Жених моей матери (СИ)

Достала бокал, открыла Мартини и наполнила до половины. Из холодильника вытащила коробку апельсинового сока и плеснула туда же. А потом залпом осушила. Налила снова. Мартини, апельсиновый сок…
Подхватила в одну руку бутылку, во вторую бокал и направилась в гостиную. Там плюхнулась на диван и включила телек. Щелкала по каналам, попивая Мартини, и жалела себя. И чем сильнее алкоголь проникал в кровь, тем сильнее мне хотелось прижаться к Руслану, хотелось, чтобы он оказался рядом. Пусть ничего не говорит, просто обнимет.
Как-то сами собой по щекам моим потекли слезы. Наверное, после третьего бокала Мартини. А может, и после четвертого… По телевизору шла какая-то до жути милая мелодрама, и я, хлюпая носом, налила себе новую порцию.
Он не пригласил меня на вечер. А ведь я ему не чужая. Почти падчерица! Я засмеялась. Смех мой, смешанный с рыданиями, превращал меня в какое-то люто страшное хлюпающе-хрюкающее чудовище. Я себя не понимала, то ли страшно смешно, то ли страшно больно. Что я делаю? Куда катится моя налаженная жизнь? Нужно бежать… Бежать!
— Бежать… — поставив бокал рядом на сиденье дивана, я дернулась к лежащему на журнальном столике телефону, бокал покачнулся, и я едва успела его удержать.
— Свинья, — отругала саму себя, одним глотком допила Мартини и разблокировала телефон.
Пусть он ходит на вечера с мамой, пусть женится на ней. Пусть они будут счастливы, раз уж у них любовь с юности, а я… Я на все это смотреть не собираюсь!
Я вдруг ясно осознала, что мне нужно уехать. Вопрос — куда. Открыла сайт по продаже билетов… Тайланд, Япония, Индонезия… Нет, не в Азию. Германия, Франция, Испания… Европа мне осточертела. Хотелось укатить на Северный полюс, чтобы меня никто не достал…
Америка. Америка! Поеду в гости к Машке. И я быстро, не давая Мартини возможности хоть немного выветриться из моей головы, нашла рейс на сегодняшний вечер. Мне было плевать, в какой город, но самый ранний рейс летел прямиком в Нью-Йорк. Идеально!
Купив билет, я отбросила телефон и судорожно вздохнула, прогоняя слезы. Интересно, когда я не приду завтра на работу, он будет обо мне переживать?..
Вещи я собрала быстро. Покидала в рюкзак нижнее белье, пару футболок, шорты, купальник и гигиенические принадлежности. Все остальное куплю в Америке.
Алкоголь, к тому моменту, как я вышла в прихожую и начала обуваться, уже порядком выветрился, но голосу разума я права указывать мне что делать, не давала. Пару раз звонил телефон, — мама. Но с ней я разговаривать не хотела. Я вообще видеть её в данный момент не желала. Просто бежать. Бежать. Бежать.
Проверив документы, застегнула отдел рюкзака и, накинув на плечо одну лямку, вышла на лестничную площадку. Однако и шага ступить не успела, как меня тут же запихнули обратно в квартиру.
— Куда собралась на ночь глядя? — прошипел знакомый до боли голос, потому как лица я видеть не могла — была прижата к его груди. Только вот запах я ни с чем не спутаю. Против воли втянула глубже. Чертов Агатов! Что тебе понадобилось?
— Что тебе понадобилось?! — вслух спросила я, резко отталкивая его.
Руслан не противился и когда я отошла от него на пару шагов, он повторил свой вопрос:
— Куда собралась?
Не прерывая зрительного контакта, он захлопнул входную дверь. Взгляд его был каким-то странным… Будто он был чем-то недоволен. Нет, даже зол. Что же, я тоже была не в лучшем расположении духа, поэтому, вскинув голову, ответила:
— Не твое дело, Руслан Валерьевич! Всё, чем я занимаюсь в нерабочее время Вас вообще волновать не должно. Поэтому, пожалуйста, свалите!
— И не подумаю. — Он поджал губы, коротко выдохнул и… начал разуваться! Отлично!
— Хорошо, — пожала я плечами, пытаясь обойти его, но он собой будто все пространство холла заполнил. Я остановилась практически вплотную и, дождавшись, пока он поставит свои ботинки рядом с моими туфлями, и выпрямится, попросила: — Дай пройти.
— Не дам. — Руслан развернулся ко мне и обхватил за плечи.
— Что тебе от меня нужно? Зачем ты приехал?
 
