческой внешности, но вот смысл сказанного меня удивил. И дело даже не в сожалении. Ведь какое, казалось бы, дело богу до моих мелких проблем, но тут другое. Такицу-тян [47]… Выходит, моя знакомая по меркам богов — малолетка? Любимая дочка, младшая сестренка… Тридцатиметровое чудовище, способное одним укусом загрызть земного слона! Но теперь хоть понятно, почему такой крутой мужик пришел сюда, как только почувствовал артефакт. Я ведь, по сути, позвал его несколько раз, но, видимо, условием Сущего было очищение браслета от Тьмы. А еще понятны переживания Тоётамы и то, почему я не воспринял Такицу как женщину. Взрослую, в смысле, женщину, но, да не суть…
— Все в порядке, господин, — подняв взгляд на бога, пожал плечами я. — Пробуждение голема стало для меня сюрпризом, но то, что произошло потом, очень даже порадовало.
— Да, — усмехнулся мой собеседник. — Все, как предсказано в Книге Начал. Посланник Луны разрушит союз Тьмы и Хаоса. Не сейчас… но сегодня ты сделал к этому первый шаг. — Бог вздохнул и покачал головой. — Я не верил, что смертный на такое способен, но ты меня удивил. Сыёку теперь твой. И спасибо тебе, Мунайто, за дочь… — Ватацуми благодарно кивнул, затем посмотрел куда-то мимо меня и торжественным голосом произнес: — Госпожа! Океан подтверждает свои обязательства!
Произнеся это, Хозяин Океана исчез. Вот просто взял и пропал, оставив меня в непонятках.
Черт! И вот куда он, на хрен, свалил? Мне-то что теперь делать? И что с этим гребаным испытанием?! Как его завершить? Я выругался с досады, опустил взгляд и… озадаченно хмыкнул, заметив на левом запястье синюю орнаментную татуировку, полностью повторяющую рисунок браслета. М-да… Судя по всему, это тот самый Сыеку, о котором говорил Ватацуми? Артефакт превратился в эту непонятную хрень, и она теперь со мной навсегда? Ну да, скорее всего так и есть, осталось только понять, что это, блин, такое. Стоп! Последние его слова! Ватацуми обращался к какой-то госпоже…
Я резко обернулся и выдохнул, увидев у себя за спиной невысокую стройную женщину. Ну или девушку — там хрен разберешь, поскольку лицо незнакомки было скрыто под капюшоном. Интересно… и я бы не удивился, появись тут Джеро Насмешник, но… девушка? Которую Великий Дракон назвал госпожой?!
— Здравствуйте, — собрав в кучу разлетающиеся мозги, осторожно произнёс я. — Вам что-то от меня нужно?
— Здравствуй, самурай, — шагнув ко мне, негромко поприветствовала меня незнакомка. — Я пришла посмотреть на тебя и… предупредить…
— Предупредить? — нахмурился я. — О чем, госпожа?
— Ты когда-нибудь попадешь в Хэйанкё, — чуть поколебавшись, ответила девушка. — Запомни главное: не доверяй служителям богов. Ни дзинсу, ни даже простым монахам. Империя угасает, в монастырях поселилось предательство. Рыба, как известно, гниет с головы…
Определенно девушка, и этот голос… Я уже его где-то слышал, хотя и с другими интонациями. Только когда и где? На Земле? Вряд ли, но в том, что передо мной богиня — сомнений никаких нет. Не стал бы Ватацуми расшаркиваться перед кем-то другим, но кто она? Почему помогает? И помогает ли?
— Спасибо за предупреждение, госпожа, но я не собирался ехать в столицу.
— У тебя много путей, самурай… — все так же не поднимая головы, произнесла незнакомка. — Я вижу восемь, и три из них приведут тебя в Хэйанкё. Ты, конечно, волен в своих поступках, но долг не позволит тебе отклониться от выбранного пути. Того пути, которое определило Сущее в тот миг, когда ты появился в этой реальности.
М-да… После этих ее слов разговор перестал мне нравиться. Какие-то пути, варианты… Столица еще эта… Вот на хрен бы она мне сдалась?! А ещё эта подруга знает кто я такой, но сама почему-то открывать лицо не спешит. Опять какие-то ограничения Сущего?
— И чем же закончатся эти пути? — внутренне напрягшись, уточнил я. — У меня получится дойти до конца?
— Не знаю… и обнадеживать не хочу, — покачала головой девушка и, откинув капюшон, снизу вверх посмотрела в глаза.
Занавес…
Та самая азиатка с плаката! Только не было сейчас ни топика, ни лисьих, ни кошачьих ушей. Вживую, она была так же прекрасна. На вид не старше восемнадцати лет. Бежевое с шитьем кимоно [48], выгодно подчеркивало тонкую талию. Иссиня-черные волосы блестящей волной рассыпались по белоснежным плечам. В огромных зеленых глазах читались грусть и сомнение.
— Ты?! — выдохнул я, пытаясь уложить происходящее в голове. — Но почему только сейчас, и…
— Да, — кивнула красавица, — но не спрашивай моего имени. Не скажу… Я и так уже много чего рассказала.
— Погоди, — потряс головой я. — Но ты говорила про долг и выбор пути! О каком пути может быть речь, если я не Мунайто? Тебе ли это не знать?
— А кто ты? — девушка подняла брови домиком, в глазах ее мелькнула ирония.
— Я Григорий Смирнов! Майор Росгвардии. Два месяца назад погиб на задании.
— Ты ошибаешься, старый друг, — тяжело вздохнув, грустно усмехнулась красавица. — Ты такой же, каким и был четыре тысячи лет назад. Мне не известно, как тебя звали во всех твоих воплощениях, но я уверена, что в каждом из них ты был воином. Поверь, самурай, я бы почувствовала подмену. Никто другой тобой стать бы не смог…
— Но… — ошарашенный от свалившейся на голову информации, я вдохнул, выдохнул и пристально посмотрел в глаза девушки. — Но почему я не помню? Почему ты не поможешь мне вспомнить?! Ты ведь помогла пару часов назад! Тот рейд к разоренному Кото… Я вспомнил, но только небольшой кусок. Как яркое пятно на тёмной стене. Почему я не могу вспомнить всего остального?