Наше единственное лето (СИ)

— Расслабься, дружище. Эта девушка занята, — я резко обернулась на знакомый голос. Преграждая путь незнакомому парню, рядом стоял Даня.
Тот сразу ретировался, а Даня, повернувшись ко мне, картинно закатил глаза:
— Ну ты даешь! Я тебя всего на пару минут оставил!
— Да что я сделала-то? — голос дрогнул от досады, — стояла тут, никого не трогала…
— Я же говорю: у тебя талант притягивать неприятности, — он улыбнулся и протянул мне мороженое. Мое любимое.
— Спасибо!
Мы неспеша пошли в сторону дома, на ходу поедая тающее мороженое.
— Как сочинение? — спросил Даня.
— Не знаю. Думала, что завалю.
— Что?! — он даже глаза округлил от удивления.
— Полтора часа просидела, ни слова не могла написать… А потом ребята пришли и на улице под окнами класса кричать начали. Представляешь? — не могла сдержать улыбку, вспоминая это. — Тут у меня второе дыхание открылось, и я быстро-быстро все написала! Это было так здорово, что они пришли, я аж растрогалась!
Даня остановился и с улыбкой слушал меня. И тут меня осенило:
— Ой, ты же куда-то и откуда-то шел, когда твой пес загнал меня на дерево. А потом мы в магазин пошли. Я тебя, наверное, отвлекла…
— Было дело, — Даня помрачнел, — Таня попросила встретиться, шел в кофейню.
У меня словно внутри что-то оборвалось. Последний час мне было так хорошо рядом с Даней, что я совсем забыла о невыясненных до конца отношениях с Сашей, и о влюбленной Тане, и моем ей обещании…
— Ты шел к Тане? Тогда вдвойне прошу прощения, — сказала я холодно и повернулась, чтобы идти к дому.
— Это что еще за двойные порции извинений? По какому поводу? — Даня дотронулся до моего плеча. Он явно недоумевал и внимательно, приподняв левую бровь, в упор смотрел на меня.
Шумно выдохнув, я решила-таки сознаться:
— Таня будет в ярости, если узнает, что ты опоздал к ней на свидание из-за меня, — бровь Дани изогнулась еще сильнее.
— Ну, во-первых, это не свидание, а во-вторых, с чего бы ей сердиться на тебя?
Я смотрела на него с удивлением: что он задумал?! Будет отпираться, что они с Таней встречаются? А еще колючая догадка закралась в мою душу — он не видит повода для Тани сердиться на меня, а значит, теория ребят о том, что я ему нравлюсь — просто нелепа!
Наверное, я слишком долго размышляла над его словами, потому что наклонившись ко мне, Даня спросил:
— Пояснишь?
— Эм-м-м-м… — почему-то я не могла посмотреть ему в глаза, он стоял слишком близко, запах его тела не давал моим мыслям выстроиться в логическую цепочку. Пришлось сделать шаг назад. — Таня считает, что я мешаю вашему с ней радужному счастью, — я попыталась рассмеяться, но получилось как-то неестественно.
Даня молчал и продолжал пристально смотреть на меня.
— И?
— И я пообещала ей, что не буду встревать. И, вот, пожалуйста, — я запихнула руки в карманы толстовки, — Из-за меня ты опоздал на свидание.
Кажется, Даня начал сердиться, я даже услышала, как скрипнули его зубы.
— Это не свидание, — чеканя каждое слово, повторил он.
— Ну, хорошо, не на свидание, а на встречу с твоей девушкой.
— Таня не моя девушка! — Даня рявкнул так, что я даже вздрогнула. — С чего ты сделала такие выводы?
— Ну-у-у-у… Ты ее провожаешь после наших тусовок, вы часто встречаетесь, а еще, — я звонко щелкнула пальцами, словно подыскала безапелляционный аргумент, — вы целовались!
Даня засмеялся, а я застыла от удивления. Что за реакция?
— Мы что? — наконец сказал он. — Целовались? И кто тебе рассказал об этом? Или ты сама видела?
Я посмотрела в его серые и сейчас очень сердитые глаза и ничего не ответила. Сейчас мне стало очевидно, что Таня все выдумала: про их «особые» отношения, про то, что она ему нравится и про поцелуй… Почему-то эти мысли доставляли мне неимоверное счастье. Я улыбнулась.
