Клан Медведя 5: Медведюк (СИ)

Вторая шкатулка легла мне в руки.
— Учти, сын, если ты уничтожить мир — я тебя лично прибью, — Ингар только что не вдавил мне своей частью кристалла в руку. Ландо и Арин, переглянувшись, без лишних слов протянули мне по кристаллу. Что-либо говорить они посчитали лишним.
— Кристалл Богуша, штука, конечно, прикольная. Хорошая. Однако если она случайно потеряется на втором материке, я не сильно расстроюсь, — последним выступил Баркс. Шаману заметно не хотелось расставаться с кристаллом, но выбора ему родичи не оставили. Вся семья была усыпана силовыми камнями, как овца после репейника, кроме, разве что, Беатрис. Но за неё я беспокоился меньше всего — после того, как ассасины покинули дворец, в Северной империи не осталось существа, способного пробить её защиту.
— Всё, вали уже! — пробурчал Эльрин. — А то я сейчас подумаю, что зря мы всё это затеяли. Что ты и без кристаллов вполне себе что-то умеешь. Ждём тебя только с хорошими новостями. И да — учти дружище. Если умрёшь — домой можешь не возвращаться.
На этом самозванный император посчитал свою миссию выполненной и вернулся к разбору полётов. Судя по тому, что я успел услышать перед тем, как покинул тронный зал, несколько кланов всё же признали право Бурого Медведя и теперь Эльрин решал, что с ними делать. Насколько стоит возвеличить. Но все эти заботы меня не касались — всё же Лиара была права. Управлять империями и даже кланами мне не интересно. Лишь мелькнула горечь осознания того, что нужно было официально назначить свою жену вождём, но потом подумал, что без тотема и назначать никого не придётся. Если я не справлюсь и к Лиаре не вернётся сознание, клана Медведя просто не станет.
Настал тот момент, когда я не стал ограничивать себя — земля подо мной мелькала с такой скоростью, что дух захватывало. Тем не менее я не останавливался, продолжая увеличивать и увеличивать, пока не дошёл до момента, когда поток встречного воздуха стал давить так сильно, что мой глайдер с ним не справлялся. Кажется, я развил максимально доступную скорость в этом мире. Которая, тем не менее, всё равно казалась мне недостаточной.
Показалась береговая линия — границы нашего материка. Я поднялся так высоко, как только мог, но всё равно не видел на горизонте очертаний другой земли. Признаться, это был самый слабый пункт моего плана — я летел наугад, не имея ни малейшего представления о том, где находится искомая цель. Запросто могло случиться так, что я ошибусь и облечу планету целиком, так и не попав в нужную точку. Или заблужусь, потеряю все ориентиры и бесславно погибну на радость всяким Риконам и Шавер-Канам. Особенно актуальным этот вопрос стал на фоне синюшной тучи впереди. Грозы на планете бывали настолько редко, что об их существовании вообще мало кто знал — электричество из воздуха поглощалось силовыми камнями гораздо раньше, чем оно могло воплотиться во что-то серьёзное. Но здесь, вдали от суши, поглотителей не было, что позволило природе развернуться на полную катушку и показать свою истинную силу.
На всякий случай к трёхслойной защите я добавил ещё и двухслойную. Пришлось даже скорость снижать, когда до природного сумасшествия оставалось не так далеко. Что странно — туча стояла на одном месте, простираясь в разные стороны до самого горизонта. Она словно служила некой буферной зоной между тихими и спокойными землями нашего материка и непонятным кошмаром впереди. Или барьером. Причём этот барьер возвышался гораздо выше допустимого уровня полётов — я поднимался до тех пор, пока вокруг не стало воздуха, но грозовая туча всё ещё не заканчивалась. Понимая, что выбора у меня особого-то и нет, я решительно «рухнул» в аномалию.
И для меня едва всё не закончилось — энергия из источника ушла за считанные мгновения. Стало нечем подпитывать трёхслойную броню и удерживать глайдер в воздухе. По мне начали бить молнии, но старая и надёжная двухслойная броня держала удар. Энергии она практически не потребляла, что позволило мне, барахтающемуся в воздухе и принявшемуся уверенно лететь вниз, навстречу находящемуся где-то внизу океану, достать один из кристаллов Богуша. Помогло — падение превратилось в управляемый полёт. Я вновь набрал скорость и даже вернул трёхслойную броню — молнии, что били по мне не прекращая, оставляли неприятные синяки на теле. Не говоря про отбитые внутренности — ни один удар не прошёл без последствий.
