Радиус 227. Книга 2 (СИ)
— Ваша милость, господин барон, я вовсе не боюсь нападения. Вернее, как раз боюсь, что увидев такую охрану его не произойдет, даже если носатый настоятель все рассказал Бастиану.
— Не совсем понимаю тебя, Димитрий, поясни свою мысль? Ты, не хочешь брать охрану или хочешь взять охрану, но не брать магический алтарь?
— Скорее второе. -усмехнулся Ковалев, — Я, и… например не дюжина, только полдюжины ваших солдат пойдем рядом с этой повозкой, внутри которой будет пусто. Тогда, если Бастиан планировал нападение, то его не остановит такая малочисленная охрана.
— Но это опасно, его люди могут перебить вас, даже если не завладеют алтарем. А скорее всего, потому и перебьют, если останутся в дураках.
— А кто запретит сэру Томасу с кнехтами и моим людям следовать за повозкой? Но не очень близко, а скажем в полукилометре или чуть дальше? -и пояснил видя непонимающий взгляд барона, — Это примерно, семь-восемь сотен шагов. Пока будут с повозкой разбираться, сэр Томас с кнехтами подъедет.
— Рискованно, но план хорош! -крякнул барон, — Но лучше тебе не рисковать, пусть в твою одежду переоденется кто-либо другой.
— Это лишнее, -замотал головой Димка, -да и продержаться нам нужно будет всего десяток минут, возьмем большие щиты и копья. Не тащить же все в руках, можно все на этот большой ящик прикрепить. -кивнул он стоявшую во дворе повозку.
— Нравишься ты мне парень, такой же безалаберной храбростью и духом авантюризма, я отличался в свои молодые годы! -положил руку ему на плечо барон, — Хорошо, я соглашусь с твоим планом, но ты главное, не подставься, Димитрий. На кого, мне тогда рассчитывать? Я реально оцениваю свои силы, если с тобой что-то случится, то скорее всего после моей смерти, а то и раньше, баронство перейдет в руки Бастиана и его сынка, а ты сам видел какие это честолюбивые и высокомерные негодяи! У нас не принято, так говорить о титулованных особах, но что есть, то есть. Жизнь простых людей, крестьян, ремесленников и солдат и сейчас не сладка, но при правлении этой семейки, будет совсем тяжелой. Заклинаю, помни об этом, мой друг поступай разумно и не лезь на рожон!
Тяжелая, крытая толстыми дубовыми досками повозка, выехала из ворот замка. Сам барон Робер вышел во двор проводить своего ставленника. Вел лошадей под уздцы одетый в кольчугу и шлем баронский дружинник, еще семеро опытных воинов шли рядом и позади повозки, как и сам Дмитрий. Их большие щиты и толстые трехметровые копья были закреплены с боков деревянной конструкции так, что их можно было сразу схватить отражая нападение. У половины копейщиков за спиной еще висело по самострелу, да и у каждого на поясе крепился, или небольшой топорик, или короткий меч. У Дмитрия на боку тоже висел подарок барона — меч в черных кожаных ножнах украшенных серебром, небольшой, напоминающий римский гладиус.
Поднимаясь на взгорки, Дмитрий видел следующую в отдалении колонну конных воинов. Там же ехали и прежние его спутники — Риана с братом и Лотар с Гаем. Вот только парень волновался, что если соглядатаи лорда Бастиана засядут на взгорке, то весь их «хитрый» план пойдет коту под хвост! Ну да, в теории всегда все идеально, а на практике найдутся шероховатости и непродуманности.
Дорога порядком утомила, но они уже зашли на земли погибшего лорда, а теперь с легкой руки барона — земли Ковалева. До старого поместья осталось не более часа пути и Дмитрий подумал, что переусердствовал в своих опасениях, но спустя какое-то время увидел мелькнувшую спину среди далеких деревьев. Может конечно кто-то из крестьян завидев приближающихся солдат побежал с известием к поместью, а может это был шпион Бастиана. Во всяком случае, расслабляться не следовало и Димка хотел сказать о убежавшем человеке сержанту копейщиков, но тот и сам смотрел настороженно в ту сторону, а потом дал остальным короткую команду:
— Приготовиться!
Воины разобрали свои копья и большие четырехугольные щиты, за которым вполне мог в полный рост укрыться пехотинец.
— Господин, может наденете кольчугу и стальной панцирь? -спросил Димку седоусый ветеран-сержант, но Димка только мотнул головой.
— За щитом спрячусь, да и встану позади вас при нападении.
