Клан Медведя 5: Медведюк (СИ)

— Лег, не могу не спросить. Там, на поверхности… Ты согласился доставить приспешнику Башорга гоблина. Но ты же понимаешь, что произойдёт в этом случае? Он притащит в мир демона.
— Мне нужно было выиграть время, — тяжело вздохнул я, входя в огромную комнату. Самая страшная тайна Миракса выглядела жутко — гипертрофированный гоблин колоссальных размеров сидел прямо на полу, с нечеловеческой скоростью исписывая лист за листом. Когда-то здесь находились двое прислужников-людей, что подносили гоблину еду, новые листы, карандаши, забирали записи, но сейчас они валялись в отключке у стены. Судя по блаженным улыбкам, ещё и сны какие-то видели. Я вновь остановился и невольно залюбовался странным творением. Сотни мелких проводков объединялись в тугой жгут, уходящий прямиком в мозг гоблина. Как он не умер от этого, как он умудряется всё это обрабатывать, выделять главное и нужное — загадка загадок, ответов на которые у меня не было даже спустя несколько минут пристального наблюдения. Наверняка магистр Эйро мог дать ответы на волнующие меня вопросы, но глава службы безопасности тоже «отдыхал» несколькими уровнями выше. Повторюсь — я чувствовал себя героем. Никого не убил и даже не покалечил, при этом заглянул туда, куда ни разу не ступала нога чужого академии человека. Хотя, как мне кажется, после сегодняшнего инцидента дорога в Миракс мне будет закрыта. Видимо, рок у меня такой в этой жизни — не закончить ни одной академии. Хотя ещё же есть южная… Там я, вроде как, ещё не проявил свои «лучшие» качества.
— Время на что? — не унималась Беатрис. — Если ты не подчинишься, Рикон убьёт Лиару. Если подчинишься — он уничтожит мир. Здесь нет других вариантов, Лег.
— Да понимаю я это! — рявкнул я и тут же умолк, устыдившись собственных эмоций. Рикон действительно прижал меня к стенке, продемонстрировав пленного Гасат-Сура. После того, как приспешник Башорга свалил вместе со своей ношей (клетку из негатора вынесли несколько инферно), я обратился к Бурому Медведю. Мой бывший дух-хранитель являлся единственным существом, известным мне, кто умел входить в мир-изнанку. Вот только у Бурого ничего не получилось — локации либо не существовало, либо доступ в неё был заблокирован. Так что в этом Рикон не солгал — он действительно контролировал существо, управлявшее нашей планетой. Каким образом это произошло и почему Гасат-Сур оказался именно вальгом, мне было сейчас безразлично. Важен факт свершившегося, а не детали.
— Вначале я хочу сам встретиться с гоблином. Мне нужна информация о том, как сражаться с Дочерью Зверя. Потом расскажу ему о том, что сделали с учителем. Что хочет Рикон. Трис, я действительно не понимаю, что делать. Думал, что в книге Альвира будут ответы, но это всего лишь учебник для магов. Вряд ли в нём будут ответы, как нам правильно поступить. Сейчас инициатива полностью в руках Рикона. И это меня бесит.
— Лег, я хорошо отношусь к Лиаре, ценю то, кем она является и что делает для мира. Пусть я даже всего не знаю, уверена — это достаточно важно, но… Но стоит ли одна жизнь того, чтобы уничтожить весь мир? Я с радостью бы поменялась с ней местами, но кому интересен начинающий маг? Если Рикон получит Шавер-Кана, наш мир обречён. Значит, нужно сделать так, чтобы гоблин не достался демонам.
— Предлагаешь его убить? — ухмыльнулся я.
— Да, — кивнула Беатрис. — Это ужасно и чудовищно, но это единственный выход из текущей ситуации. Лучше пожертвовать Лиарой, мной, тобой, всеми Бурыми Медведями, но позволить планете жить.
— Знаешь, если бы я услышал такое предложение до того, как восстановил память, мог бы возмутиться. Но сейчас… Боюсь, что ты права. Один, два, три, да даже целый клан людей — ничто по сравнению с целым миром. Если нам придётся отказаться от дальнейшего существования — этот выбор придётся сделать. В том числе выбор за тех, кто не может выбрать сам. Но до тех пор, пока в наших силах что-то изменить, пока мы можем сражаться — мы будем это делать. Складывать руки и ждать смерти я не собираюсь. Идём! Настала пора навестить Дарса Слика и узнать, где прячется Шавер-Кан.