 
Так продолжалось целых десять минут, а потом произошло то, что вообще не могло произойти в этом мире — кристалл Богуша иссяк. Тот самый дракон, что находился внутри камня, по факту оказался не бесконечным источником силы, а всего лишь огромным. Не передать словами, что я почувствовал, когда кристалл угас в моих руках, превратившись, по сути, в бесполезный пустой камень. Ошеломление, смешанное с безумием. Фигурка, что существовала три тысячи лет, и которую не удалось разрушить древним гоблинам, оказалась простым силовым камнем, а не каким-то артефактом. Я вновь полетел вниз, вновь меня начали пробивать молнии, так что пришлось доставать второй кристалл. Ситуация повторилась с точностью до секунды — этого тоже хватило на десять минут. Как и третьего. Четвёртого. Пятого и даже шестого.
Доставая седьмой, последний кристалл, я начал подозревать недоброе. Ориентиров в туче не было. Да что там — я дальше десяти метров вообще ничего не видел. Лишь сплошную стену из серого тумана, да бесконечные молнии, старающиеся уничтожить или, на крайний случай, хотя бы ослепить. О том, как возвращаться обратно домой, я не имел ни малейшего понятия. Лично у меня в источнике не было энергии, сопоставимой с шестью кристаллами Богуша. Это с учётом того, что мне каким-то образом нужно пробиваться сквозь этот грозовой фронт. Думать о том, что произойдёт, когда закончится седьмой кристалл, я не хотел — все имевшиеся у меня силовые камни, включая несколько раритетных алмазов, рассыпались пылью.
Момент, когда я вылетел из тучи, я чётко не запомнил. Седьмой кристалл практически утратил свою яркость и насыщенность. Он отдал мне всё, что имел и собирался отправиться следом за своими собратьями, как неожиданно меня перестали пробивать молнии. Несколько секунд спустя развеялась клубящаяся тьма и я вылетел из тучи.
На какое-то мгновение в сердце закрался страх, что вылетел я на той же стороне, откуда и стартовал, но этот страх быстро развеялся. Тяжело бояться неопределённостей, когда на тебя пикирует огромный дракон. Зелёная перепончатая зараза превосходила меня в размерах раз в десять и явно намеревалась заглотить. Ничем другим объяснить раскрытую пасть объяснить я не мог. Позади дракона я заметил ещё несколько аналогичных тварей — все они спешили к «точке прорыва» — месту, где неожиданно появилась еда.
Больше на рефлексах, чем осознанно, я создал огненный шар и залепил им прямиком в разинутую пасть. Рвануло так, что меня даже закружило в воздухе. Пришлось останавливаться, чтобы восстановить полёт и оценить результат своих действий. От зелёного не осталось практически ничего — ориентируясь на то, что твари Зверя инертны к магии, я вложил в удар много энергии. Перестарался. Тварь разорвало на мелкие ошмётки, и другие драконы принялись ловить их на лету и сжирать. Видимо, с едой здесь действительно была беда, раз каннибализм процветал на таком продвинутом уровне. Энергия уверенно начала ползти вверх, заполняя опустошённый источник. Вот только я встретился с неприятностью — седьмая фигурка Богуша тоже стала инертной, полностью разрядившись. Я отправил несколько огненных шаров чуть меньшей мощи в слишком близко подлетевших драконов — их разорвало не хуже первого. Этим я сделал сразу три дела — обозначил то, что я являюсь опасным противником, подарил голодным монстрам несколько кусков халявного мяса и, что было важно для меня — смог найти время и оценить кристаллы Богуша изнутри. Дракончик продолжал дремать, линии никуда не делись, но по какой-то причине не желали принимать от меня энергию. Для того, чтобы восстановить их, моих знаний не хватало. Опять, видимо, придётся идти на поклон к Шавер-Кану или любому из других столпов гоблинского шаманизма. Если Рикон не прикончит нас всех раньше времени.