Ну да, слишком он неуклюже чувствовал себя натянув на тело толстую стеганку, а потом и больше десяти кило железа. От внезапно пущенной стрелы или арбалетного болта, Димка надеялся на полностью заряженный защитный амулет висевший на кожаном шнурке, под камуфляжной курткой.
Вот вроде были готовы, но нападение случилось внезапно. Полтора десятка всадников мигом окружила их небольшой обоз, но и солдаты барона не сплоховали, скоро выстроились кругом выставив перед врагом свои башенные щиты и ощетинившись остриями копий, следуя приказу барона — защищая не повозку, а новоиспеченного лорда.
Когда и кнехты взяли их в полукруг, из-за зарослей орешника выехал черноволосый всадник в двухцветной стеганке, темно-зеленом плаще и рыцарском шлеме на голове, забрало которого было открыто. Рядом с ним ехало еще двое — один, видимо оруженосец, державший копьецо с серо-бордовым флажком, а второй, старый знакомец Дмитрия — смуглый и черноусый лучник.
По бордово-серой, двухцветной стеганке-акетоне и гордой посадке, вкупе с высокомерным выражением лица, Димка понял, что перед ним лорд Бастиан собственной персоной. Он с десяток секунд вглядывался в лицо и одежду Дмитрия, а потом зло выкрикнул:
— Уж не тот ли это сопляк, выкормыш старика Робера, что посмел ранить моего сына? -потом он обвел взглядом копейщиков барона и продолжил:
— Отдайте мне алтарь и этого щенка, что задолжал мне и валите восвояси, иначе мы перебьем вас всех!
— Я так понимаю, вы лорд Бастиан? Решили за сынка поквитаться, да алтарь барона к рукам прибрать? Ну смотрю, не впервой вашей семейке по дорогам разбойничать! -крикнул из-за широких спин дружинников барона Димка, на что лорд поморщился, видно не понравился тон парня и его упрек.
— Старый дурак Робер поставил не на того! Мальчишка хоть и высший, но силы в нем как в блохе, способной укусить и упрыгать прочь, пока не прихлопнули! -зло рассмеялся лорд снимая с головы стальной шлем.
Хоть барон и говорил, что они с Бастианом ровесники, но вот выглядел лорд не в пример лучше. Крепкий, черноволосый и чернобородый мужчина, не дотягивал даже до своих лет. Его можно было бы назвать даже красавцем в полном расцвете сил, если бы не уродливый шрам пересекавший всю левую щеку и бровь. Когда случилось нападение, копейщики отошли на несколько шагов от тяжелой повозки и лорд подъехав деловито и с кривой ухмылкой похлопал рукой по верхним доскам.
— Доволен, что заполучишь магический алтарь? -тоже со смехом сказал Димка, — Но считай, что старик и блоха оставили тебя в дураках!
Несколько секунд лорд пристально смотрел на Димку переваривая услышанное, а потом сверкнув глазами спрыгнул из седла и выхватив топор из рук одного из кнехтов, прыгнул к задней дверце повозки, где с кеханьем одним сильным ударом сбил замок. Распахнув заднюю стенку возка, он некоторое время смотрел внутрь, а после рванул оттуда один из лежащих мешков. Мешок, затрещав упал на землю и из него посыпалась картошка.
— Что это? Где алтарь⁈
— Это картошка, а еще там репа и морковка и если не изменяет память есть мешок с луком. -уже в голос потешался над Бастианом парень, — Солдатам нужно что-то кушать, вот и захватили с собой припасы.
— Я снесу тебе голову, щенок! Вызываю тебя на бой! -крикнул побагровевший от злости лорд.
— С чего бы мне, принимать ваш вызов? Вы же сами сказали, что у нас разные уровни и я могу только укусить и сбежать!
В это время, из-за поворота выехало воинство баронского коннетабля и лорд сжав кулаки и потрясая ими вскричал:
— Решили провести меня? Думали приманить этой пустышкой! -двинул он кулаком в кожаной перчатке по доскам возка, — Знай, щенок, последнее слово будет за мной!
Все это напоминало Дмитрию какой-то дешевый спектакль с потрясанием кулаками и проклятиями выкрикиваемыми картонным злодеем. Казалось, людям Бастиана, да и ему самому нужно немедля скакать прочь или принимать неравный бой. Это выглядело бы так, если бы не одно «но». Лорд Бастиан повернулся к смуглому лучнику и махнул рукой, тот же в свою очередь на минуту скрылся в чаще, а потом из-за кустов на дорогу перед возком вывели пленников. Руки их были связаны позади, а через рот каждого шла скрученная в жгут тряпица, завязанная узлом на шее, отчего пленники только мычали.