Отдел Химер (СИ)
Игорь взял коктейль, а я предпочла минералку. Не зная, с какого боку начать «детективную деятельность», бездумно пялилась на корчащихся сверстников.
— Смотри! — Игорь толкнул меня в бок.
Проследив за его взглядом, я увидела, что с галереи, на которую выходило несколько дверей, спускается человек. Вид, одежда и манеры мужчины указывали на то, что он здесь не гость. Окинув взглядом зал, освещаемый сполохами светомузыки, он обернулся и что-то сказал двум девушкам, идущим следом.
У меня екнуло сердце, ибо в пустых глазах малышек я уловила нечто, придававшее им сходство с покойниками. Вот вроде живые и абсолютно здоровые девчонки, а ощущение такое, что перед тобой мертвецы. Может, и впрямь в бреднях «яйцеголовых» есть толика правды?
— Спасибо, Игорек. — Я благодарно улыбнулась. — Ты это… Погуляй пока.
— Что-то серьезное? — забеспокоился он.
— Я и сама не знаю. Но не нравится мне этот клиент.
— Прошу тебя, Майя, будь осторожна.
Милый мальчик заботливо поцеловал меня в щеку, и я с признательностью погладила его по руке.
— Не волнуйся, я скоро. — И, чмокнув его в ответ, стала пробираться к выходу, стараясь не упустить из виду странную троицу.
Оказавшись на улице, мужчина открыл дверцу «БМВ» и, приглашающе кивнув девушкам, уселся за руль. Те, нервно хихикая, забрались на заднее сиденье, и автомобиль тронулся.
Я оглянулась и, взлетев, устремилась следом.
«Ну чего тебе неймется? — уговаривала я себя, глядя на стремительно уносящуюся прочь машину. — Снял мужик девочек на ночь. Обычное дело». Однако зачем-то продолжала упрямо преследовать таинственного незнакомца.
Немного поплутав по серпантину, автомобиль остановился, и все трое устремились в горы. Вообще-то я слышала, что ночью по таким местам разгуливают только самоубийцы. Или люди, наделенные поистине сверхъестественными способностями. Я держалась поодаль, но видела, как, пройдя метров двести, они вошли в неприметную пещеру.
В инфракрасном свете я вижу не хуже, чем нормальные люди днем, и, пользуясь тем, что заинтересовавшие меня субъекты встали, внимательнее пригляделась к тому, кого приняла за хозяина дискотеки.
Высокий худой мужчина с миндалевидными глазами и орлиным носом. Его лицо с впалыми щеками отличала присущая всем нам бледность. Чистый высокий лоб с зачесанными назад волосами пересекали несколько глубоких морщин. Облачен в серую, скрывавшую фигуру от горла до пят мантию. Настолько просторную, что, как я понимаю, она совершенно не сковывала движения. Собственно, одежка должна была привлечь мое внимание в первую очередь, но необычность поведения его спутниц отодвинула это на второй план.
Дальше начались вещи совсем уж странные. Какие-то жуткие, инфернальные сполохи мелькали в воздухе, отражаясь от стен пещеры. Меня обдало нестерпимым холодом, разрывая внутренности и заставляя душу дрожать от страха. И, где-то за порогом восприятия, раздался звук. Даже, скорее, не звук, так как, строго говоря, слышно не было ничего, а какой-то сметающий всё на своем пути шквал вибрации. Он него останавливалось сердце, ныли зубы и всё тело охватывал иррациональный ужас. А две девушки, как мне показалось, начали растворяться в воздухе. На какое-то мгновение становясь иллюзорными, они вдруг обретали материальность, чтобы затем вновь развеяться дымкой.
В том, что произошло дальше, виноват испуг. Вернее, даже не испуг, а дикий ужас, пронзивший всё мое существо с головы до пят. Ибо впервые за весь прошедший год я почувствовала, что стала уязвимой. Тело, такое сильное и послушное, охватила непонятная слабость. Голова кружилась, а сознание, казалось, вот-вот унесется прочь. И, прорывая застилавшую глаза кровавую пелену, я бросилась на того, кого считала виновником происходящего.
Разгоряченную схваткой голову заполнили странные галлюцинации. Зачем-то привиделся фонтан с разноцветными струями и плавающими в нем тропическими рыбками. Светило солнце, при этом не мешая идти теплому дождю, а на заднем фоне переливалась яркими красками радуга.