 
То, что мы слегка задержались в Мираксе, стало понятно по клубам дыма. Клан Бурого Медведя явился в столицу и, в отличие от меня, прямиком направился во дворец, оставляя за собой огонь и хаос. Император выставил всех, кто мог хотя бы теоретически задержать бунтовщиков, и сейчас эти бедолаги изломанными куклами лежали на мостовой. Кто-то шевелился, кто-то пытался встать и вернуться строй, но большая часть народа навсегда покинула этот мир, оставив после себя лишь небольшой кусочек энергии.
Несколько раз попадались инферно. Вернее то, что от них осталось — развороченные тела указывали на каннибалов, успевших изъять весь мифрил. Стало не по себе — мои родичи вообще не считались с жертвами, целеустремлённо двигаясь к главной цели.
— Нужно спешить, пока они всю столицу не перебили, — беспокойно произнёс я и ускорился. В голове всплыла недавняя шутка, что верхушка клана Бурого Медведя без труда сможет захватить империю, если ей вздумается это сделать. Что-то мне сейчас эта шутка смешной не кажется.
Дворец полыхал. Приблизившись, я увидел причину — Баркс разошёлся не на шутку, превратив безобидные огненные шарики в страшное оружие. Шаман не стеснялся насыщать свои творения энергией из кристалла Богуша, формируя настоящее инферно. Огромные куски расплавленной энергии с лёгкостью уничтожали не только защиту гвардейцев и их самих, но также стены, ловушки и мелкие постройки. Остальные родичи не отставали — наконец мне довелось воочию увидеть, на что способно оружие отца. Почему его так все боялись. Стоит признать, боялись не зря. Проняло даже меня — поглощая тепло, топор извергал его обратно, превращая ближайшие десять метров перед собой в пар. Ничто не могло сопротивляться такому напору — ни люди, ни камни. Чтобы подпитывать себя, отец тоже использовал кристалл Богуша. Ещё один я увидел у Ландо. Четвёртый — у Арин. Пятый — у Эльрина. Шестой находился у меня, а седьмой… После очередного удара Эльрин развернулся и что есть силы бросил в нашу сторону шкатулку.
— Это для Беатрис! — разнёсся крик Баркса. Я аккуратно подхватил добычу линиями и подтащил её к жене. Шкатулка из негатора. Не нужно иметь дар прорицателя, чтобы угадать, что находится внутри — седьмая фигурка из набора Богуша. Клан Бурого Медведя пошёл ва-банк, использовав своё самое сильное оружие.
Отмахнувшись от назойливых гвардейцев, бессильно пытающихся пробиться через мою защиту, я ринулся в сторону дворца. Пока родственники возятся с защитниками, мне следовало закончить дела с Дарсом. Вот только мой стремительный полёт прервался едва начавшись. Сканер показывал, что там, где находились точки пересечения магических потоков дворца, императора больше не было. Даже не так — там находился Дарс Слик, но вряд ли это существо имело хоть какое-то отношение к клану Гадюк и Северной империи. Я застал последние мгновения превращения архангела в магистра ассасинов. Тело Дарса приобретало инертность и невидимость в магических потоках. Рядом с ним находился второй магистр и, что меня одновременно и обрадовало, и испугало — та самая цель, ради которой я и затеял весь этот переворот.
— Всем стоять! — мой наполненный магией голос разнёсся по всему дворцу, заглушив на несколько мгновений гул битвы. — Шавер-Кан! Я пришёл!
Ответа не было. Либо гоблин не умел усиливать голос, либо посчитал ненужным реагировать на мои слова. Превращение Дарса Слика в покорного слугу продолжилось. Тем не менее я не останавливался, продолжив орать во всё горло на гоблинском:
— Приспешники Башорга захватили учителя. Похитили чародейку. Они прекратили спускаться в Бездну, так как не знают, какой путь верный. Предлагаю объединиться и вместе отразить атаку старших демонов. С этой четвёркой тебе одному не справится. Даже если ты призовёшь трёх других шаманов. Я желал к тебе присоединиться раньше, но не мог — целую неделю я находился на границе между жизнью и смертью. Шавер-Кан, прислушайся к моим словам! Нам не нужно уничтожать друг друга на радость тварям Башорга!