— Малая, ау! — Даня помахал ладонью перед моим лицом. — Что за реакция, черт возьми?!
Он выглядел растерянным и от этого безумно милым.
— Ну, и ладно тогда. Беру свои извинения обратно! — с той же счастливой улыбкой я похромала в сторону дома, но через несколько шагов обернулась: — За спасение благодарить не буду, твой пес — настоящий людоед! И, да, не забывай, из-за него я разбила свой любимый плеер!
 
Даня смотрел на меня и улыбался:
— Давай провожу, а то еще что-нибудь поймаешь на свою голову?
— Прекрати выставлять меня убогой неудачницей! — весело сказала я и в ту же секунду чуть не упала, споткнувшись о камень. За моей спиной раздался заливистый хохот парня, который — сомнений больше не было — очень мне нравился.
Глава 23
Несмотря на экзаменационное время, наша старая школа была полна голосов и даже музыки. Выпускники приходили на консультации, готовили классы к экзаменам и репетировали номера для предстоящего Выпускного вечера.
Чем больше экзаменов мы сдавали, тем реальнее становился наш последний школьный праздник. И тем страшнее мне было осознавать, что наш с Денисом прогресс в освоении вальса выпускников по-прежнему равен нулю.
Наши преподаватели старательно работали с каждой парой, но на нас, кажется, уже готовы были махнуть рукой. Заканчивалась очередная репетиция, а вместе с ней и мое терпение.
— Денис, может, просто не будем танцевать? — памятуя Сашину информацию о том, что я ему, вроде как, нравлюсь, как можно осторожнее спросила я. Парень сначала насупился, а потом, подумав, поднял на меня глаза и уверенно сказал:
— Вот еще! Ты — «золотая» медалистка, конечно мы будем танцевать!
Оттоптанные ноги гудели, настроение было не очень.
— Эля, хочешь, я с тобой потренируюсь? — Саша появился так вовремя со своим предложением, что сложилось представление, будто он подслушивал наш разговор.
— Потапов, вот только не надо тут волонтерства, — лицо Дениса стало еще смурнее. — Мы просто разговариваем, иди и Рыковой свои услуги предлагай!
Не знаю почему, но сейчас я была благодарна Денису за то, что мне не придется отказывать Саше. После сочинения мы так и не говорили больше и, честно сказать, мне не хотелось. Все уже сказано, решение принято. Оттягивать решенное дело только из-за жалости, — значит, обижать Сашу.
Какое-то время Сашка еще постоял рядом с нами, глядя только на меня, но я уткнулась в свои кроссовки и усиленно делала вид, что завязываю шнурки.
— Идем, Санечка, — нараспев позвала его подошедшая Таня, — не знаю, чего ты, Элька, бесишься, он тебе от всей души предложил, потому как такими темпами, ребятки, вы главным юмористическим номером праздника станете!
Таня громко засмеялась, а я даже зубами от обиды скрипнула. И когда моя близкая подруга превратилась в такую злыдню?
Но идти на открытый конфликт я не решилась, поэтому просто промолчала и дабы избежать продолжения, мягко говоря, неприятной беседы, сделала вид, что очень спешу, махнула всем на прощание и быстрым шагом пошла в библиотеку.
Мое любимое место уединения встретило меня как обычно — полной тишиной, медитативным запахом книг и одиночеством. Да уж, ученики не очень жаловали эту аудиторию, но мне это было на руку.
— Элечка, это ты? — из подсобки выглянула наша старая библиотекарь Зоя Николаевна. — Здравствуй, дорогая! Какими судьбами?
— Если честно, сегодня просто посидеть. Нужно спрятаться от одного человека.
Зоя Николаевна заговорщически улыбнулась:
— Давай, давай. Заходи ко мне, я как раз чай заварила.
В подсобке Зои Николаевны, как всегда было аккуратно и прибрано, хоть и места катастрофически мало. Зато здесь помещался маленький стол, два удобных небольших кресла, лампа-торшер и сотни книг, любовно составленных каким-то только хозяйке этого удивительного места понятным образом.
Я удобно разместилась в одном из кресел и с удовольствием наблюдала как Зоя Николаевна разливает по чашкам свежезаваренный чай. Запахло грушей и клюквой — божественное сочетание!
— Ну, как твои экзамены? — Зоя Николаевна, наконец-то тоже уселась напротив меня и достала из-под стола тарелочку с печеньем.