Нет, он не был таким, как я. Но в то же время это был не обычный человек. Скорее, даже «не человек». Проведя не один бой на ринге и зная, что запросто могу убить, я научилась соизмерять силу удара. В этот раз я не сдерживалась. Но, отлетев к одной из стен, он вдруг встал и пошел на меня.
«Ну наконец-то сподобилась, — промелькнуло в голове. — Хоть кто-то похожий».
Прыгнув вперед, схватила его за горло, но не встретила сопротивления. Тело противника оказалось неожиданно слабым, а мышцы словно отсутствовали вообще. Он с каким-то странным выражением смотрел мне в глаза, и, почувствовав, что сейчас умру, я впилась зубами в его горло.
Ни-че-го. Пусть всё это время я питалась только мелкой живностью и по-настоящему убила только троих, я всё же настолько привыкла к ни с чем не сравнимому ощущению утоления жажды, что чуть не поперхнулась. Какая-то безвкусная, его кровь тонкой струйкой вытекала из разорванной аорты, а у меня появилось ощущение, сравнимое разве с тем, какое может возникнуть в жаркий день. Когда, откупорив бутылку с вожделенным пивом, вы обнаруживаете, что вместо живительной влаги в рот вам сыплется песок.
Отбросив бездыханное тело, я повернулась к несчастным малышкам. Обе лежали, практически не подавая признаков жизни, и, подхватив их под мышки, я полетела к машине, брошенной на дороге моим проигравшим противником.
Водить я не умела, но, рассудив, что нужно хотя бы отъехать на пару километров, завела двигатель и кое-как, на черепашьей скорости вернулась к окраине городка. Бросив «БМВ» и дотащив двух дурочек до ближайшей скамьи, оставила их и полетела в отель.
Наступал печальный и тихий майский вечер. То есть утро, конечно, но просто мне так удобнее. Я стояла на балконе, глядя вдаль и думая о том кошмаре, в который совершенно добровольно влезла по самые уши.
Луна освещала всё вокруг каким-то мертвенным белым светом, а звезды, далекие и таинственные, загадочно подмигивали, словно пытаясь сказать, что не всё так плохо. Выспавшийся и отдохнувший город пробуждался в предутренней тишине, и лишь еле слышное дребезжание флюгера нарушало покой. Наступающий день, казалось, излучает безмятежность и спокойствие, сворачивая невидимое покрывало, будя жителей и тихим, мерным шепотом вселяя уверенность в том, что всё будет хорошо.
Улыбнувшись одними губами, я прошептала: «Спите спокойно. Тот, кто мрачным, угрюмым призраком выходил на ночную охоту, никогда больше не вернется в эти места. Безмолвие ночи не разорвет отчаянный крик жертвы, заставляя леденеть кровь и прибавляя седых волос. Неприметная горная пещера навеки укрыла тайну существа, считавшего себя властелином жизни и смерти в этих местах. Спите спокойно, горожане…»
Игорь подошел и встал рядом.
— Что-то произошло?
— Лучше тебе этого не знать. — Я помолчала и, покатав в голове невеселые мысли, повернулась к нему. — Знаешь что… Найми-ка ты на завтра этот «летающий запорожец». А то что-то устала я от местных пейзажей.
— Куда? — коротко поинтересовался он.
— Ну не знаю… — в раздумье протянула я. — Наверное, куда-нибудь к морю. Ты любишь море?
Как оказалось — любил. Так как следующим вечером, сидя всё в том же кресле, помахивал листочком договора.
Нас здесь ничего не держало, и, вызвав одно из немногих имевшихся в городке такси, мы отправились в аэропорт.
Сан-Фернандо располагался на берегу Кадисского залива, и, благо впереди была целая ночь, я отправилась погулять. Игорю, увязавшемуся следом, вежливо объяснила, что хочу побыть одна, и он, надувшись, застрял в каком-то баре.
Я бродила по улочкам, заходила в маленькие сувенирные лавки, расположенные в основном в районе порта. Покупала всякую мелочь и шла дальше. Ненароком набрела на церковь и из чистого озорства решила было зайти, но в последний момент передумала. Зачем? По молодости своей я не успела стать сильно набожной. А теперь… Поминая Его имя в минуты печали, я не хотела получить доказательств своей, как бы это сказать, богопротивной природы. Хотя, как мне кажется, здесь всё намного глубже. И проще одновременно. И я такой же продукт эволюции, как и те несчастные, что подвержены «синдрому самоубийц». Как видно, создав что-то со знаком «плюс», мудрая природа поспешила уравновесить шансы, создав где-то в другом месте и на первый взгляд совершенно по другому поводу нечто со знаком минус.