— Ты от матери трубку не берешь. Снова.
— А она теперь через тебя действует, да? — ухмыльнулась я. — Думаю, маме надо правду открыть, а то скоро ты меня по её просьбе будешь из универа забирать и завтраки готовить. Как любимой дочке.
Лицо его перекорежило. А пальцы сильнее сдавили мои плечи, да так, что я поморщилась. Однако ему, по всей видимости, было плевать. Он склонился ко мне и жестко выговорил:
— Если бы хотела — давно бы рассказала. Не надо меня попрекать Наташей. Мы оба с тобой не честны с ней, только вот у меня хватило смелости отложить свадьбу. А ты…
— А что я? — выдохнула. — Что я, Руслан?! Что я должна сказать матери? Что прыгнула в постель к её жениху, чтобы шантажом заставить его кинуть её? Или что я не могу не думать о нем? Не могу не видеть его, не касаться?.. — Я говорила, не выпуская Руслана из плена своих глаз, меня потряхивало, слезы грозились вот-вот политься, но я понимала, что если сейчас не выскажу ему все, что творится у меня на душе, он не отпустит меня. А мне… мне нужно бежать! — Меня наизнанку выворачивает, когда ты рядом! — скорее прохрипела, чем выговорила я и опустила голову. — Поэтому просто уйди. Я не хочу стажироваться в твоей компании. Сегодня у меня самолет в Нью-Йорк.
Руслан убрал руки, но облегчения я не испытала. Наоборот, нечто сродни разочарованию. Наверное, подсознательно я желала, чтобы он что-то ответил. Нет, не что-то… сказал, что я нужна ему. Что я нужнее моей матери. Но разве я могу быть нужнее? — снова подняла взгляд. У него же любовь аж со школы. А я…
— Я принес тебе приглашение на завтрашнее открытие, — наконец, соизволил ответить Руслан.
Я едва не захохотала в голос. Я ему тут душу изливаю. А он… Забыла, какой он козел.
Меж тем он достал из нагрудного кармана приглашение, и протянул мне.
— Я бы хотел, чтобы ты пришла. Оно на двоих. Можешь позвать с собой своего парня, — сухо выговорил он. Совершенно безэмоционально.
Я смотрела на протянутое мне приглашение — бордовую открытку с золотистыми узорами. Забрала её и, осмотрев, разорвала прямо перед его носом. А после бросила на пол.
— Спасибо за приглашение, — изо всех сил стараясь не броситься на него, выговорила я. Было так больно, что не хватало воздуха, я хотела больше никогда не видеть этот пустой взгляд, в котором лишь холод, леденящий душу холод… — Но, как я уже сказала, я уезжаю. Поэтому не смогу быть на открытии твоего великолепного отеля. Заранее желаю ему процветания. И очень хочу, чтобы ты сейчас ушел.
— Хорошо, — немного помолчав, кивнул Агатов. И теперь принялся обуваться. Я не удержала смешок, наблюдая за его движениями. Одевается, раздевается… Приехать ко мне в десятом часу вечера лишь затем, чтобы отдать приглашение? Поверила бы, если б была тупицей.
— Хорошо тебе долететь, Олеся, — уже выйдя на лестничную площадку, проговорил Агатов и, не дожидаясь от меня ответа, ушел.
Я тут же захлопнула дверь и сползла на пол. Закрыла лицо руками и только теперь дала волю слезам. Было дико больно, но я понимала, что он поступил правильно. Он просто сделал выбор. Дочка или мать. Ответ очевиден… А мне нужно бежать.
Я вытерла мокрые щеки, достала из кармана телефон и, открыв приложение, вызвала такси. Времени до вылета было еще достаточно. Успею.
  
Глава 11 
 
Руслан
Я выскочил из Олесиного подъезда и быстрым шагом направился к ожидающей меня машине. Пошло оно все к чертовой матери! Хочет ехать? Пусть проваливает в свою Америку, мне проще! Не буду лицезреть её смазливую мордашку перед собой. Я уселся на заднее сиденье Мерседеса и бросил водителю:
 
— Домой.
А когда автомобиль тронулся с места, невольно обернулся и посмотрел на дверь. Что ожидал увидеть сам не пойму. Что она выскакивает из дома и?.. Что? Бежит ко мне? Черта с два она теперь хоть шаг по направлению ко мне сделает.